Эра Огня 2. Непогашенная свеча

Возницы не было, на него не хватило камня.

– Теперь я тебе верю, мой дорогой друг, – прошептал Логоамар и потер лицо дрожащими ладонями.

Маги Воздуха смотрели на меня, как на… Нет, я не знаю, как на что. Наверное, примерно так же я смотрел на Авеллу при первой встрече. Тарлинис же побледнел и снял пенсне, будто надеясь, что это оно его подвело, и сейчас лошадка исчезнет.

– Вот причина, по которой я сделал эту встречу такой секретной, – заговорил Дамонт. – Все мы понимаем, что это означает. И решение, которое мы примем… Оно тоже будет не для всех. Это вынужденная мера, и если мы на нее пойдём, то, разумеется, постараемся сохранить в тайне от всех. По крайней мере, пока.

Тарлинис схватился за голову.

– Ну почему именно он?!

Дамонт повернулся к нему.

– Я слышал о вашем конфликте с сэром Мортегаром, любезный Тарлинис. Замечу, что всё это было лишь одним большим недоразумением. Я уверен, у вас хватит достоинства, а у сэра Мортегара – благородства предать этот нелепый случай забвению. К тому же он, как я слышал, неплохо ладит с вашей дочерью.

– Моя дочь – и он! – застонал Тарлинис.

Да что здесь происходит?! Я даже перестал пытаться делать умный вид. Хотел подать голос, что‑то спросить, но не решался. Я всё же был несколько придавлен осознанием того, насколько важные люди сидят здесь. Маги, способные одним щелчком уничтожить меня.

– А как насчет обвинений, которые выдвинуты против него? – Тарлинис, казалось, цеплялся за ниточку.

– Подозрений, – отрезал Дамонт. – Для обвинений там многого не хватает. При всем моем уважении к служителю Наллану, он уже не в первый раз гоняется за своими фантазиями. Вспомним хотя бы его «войну» с Мелаиримом. Что в итоге? Мелаирим добровольно пошел на пытку огнём, после чего получил от Наллана формальные извинения. А ожоги пришлось залечивать несколько месяцев. На это время я остался без помощника. Зато Наллан потешил свое воображение.

Сколько нового я узнаю о Мелаириме! Нет, это положительно интересный человек.

– А Герлим? – не отставал Тарлинис. – Его сын мёртв!

– Его сын, родившийся без способностей к магии и к тому же идиотом, действительно мёртв, – согласился Дамонт. – И рабыня Герлима действительно объявилась вновь, не помня о произошедшем ровным счетом ничего.

– Действительно? – вскинул голову Тарлинис.

– Действительно. Ею владеет ваша дочь. Кого же я должен заподозрить в нападении на Герлима? К Мортегару оно привязано лишь о‑о‑очень смутным описанием его рабыни.

– Вы обвиняете меня? – в ужасе прошептал Тарлинис.

– Я не обвиняю, – поморщился Дамонт. – Я лишь говорю, что некоторые вещи было бы полезно предать земле. Мне не очень жаль Герлима. Если вы с ним хоть немного знакомы, то должны меня понять. С ним было связано несколько очень тёмных историй… Что ж, теперь в центре тёмной истории оказался он сам. Возможно, в этом есть некая высшая справедливость.

– Дамонт! – подал голос старец Логоамар. – Я готов продлить контракт без изменений. Нет, даже верну горячую воду вашим студентам…

– И жителям города, – быстро сказал Дамонт.

– Да! Жители города Сезан тоже получат горячую воду, – без колебаний согласился «морской старец». – Продлим контракт на сто лет. Если я смогу увидеть, как воскресает мой род, как поднимает голову мой клан… Я умру счастливым, Дамонт!

– Возможно, нам удастся ухватить стихии за хвост и повернуть к новому расцвету, – задумчиво сказал глава клана Воздуха. – У меня нет дочерей, но у моего друга, – он посмотрел на Искара, – есть воспитанница.

– Первым буду я! – стукнул кулаком по столу Логоамар. – Моя Сиектян.

Он повернулся ко мне и горячо заговорил, будто пытаясь продать мне сомнительный товар:

– Вы видели мою дочь, сэр Мортегар? Второй ранг, половина заклинаний ей не даётся. Она выходит в стихию в плавательном костюме! Дочь главы клана!

– Сочувствую, – пробормотал я. – Но костюм ей идёт…

– Значит, она вам нравится? – «Морской старец» схватил меня за руку.

Ну что можно ответить на такой вопрос. Да, Сиек‑тян была красавицей, но характер её меня абсолютно не прельщал. Будь мы с ней одни на необитаемом острове, я бы, может, и влюбился без памяти, но у меня была Натсэ. И Авелла. И Талли. Три девушки, которые как‑то гармонично замкнули на себя весь мой мир, и благодаря этому волшебному «кольцу» я впервые мог смотреть на прочих красавиц трезвым взглядом.

– Конечно, – сказал я, и Логоамар засмеялся радостным смехом.

– По правде говоря, я думал, что для начала сэр Мортегар сделает честь роду Кенса, чтобы окончательно похоронить все распри, – задумчиво произнес Дамонт.

– Об этом не может быть и речи! – Логоамар встал, продолжая держать меня за руку. – Юноша, вы хотите погостить в моем подводном дворце?

– Подводном? – В этот момент я представил, как будет пищать от восторга Натсэ и улыбнулся.

– Оно и к лучшему, – решился на что‑то Дамонт. – Авелле всё равно нужно сперва закончить обучение.

– Да Огонь с ним, с её обучением, – отмахнулся Тарлинис. – Из неё всё равно ничего путного не выйдет. Но я готов подождать год. Возможно, она хоть немного повзрослеет за это время.

– Два года, – уточнил глава клана Воздуха.

Тарлинис повернулся к нему, грозно надвинув на нос пенсне.

– Нет, – сказал веское слово Дамонт. – Второй год будет посвящен Земле. Род Кенса заслужил это.

– Тогда мы могли бы быть первыми, – не унимался воздушник. – Любезный Дамонт, вы опасаетесь разрыва контракта с Водой, но вспомните и о наших контрактах.

– Господа, господа! – поднял руки Дамонт. – Давайте не будем сходить с ума. Нам в руки попало сокровище, и мы уже готовы за него передраться, как простолюдины. Дабы ничья гордость не была ущемлена, предлагаю сэру Мортегару самому определить очередность.

– Справедливо, – впервые подал голос Искар и улыбнулся мне: – Хотите погулять по Летающему Материку, сэр Мортегар? Считанные единицы из магов Земли могут похвалиться такой честью.

Засунь себе эту честь знаешь, куда… Так я и потащил Натсэ к тебе в гости, жди‑дожидайся.

– Подводный дворец, морские глубины! – пищал в ухо Логоамар.

– Да в чем дело? – не выдержал я. – Чего вы все от меня хотите?!

Все смущенно умолкли, и только Искар звонко рассмеялся: