Горничная для принца

Сам же Дорг любил малышку. Чувствовал к ней даже что‑то больше чем к собственному ребёнку, но продолжалось это недолго. Вскоре после рождения сына хозяин таверны слёг в лихорадке и не приходя в сознание скончался.

 

2

 

Комнатка, в которой я обитаю, находится на самом высоком, на третьем этаже. Вернее, это почти чердак. Зимой там холодно, летом жарко. Но всякий раз, когда я поднимаюсь туда глубокой ночью, усталая и вымотанная за день, эта комнатка кажется мне дворцом посреди колючего леса.

Только там я могу спокойно выдохнуть растянуться на циновке, укрывшись старыми бараньими шкурами и прежде чем заснуть, хоть немного помечтать.

Эта комнатка единственное место в доме, где я могу расслабиться и не бояться.

Но… до неё ещё нужно дойти.

Почти каждый день, у лестницы на третий этаж меня поджидает опасность.

Каждый день, когда дом засыпает и все его обитатели уже видят сны, не спят только двое, я и человек, которому я как кость в горле, не даю спокойно жить.

Сын хозяйки – Марк.

Сегодня всё было, так же как и вчера. Ещё с конца коридора я увидела его ждущую фигуру. Приблизилась.

– Иди спать, Марк. Я очень устала.

Сегодня устала особенно сильно. Но понимаю, прежде чем пройти, ещё предстоит отбиться от требовательных, жадных рук Марка. Они как щупальца тянуться ко мне, хватают, а я пытаюсь стряхнуть их с себя.

– Нет, не уйду. Если только к тебе на чердак, – похабно усмехается.

– Отстань, я закричу, – пытаюсь оттолкнуть его, но он хватает, сильно сжимает моё плечо и я вижу его лицо совсем рядом и взгляд, устремлённый прямо на мои губы.

– Саяна, тебе достаточно сказать одно только слово и ты не будешь тут рабыней.

– Уйди, я уже слышала это и не раз. Но я лучше буду рабыней, чем стану твоей женой.

– Я скажу матери, чтобы давала тебе ещё больше работы.

– О чем ты, я и так без остановки выполняю приказы твоей матери, если будет больше, я просто лягу и умру.

– Ты знаешь выход, Саяна, – он смотрит на мои плечи  жадным взглядом голодного зверя.

Нет, я не хочу быть его женой. И поэтому, каждый день, после целого дня работы, вымученная я поднимаюсь сюда только для того, чтобы снова и снова понимать, никогда не стану женой этого человека, даже если откроется небо и все кто там есть попросят меня о таком одолжении.

Марк с его бесконечными приставаниями ненавистен мне. Он не уродлив, а можно даже сказать, что красив. Но его красота никак не трогает меня, а жестокое сердце не притягивает. Его поступки хитрые и гадкие. Если говорить просто, Марк очень плохой человек. И он мне отвратителен.

Всякий раз, когда пытаюсь представить себя за ним замужем, меня передергивает от омерзения. Как бы я себя не уговаривала, как бы ни желала облегчить себе жизнь, замуж за Марка я не пойду. Никогда.

Он снова потянулся, хотел прикоснуться и схватить, но я оттолкнула его руку. Он полез другой, я удирала по ней.

– Пропусти Марк, я хочу спать, – уставшая я всё‑таки нахожу в себе силы отталкивать его.

– Сначала ты согласишься, а потом спи сколько хочешь.

Хотела пройти, но он обхватил меня сзади и прижал к себе. Я начала вырываться, бороться, но он крепко держит и надежда высвободиться тает с каждой секундой. Силы покидают, ещё немного, он добьётся того чего хочет.

И тут, я услышала.

– Отпусти её немедленно!

Движения замерли, я обернулась и Марк тоже.

В коридоре, освещенном парой настенных канделябров, стоял человек. В полутьме он казался темной фигурой укрытой накидкой, но из‑под капюшона было видно, как сверкает в его взгляде гневный огонь.

– Да вы кто такой? – нахально произнёс Марк.

– Кто я такой тебе знать не нужно, но если не отпустишь девушку, придётся на тебя повлиять.

– Я – тут хозяин, – сказал Марк, не отпуская меня, – а это моя служанка и я могу делать с ней всё что захочу.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

И он сдавил меня ещё сильнее. На лице моем отразилась боль и человек в темноте это заметил.

Он вытянул руку с растопыренными пальцами, и я увидела свечение, исходящее от его руки, оно проползло по воздуху точно огненная змея, достигло нас с Марком и в тот момент, когда коснулось нас, Марк отскочил от меня и недовольно вскрикнул.

– Какого черта!

– Идите спать красавица, надеюсь, завтра у вас будет хорошее утро, – сказал незнакомец и я испугано попятилась к лестнице.

Ещё раз посмотрела на этого человека и быстро засеменила по ступеням на третий этаж.

Там я услышала, как недовольный Мрак повернулся и тоже начал уходить.

Проговорил недовольно:

– Понаедут, потом порядки свои устанавливают.

И голос его затих внизу.

Я перегнулась через перила лестницы и посмотрела вниз, хотела сказать спасибо незнакомцу.

Но внизу уже никого не было.

 

***

 

Старик Бернар вошел в комнату и остановился посредине.

Ози давно храпел на своей кровати, запрокинув голову назад и открыв рот. Он спал так почти всегда и Бернару не раз хотелось запихнуть ему в рот муху или паука и посмеяться над тем как Ози проснётся, будет смешно бегать по комнате, плеваться и сыпать ругательствами.

Но сегодня шутить не хотелось. Какое‑то особое чувство не давало мыслям разбегаться в поисках ответов и было такое стойкое ощущение определённости.

Даже – завершения миссии.

Отчего это происходило Бернар пока не мог сообразить.

Не догадывался старик и о том, когда наконец он остановится и просто будет жить в замке, только иногда выезжая поохотиться вместе с королём. Как бывало раньше.