Герой поневоле

Сердце заколотилось. Почти как в фильме «Назад в будущее»! Тут были перечислены некоторые события, на которых можно было сыграть: валюта, футбольные матчи с неточными датами, снижение и рост цены на землю, какие‑то биткоины. Павлик представил, как уговаривает маму потратить двести накопленных долларов не на телевизор, а на участок у моря.

Обращение было написано его почерком, только более крупным и размашистым:

«Если ты думаешь, что будет легко, то ошибаешься. Я‑ты уже совершили действия, от которых реальность начала меняться. Возможно, теперь некоторые указанные события не случатся, или результат их будет иным. Так что все равно придется работать над собой.

Я тебе не враг. Как можно быть врагом самому себе? Ты и так займешься собой и похудеешь – но следующим летом. Пойдешь на единоборства – но в девятнадцать лет. Женишься на Леночке, но в двадцать три, после военной академии, и она тебя предаст, но этого можно избежать. Как и мечтал, ты станешь писателем и издашь несколько книг, но они канут в лету, потому что время будет уже не то, тебе нужно стартовать как писатель лет на десять раньше. Готовься, дружище, предстоит большая, но очень интересная работа.

Что нужно сделать:

Перестать жрать сладкое и мучное.

Записаться на каратэ.

Не бояться озвучивать то, что тебе не нравится, и то, чего тебе хотелось бы.

Постараться увидеть в каждом, даже в Писе, что‑то хорошее, посочувствовать, попытаться понять – так проще будет договориться, тебе незачем со всеми воевать.

Учить уроки, я тебе показал, насколько это несложно. Ты мог бы быть отличником, если бы немножко постарался, у тебя ж есть интеллект, есть способности, а ты зачем‑то сливаешься с серой массой. Пора становиться собой настоящим. Ты настолько особенный, что вызвал контролеров! Ты ж всегда мечтал быть значимым, особенным. Не профукай возможность, а я тебе помогу».

Последнее воодушевило Павлика, у него прям крылья расправились и сила начала циркулировать по телу. В десять лет он мечтал быть Маклаудом, джедаем – кем‑нибудь особенным. И вот он стал таким, правда, пока непонятно, в чем его сила.

Павел просит не ударить в грязь лицом, и он сделает все, что нужно. Он сможет. И та реальность доказала это. Будущее всегда казалось ему черным и безвыходным. Зачем учиться, если все равно знания не нужны, нужны бандиты и проститутки? А теперь он знает, что это временно, все наладится. Правда, через тридцать лет все умрут… А может, теперь не умрут, и он здесь, чтоб не допустить этого.

А может, и не все. Он знает, что наступит ледниковый период, и подготовится, станет новым Ноем, устроит базу на каком‑нибудь острове. Или в космос улетит. Правда, прежде надо разбогатеть…

Он ходил вокруг гаража, сжимал кулаки, и фантазии его, которые раньше трепыхались головастиками в пересыхающей луже, летели все дальше и дальше.

Павлик расправил клетчатый лист, еще раз перечитал написанное, вспомнил мысли Павла, которые стали срастаться с его собственными, и решительно направился домой, распахнул дверь, готовый засесть за уроки, чтоб доказать самому себе, что он не тупой…

Но столкнулся с разъяренной бабушкой, бормочущей на кухне:

– От же паскудник. Ничего делать не хочет, лодырь поганый. Только обстируй его! А теперь шо учудил, а? Вот возьму топор, вот погоню… Гараж начал – бросил, сарай начал – бросил…

Обернувшись на скрип петель, она прожгла Павлика взглядом.

– Папка пришел, вещи собирает. И слава богу, давно бы так!

Павлика будто кипятком окатило. Это ведь он надоумил отца съехать! Надоумил получать участок и строить дом. Если Павел больше не придет – как он построит дом, у него доступ не ко всем навыкам себя‑взрослого. Или ко всем? Взрослый думал, что у папки воля слабая, и его нужно направить. Но Павлик‑то не сможет! И не знает, как писать заявление!

Что теперь будет?! Ощущение было, будто он вытащил кирпич из фундамента, все строение пошатнулось и вот‑вот обрушится на него.

Втянув голову в плечи, Павлик вошел в зал, где на диване сидела рыдающая мама, с тоской смотрела на отца, набивающего дорожную сумку своими вещами. Папка глянул на Павлика, подмигнул и показал ему «класс». Он выглядел не несчастным – воодушевленным. Хотелось под землю провалиться от страха, но Павлик пересилил себя, улыбнулся незаметно от мамы и отзеркалил жест. Схватил тетради, учебник геометрии и рванул за гараж – работать в такой обстановке было невозможно.

Бабушка так увлеклась ненавистью к отцу, что не попыталась поймать и накормить внука. Павлик улегся на подстилку, брошенную на траву, открыл заданную тему, попытался вникнуть, зевнул,  замотивировался, прочитав послание из будущего, и заставил себя вгрызться в гранит науки. Правда, решение далось не так легко, как Павлу, однако Павлик победил! Решил не только простую, но и сложнейшую задачу!

Безумно гордый собой, побежал домой, дома рука сама потянулась к пирожку, он отгрыз половину, но вспомнил, что пообещал взять себя в руки и помочь Павлу все изменить, вернул пирожок в тарелку, пусть и жрать хотелось неимоверно. Не есть – именно жрать, глотать не жуя, хлебать холодный суп прямо из кастрюли.

Но он обещал себе! Он должен стать сильным! И он сделает так, чтоб одноклассники уважали его, а не потешались над ним, как над тем слоненком.

Спать он лег голодным.

А утром пришел друг Валька – весь разодетый, в модном спортивном костюме с полосками, при барсетке, и Павлик вспомнил, что обещал другу поехать с ним в город за кассетой. Потом они должны были смотреть у него дома по видику интереснейший фильм про динозавров «Парк юрского периода».  Но в час дня Павлик уступит бразды правления телом Павлу, встретится с отцом и поможет ему написать заявление на получение участка.

От Штурмового до города было восемь километров. Поездка казалась Павлику приключением: долго ехать, потом ходить по красивому центру, есть мороженое в кафе «Снежинка», кататься на аттракционах. Особенно ему нравился «Сюрприз», где становишься в середину огромного колеса, пристегиваешься, и оно начинает раскручиваться во всех плоскостях с огромной скоростью, и если настроение плохое или тревожит что – мгновенно выветривается из головы. Американские горки тоже ничего.

Теперь же ему придется отказаться от удовольствия и обидеть Вальку, который один ехать побоится – далеко, маршрут мало изучен. Аж завыть захотелось от досады! Прокралась малодушная мысль проигнорировать отца, сказать, что заболел или мать не отпустила, бабушка заставила собирать жука…

– Извини, но не могу. – Довольное лицо друга вытянулось. – Родители разводятся… Никак не могу. В другой раз.

На глаза парня чуть слезы не навернулись, он захлопал ресницами и пролепетал:

– Разводятся?.. Так что…

– Поезжай один. – Павлик по‑взрослому хлопнул его по плечу. – Фильм посмотришь без меня, он клевый.

– А аттракционы, – продолжил канючить Валька. – «Сюрприз»…