Хранители Мультиверсума. Книга пятая: Те, кто жив
Ольга вышла в скупо освещённый и гораздо более холодный коридор – лазарет грели дефицитным электричеством, а в остальных помещениях убежища держалось примерно плюс десять. «Неудивительно, что много простуженных, – подумала она, – из жаркого лета в такой холод». В коридорах было пусто и безлюдно – идя в столовую, она никого не встретила. В залах, на двухъярусных, застеленных на скорую руку топчанах спали, храпя, кашляя и тревожно ворочаясь, люди. Пахло сыростью, туалетом и портянками. Похоже, авральные работы по переселению закончены, все отдыхают, прежде чем начать методично обживаться в новых условиях.
В столовой было сумрачно, горели только аварийные лампы. За плитой зевала, разогревая еду для полуночников, совсем молодая девушка, практически подросток.
– Я сегодня дежурный повар, – то ли пожаловалась, то ли похвасталась она Ольге, – вам побольше положить? Блюдо одно – каша пшённая с тушёнкой, – но её много.
– Обычную порцию, пожалуйста, – Ольга увидела сидящих в углу с мисками Андрея и Мигеля и, получив свою посуду, направилась к ним.
– Привет! – сказал испанец, Андрей только сухо кивнул. Он так и таскался повсюду с карабином, сейчас тот стоял, прислонённый к стенке.
– Как себя чувствуешь? – поинтересовался Мигель. – А то тебя сразу в лазарет утащили.
– Лизавета Львовна перестраховалась, – отмахнулась Ольга. – А что тут творится? И где Иван?
– Громов у начальства, совещаются снова, – начал рассказывать он. – Энергетики возятся с реактором, что‑то у них не ладится. Вся энергия с генераторов у них, поэтому холодает. Через ФВУ[1] идёт ледяной воздух, греть его нечем, а не качать нельзя – задохнёмся. Иней забивает вентканалы, приходится чистить. Один вентилятор от холода сдох, остальные пока держатся, но выключать их нельзя – замёрзнут. Продовольствие успели вывезти со склада всё, но его не очень много. Если где‑то что‑то и осталось, то уже не добраться. Палыч запретил выходить на поверхность – слишком, говорит, опасно. Там уже минус восемьдесят, как на полюсе холода в Антарктиде. Ну, и ещё это… Которое ребят…
Мигель замолчал и начал быстро доедать остывающую кашу. Ольга последовала его примеру. Мяса в каше было совсем немного, и это при том, что дежурная явно пыталась положить беременной девушке порцию понаваристей. Похоже, ситуация с продуктами действительно была не очень хорошей.
– Как ты, Рыжик? – в столовую прихромал усталый Иван.
– Нормально, не волнуйся, а вот ты себя совсем загонял…
– Ничего, осталось последнее усилие! – муж старательно изображал оптимизм. – Энергетики почти закончили, осталось ТВЭЛы загрузить – и да будет свет! И тепло, конечно…
– Это же прекрасно! – воодушевился Мигель. – Будет свет и тепло – как‑нибудь не пропадём!
– Надо только эти самые ТВЭЛы доставить, – вздохнул Иван. – Они на складе.
– Притащим как‑нибудь, подумаешь!
– Двести сборок. Каждая три метра длиной и двадцать кило весом, не считая ящика. И это ещё полбеды – а ведь надо вытащить отработанные… – пояснил Громов. – До склада, к счастью, есть коридор прямо из реакторной, но погрузчик остался на складе и замёрз, надо полагать, наглухо. Так что только ручками….
Мигель, видимо, представил себе масштаб работы и сразу как‑то поскучнел:
– Ну, деваться‑то некуда…
– И думать забудь! – строго сказал ему Иван. – Пойдут только мужики за тридцать, у кого уже есть дети. То есть, я, например, – он кивнул на Ольгин живот и подмигнул ей.
– Это ещё почему! – возмутился Мигель.
– Радиация, молодой человек! Береги будущее потомство. Тебе только предстоит осчастливить какую‑нибудь юную красавицу, а у меня она уже есть.
Мигель покраснел и умолк.
– Так что предлагаю всем пойти поспать, – закончил Иван. – Через пять часов начнём погрузку.
– И где мы теперь спим? – растерянно огляделась Ольга, выйдя в коридор.
– Тссс! – с заговорщицким видом подмигнул ей муж. – Я тут немножко воспользовался служебным положением! У нас на сегодня роскошные личные апартаменты!
«Апартаментами» оказалась пустая кладовка при лазарете, где стояли наспех сколоченные «двуспальные» нары под тонким старым матрасом без белья. Но здесь было теплее, чем в общих помещениях, а главное – они были одни.
– Не могу упустить случая, Рыжик, – щекотно зашептал ей в ухо Иван, когда они улеглись, погасив крохотный огарок свечки. – А ну как подлая радиация попадёт, куда не надо? Вдруг в последний раз?
– Типун тебе на язык! – сердито прошептала в ответ Ольга. – А ну, иди сюда! Я тебе покажу «последний раз»!
Историограф. «Ничьи земли»
Борух подёргал на мне разгрузку, потряс рюкзак, придирчиво осмотрел всего – от кепки до шнуровки берцев.
– Всё взял? Ничего в шкафчике не осталось? А ну, попрыгай!
Я послушно подпрыгнул. Антабка автомата звякнула о торчащий из разгрузки магазин, и Борух передвинул на мне ремни. Мне стало смешно – как будто ребёнка в школу собирает.
– Всё тебе смехуёчки! Тебе, балбесу, чего сам не положишь, того ты и не вспомнишь…
Это он нервничает так, я знаю.
– Серьёзно? Вот так просто? – Ольга осматривала окрестности в хитрый прицел своей супервинтовки. – Неужели даже наблюдателя не поставили? Не люблю, когда всё так гладко начинается… Плохая примета.
– А ну и хорошо, ну и ладушки! – обрадовался комгруппы. – Какое там время гашения?
Я поработал с планшетом и определился:
– Три минуты всего, вообще халява.
– Вот поэтому и не держат, – пояснил он, – поди удержи такой короткий. Так, мы тут обустраиваемся, а вы валите, куда собирались.
Мы дождались гашения, поздоровались с коллегой‑оператором и бодро потрусили к лесу.
– Ну, давай направление, писатель! – сказал Борух, когда мы остановились на полянке.
Выходной репер транзита ощущался вполне отчетливо, а значит, был относительно недалеко. Определить расстояние точно я не мог, но вряд ли больше нескольких километров. Дальше я бы его не учуял. Мы не крались по кустам, как ниндзя, не ползли, собирая в штаны шишки и в карманы листву, – просто шли по достаточно редкому, светлому, вполне приятному лесу. Похоже, нежелательных встреч мы не опасаемся.
– Тут же никого нет? – спросил я.
– Не должно быть, – подтвердила Ольга. Если на входной точке не было, то на выходной им и вовсе делать нечего.
[1] Фильтро‑вентиляционная установка.
