Искатель. Второй пояс

С хрустом осыпался защитный купол Домара, засыпая обломками спящую Алетру, в пальце от её ног зиял разрез на простыне, через миг надвое разломилась перерубленная кровать.

– Отвечай мне!

Я стиснул зубы, сдерживая ругательства. Слишком близко, память подвела меня. Но и угроза так оказалась весомей.

Домар вскинулся, преодолевая боль Указа, несколько мгновений глядел, как жена сползает с наклонившейся кровати, затем уставился на меня и торопливо прохрипел:

– Поклянись, что оставишь ей жизнь или я сейчас убью себя, сожгу себе сердце!

Я едва не ухмыльнулся, собираясь предложить ему попробовать сделать это. А затем… Затем кивнул:

– Оставлю.

Домар забормотал:

– Человек, которому я пообещал привезти пикового Воина, – Истина тут же пригасла, перестав наказывать Домара. – Примчался сюда, потребовал отдать ему цепочку. Я ответил, что использовал её и верну к сроку. Он ответил, что не будет ждать и Воин в цепочке нужен ему сейчас. Решил, что я обманываю его, задумал какую‑то хитрость. Решил, что в поместье ловушка. Отовсюду хлынули его марионетки и принялись всё громить. Я сумел убедить его, что не вру, что так вышло, ты сейчас не в поместье, но ты жив, показал твой контракт. После его ухода и недосчитались твоей семьи.

Услышав это, я вскинул меч, снова направил его на кровать, сам уставился на Домара, медленно спросил:

– Это ты сказал ему про мою семью, тварь?

– Нет! Стой! – Домар вскинул руку, я с трудом заставил себя ослабить хватку на Верном, слушать дальше. – Не говорил ни слова!

– Намекал? Отвечай!

– Нет!

– Шепнул своим людям, чтобы они решили этот вопрос за тебя?

– Да нет же! Он сам выбрал кого забрать!

Истина над его головой горела спокойным светом, убеждая меня в правдивости его ответов.

– Ты знал, что они пропали?

– Только когда пришёл с докладом старший над слугами.

Я снова поймал себя на том, что стиснул меч, покачал головой:

– Хорошо… Хорошо… Но, выходит, ты с самого начала знал, что этот человек сектант?

Домар выкрикнул:

– Нет!

Но замерцавшая Истина над его головой показывала мне, что это… Что это что? Она едва тлеет, не наказывая его в полную силу. На лице Домара нет даже следа боли. Хотя, так я и сам умею. Но только тогда, когда можно убедить самого себя. Я с расстановкой принялся спрашивать:

– Он сектант?

– Да.

Я глядел лишь на мерцающую Истину.

– Это настоящие марионетки?

– Э… Да. Какие же ещё?

Вот только Истина продолжала мерцать.

– Он не сектант?

Домар скривился:

– Что?

Я пожал плечами:

– Ты что‑то скрываешь, юлишь в ответах, я это просто чую. Похоже, не хочешь по‑хорошему, обязательно нужно пригрозить. Может мне и Алетре отрубить ногу?

Домар с ненавистью выдохнул:

– Тварь!

Я молчал, лишь поднял меч и Домар тут же вскинул руку:

– Стой!

– В молодости я выполнял грязные поручения у своего дяди. Того, что правит в Двух Холмах. Хотел вернуть… – Домар криво улыбнулся. – Неважно. Когда читаешь, что продают на теневом аукционе, то кажется, будто там половина заказчиков – сектанты, но что‑то никто не спешит обвинять их в этом, не ловит их на входе.

– Мне плевать, что там в твоих Двух Холмах. Хотя… Ты намекаешь, что нашёл этого человека там, на теневом аукционе?

– Да.

– А как же тогда марионетки? Сектант он или нет?

Домар хмыкнул:

– Разграбили караван купца? Сектанты, не иначе! Вырезали семью строптивого идущего? – лицо Домара перекосило, он рявкнул: – Сектанты! Небо, небось, наказало! Не зря же тут обломки костяного артефакта лежат. Напали на Ясень, убили половину стражи? Сектанты, больше некому! Это ведь так удобно, притащил Флаг Убийств на стену и формация всем сомневающимся расскажет, что это дело рук сектантов. Кто это на стенах убивает твоих людей, племянник? Марионетки!

Я даже оторопел от такого напора, переспросил:

– Ты думаешь, что это дело рук кого‑то из Саул?

Домар засмеялся:

– Кто я такой, чтобы кого‑то обвинять? Живое доказательство никчёмности второго старейшины?

Я потёр лоб. О чём он? И какое мне до этого дело?

– Сектантские пилюли твоей дочери ты получил от этого человека?

Домар вскинулся, невзирая на свою ногу:

– Что? Где моя дочь? У тебя есть предел, ублюдок?!

Я криво улыбнулся:

– Предел? Не знаю. Но твою дочь не трону, – безразлично пожал плечами. – Я даже не знаю где она. Где ты уложил её спать наверное, там она и есть. Отвечай на вопрос.

Домар с ненавистью процедил:

– Нет. Обычные пилюли с обычного аукциона Двух Холмов. Трофеи каких‑то идущих. Я хочу дать ей все возможности, не хочу чтобы она…

Я перебил его:

– Где ты должен встретиться с этим… человеком и отдать меня?

– Я? Нигде. Пообещал ему найти ещё трёх‑четырёх человек и вместе с ними отправить тебя на Поле Битвы нашей семьи. Крайний срок – через месяц.