Эра Огня 2. Непогашенная свеча

Я посмотрел на Талли и добавил:

– Оденься, пожалуйста.

Она с готовностью кивнула.

***

Перловки было немного, и факт этот, похоже удивил Натсэ и смутил Талли. Однако обе девушки поступили, как леди, и сделали вид, что так и было задумано. Талли сказала, что не голодна, зато вытащила откуда‑то из стены бутылку красного вина.

– А ну, отдай! – тут же вцепилась в бутылку Натсэ.

– Сама отдай! – потянула на себя Талли.

– Сейчас как всыплю! Тебе еще напиться не хвата…

Натсэ не успела договорить. Она вскрикнула и до пояса ушла в каменный пол. Талли, завладев бутылкой, показала Натсэ язык и отбежала к столу.

– Эй! – возмутился я. – Отпусти её!

– А вот и не хочу. – Талли показала язык и мне. – Твоя рабыня – ты и отпускай.

И принялась отколупывать пробку.

Я подошел к Натсэ, попробовал потянуть за руки – без толку. Меня земля легко отпустила, когда закончилась битва в саду дома Авеллы, но это потому, что я все‑таки был магом. А у Натсэ магических сил не было. Совсем.

Я призвал руну Земли и повторил попытку.

– У тебя заклинания есть какие‑нибудь? – спросила Натсэ.

Я, прищурившись, вызвал перед внутренним взором дерево заклинаний Земли. Оно всё было тусклым, неактивным. Насколько я помнил, что‑то должно проявиться после того, как у меня образуется учитель. Значит что, Натсэ торчать здесь до начала семестра?!

– Талли! – грозно прикрикнул я.

Она обернулась, держа двумя руками кубок. Красная капля упала у нее с носа.

– Чего?

– Отпусти её.

– Не хочу, – надула губы Талли.

– Что значит, «не хочу»?! Это тебе что – игрушки?

Опять упала капля. На этот раз прозрачная и не с носа.

– А почему ты с ней живешь в одной комнате, а я отдельно? Ты с ней так ласково разговариваешь, а на меня только ругаешься!

Кубок задрожал у нее в руках.

Я всерьёз призадумался. В голове у Талли была самая натуральная каша, в которой она сама толком не могла разобраться. А уж такому тонкому психологу, как я, вообще непонятно было, с какого краю подступиться.

– Ты… её любишь? – дрогнувшим голосом спросила Талли.

Я увидел черный рисунок печати на её руке. Натсэ вскрикнула – каменные объятия сжали ее крепче.

Тогда я призвал руну Огня, и факелы, освещавшие столовую, вспыхнули ярче.

Я шагнул вперед, наполняясь спокойной злостью, которую мог полностью контролировать. С размаху ударил Талли по руке. Кубок полетел на пол, звякнул и покатился, вино выплеснулось. Талли вскрикнула и отшатнулась.

– Прекрати ломать мои вещи, – сказал я. – И кто тебе разрешил пить? Совсем ополоумела, пока меня не было?

Несколько секунд Талли‑Талли боролась с Талли‑сестренкой, и, наконец, победила последняя.

– Ну и пожалуйста, – крикнула она, и я услышал, как сзади скрежетнул камень, выпуская Натсэ. – Ну и целуйтесь тут, сколько влезет!

Она бегом бросилась вон из столовой. А я погасил руну.

– Прости, – сказала Натсэ, подойдя сзади. – Ты ее не догонишь?

Я покачал головой:

– Ей сейчас нужно пореветь. Потом поймёт, что поступила неправильно, и сама же извинится.

– Уверен? – Натсэ села за стол. – Ты говоришь о младшей сестре, а не о девушке, которая в тебя влюблена и ревнует.

– А что мне с этим делать? – Я шлепнулся на стул напротив и обхватил голову руками.

– Я могу поменяться с ней комнатами, – предложила Натсэ.

Я бросил на нее взгляд исподлобья.

– И тебе бы этого хотелось?

Натсэ покраснела и опустила взгляд. Сделала вид, что поправляет блузку.

– Если это сделает вас счастливыми…

– Натсэ! О чем ты говоришь? Я не собираюсь спать с собственной сестрой, это вообще не обсуждается!

– Ну так не спите, хозяин. У вас в этом деле огромный опыт.

Мне захотелось запустить ей ложкой в голову, но вместо этого я разложил остатки каши по двум тарелкам.

– И вообще, – сказал я, осененный спасительной мыслью, – я – студент академии, у меня комната в общежитии есть. Это всё решает.

Натсэ, только что зачерпнувшая каши, положила ложку обратно в тарелку.

– Серьезно? – посмотрела она на меня. – А с этой, – кивнула она в сторону выхода, – я тут буду сидеть? Сегодня она поняла, что со мной не так сложно справиться.

– Так она ведь тоже студентка, – сказал я с набитым ртом. – И у неё своя комната. Третий курс.

Натсэ кивала, пока я говорил.

– Да‑да, хозяин, вы совершенно правы. Она придёт в свою комнату, поиграет с соседкой в переодевания, потом заявится на занятия. Всё прекрасно, не о чем беспокоиться.

Каша застряла у меня в горле. Я похолодел, представив, как это будет выглядеть.

– Вы, хозяин, до сих пор под неофициальным подозрением. Странностей от вас всё больше. Последняя: исчезновение на неделю после получения печати. А ещё исчез проректор. И его племянница ведёт себя страннее некуда. Над Сезаном висит Летающий Материк, глава клана ведет с Воздухом переговоры, о чём – неизвестно, но ваше имя там знают.

– И что может быть? – прохрипел я, сглотнув, наконец, перловый ком.

– Если Мелаирим не появится, вас скоро опять арестуют и на этот раз применят процедуру дознания. Может быть, вы её выдержите. Но они наверняка захотят допросить Талли.

Аппетит скончался где‑то в районе желудка. Я тоже отложил ложку.

– Нам нужно как‑то спасти Мелаирима.

Натсэ кивнула.

– Как? Ты знаешь, что нужно сделать?

Она грустно улыбнулась:

– Морт, ты помнишь, кто я такая? Я могу только избавить его от мучений. Быстро и безболезненно.