Хозяин Соколиной Пустоши
Выбравшись из‑под одеяла, Тель принялась за починку платья. Скоро пуговица вновь сидела на положенном месте и блюла женскую добродетель.
– Стеф! Просыпайся! Ты вчера обещала мне, что будешь послушной девочкой. Прошу тебя, вставай! Мне нужно на работу. Есть заказ. Я не могу позволить себе опоздание. Нам нужно расплатиться с долгами. Иначе господин Грау из булочной предложит мне съесть на завтрак не пирожок, а …тебя! – Тель кинулась к кровати и принялась щекотать хитрую негодницу, что уже не спала, а выглядывала из‑под одеяла. Раздался заливистый детский смех.
– Все, я решила, не буду больше платить господину Красту за овощи. Зачем? У меня тут в постели валяется отличный ленивый кабачок.– Тель нашла под одеялом детскую пятку и пощекотала. В ответ пятка дёрнулась и раздался приглушённый смех.
– Давай договоримся. Если ты сейчас быстренько встанешь, умоешься и оденешься, то мы на обратном пути домой зайдём к госпоже Роджерс. И узнаём, остались ли у неё карандаши для тебя?
Одеяло тут же полетело в сторону. А из‑под подушки вылезла лохматая голова. Тель с нежностью пригладила темные, непослушные волосики и заглянула в карие, почти чёрные глаза девочки. В них светилось счастье. И Тель почувствовала укол вины. «Обязательно куплю ей новые карандаши, когда получу вознаграждение. Ну и что, что на следующей неделе нужно отдать деньги за квартиру. Выкручусь. Не в первый раз…»
– Стеф, ты помнишь как нужно себя вести, когда я с клиентом?– вся утренняя благодать слетела с девушки. Лицо стало серьёзным, и внимательным.
Темная макушка кивнула. Тель вздохнула и чмокнула девочку в маленький нос.
Через полчаса они обе, одетые, причёсанные, сосредоточенные шли по улицам просыпающегося городка, Астерс. Приветственно помахав почтальону, газетчице на другой стороне улицы и ещё паре‑тройке человек, Эйтелия возблагодарила Создателя, что ее выбор пару лет назад пал именно на этот город. Тихий, спокойный, несмотря на порт, сонный, южный город. Он не занимал важное стратегическое положение. А потому ни Королю Лионелю Оввидану, ни его приближенным до этого места дела не было.
– Доброе утро, господин Грау!– Тель легко присела в книксене. Стеф повторила за ней.– Чем это так пахнет? Неужели вы встали ни свет ни заря и напекли наши любимые булочки с яблоками?!
Пухленький старичок, с седыми волосами довольно заулыбался. Он был таким милым, румяным как собственная сдобная булочка. Хоть уже и плохо видел с годами, но все равно каждое утро сам лично вставал к печи.
– Ну как не побаловать таких замечательных девочек!– шурша пакетом, господин Грау, вышел на встречу.
Стеф следила за булочками голодными глазами. А заполучив желаемое, коротко кивнула и вцепилась в пакет со свежей выпечкой.
Тель расплатилась со стариком и вздохнула. Ну никак не удаётся ей привить хорошие манеры этой негоднице.
– Всего хорошего, господин Грау! Удачного дня!
–И вам, девочки! – господин Грау помахал в след.
Стоящий за прилавком пожилой посетитель с любопытством рассматривал девушку с ребёнком:
– Ну надо же! Как дочка похожа на мать! Глаза и волосы только разного цвета.
– Да, господин, Стефия очень похожа на Тель. А цвет волос и глаз девочке, верно, от отца достались.
Пожилой господин задумчиво покрутил свой ус.
– Подскажите пожалуйста, уважаемый господин Грау, а они ‑местные жители? Вы их хорошо знаете?
– Знаю их очень хорошо! Милые девочки. Но они не из наших. Приехали чуть больше двух лет назад. Одни, без мужа и отца. С тех пор живут у старой карги Дастерс. А вы почему ими заинтересовались? Вы, уважаемый, сами то кто будете?
– Меня зовут господин Шуст. Я проездом в вашем городке. Не планировал задерживаться. Но капитан корабля сказал, что объявлено штормовое предупреждение. И потому мы задержались в порту на пару дней. Надоело мне есть стряпню их кока. Вот я и вышел в город. А тут такие чудесные мама с дочерью. Молодая правда мать то, совсем. И мужа нет. Странно.
– Да что ж странного? Сколько молодых парней полегло в той войне с варварами? И не счесть потерь! Может муж ее погиб смертью храбрых? А ей, бедной, приходится одной ребёночка растить. Да ещё проблемного такого. Девочка ведь немая. Ни словечка не сказала за все время. Тяжело им, бедным. Вот и подкармливаю немного.
– Ну если ребёночек в отца уродился, то странно, что они бедствуют…
– О чем это вы, уважаемый?
– Я про цвет глаз малышки. Видели какие они? Почти чёрные. А у матери? Сапфировые…
– Ну и что с того?
– Да так, господин Грау, ничего. Просто удивился. Вот и все. Не обращайте внимания.
Пекарь пожал плечами и, вспомнив про булочки, что подрумянивались в духовке, распрощался со странным клиентом. А пожилой мужчина вышел из булочной, забыв свой кулёк со свежей выпечкой. Он осмотрелся по сторонам. Не увидев девушку с заинтересовавшей его девочкой, он с минуту постоял на тротуаре. Ещё раз убедился, что за ним никто не наблюдает. И направился в дом напротив. К госпоже Дастерс.
Глава 2.
Тель усадила девочку на скамью. Вручила ей пакет с булочками.
– Стеф? Ты помнишь, как мы договаривались? Никуда, слышишь, никуда не уходи! Я постараюсь быстро сделать дела и вернусь. Если будешь хорошо себя вести, то может быть покатаю тебя на пони.
Глаза девочки засверкали от предвкушения. Потом она сделала серьезное лицо и приложила руку к своему сердечку. Затем к груди Тель. Это означало «Не волнуйся». Тель погладила девочку по голове и воровато оглянулась. Никого. Затем сосредоточилась на чем‑то внутри себя. Сделала глубокий вдох и опустила руку в сумку, что висела на ее плече. И вытащила на свет альбом для рисования. И парочку карандашей. Стеф захлопала в ладоши. А Тель приложила палец к губам и шикнула. Стеф сразу посерьёзнела. И сделала вид, что не произошло ничего необычного. Просто мама достала из сумки альбом больше самой сумки в два раза. Но ведь вокруг никого. И их маленькая тайна останется с ними.
Тель поцеловала девочку и со вздохом поднялась со скамьи. Оставлять ребёнка здесь, в не самом благополучном районе одну, на лавке, было чистейшим безумием. Но ее успокаивали несколько мыслей. Во‑первых: оставлять Стеф дома ещё опаснее. В прошлый раз от страха, Стеф нечаянно подожгла старые газеты на кровати. Квартирная хозяйка, почуяв, запах гари, забила тревогу. Хорошо, что Тель уже поднималась по лестнице. И успела первой забежать в свою комнатку. Быстро сбив огонь, она схватила опалённые листы и сунула себе в сумку. Открытое окно помогло частично избавиться от запаха сгоревшей бумаги. Когда же госпожа Дастерс поднялась к ним в комнатку вместе с двумя пожарными, нёсших ведра с водой, то они застали вполне мирную картину. Девочка обнимала мать. А молодая мама сообщила, что запах тянет с улицы. И предложила пришедшим удостовериться, что в их комнатке нет и следов от огня, ни пепла.
Госпожа Дастерс подозрительно пялилась на постоялиц. Но вынуждена была признать, что следов огня действительно нет. Да ещё и новенький золотой так заманчиво блестел в руках постоялицы…
