Искатель. Второй пояс

Я быстро пролистнул остальные страницы, выхватывая куски текста. Среди знакомых слов тут и там встречались новые рассуждения.

И книга, и пирамидка отправились в кисет. Уже ничему не доверяя я буквально облазил всю комнату, огладил пальцами каждую доску стен и пола. И не остался без добычи. Под кроватью старика за ножкой нашёлся синий камушек, из которых мы с Лейлой строили дома в её играх.

Из Павильона я вышел, всё так же размышляя об услышанных словах и до боли сжимая в кулаке окрашенный синим камень.

Отвлекая от раздумий позади раздался дрожащий голос:

– Гос‑с‑сподин…

Обернувшись, я обнаружил пятерых бывших стражников, о которых уже позабыл. И что мне с ними делать? Брать с собой? Вздохнув, сказал, подкрепляя каждое своё слово записью в их Указы:

– Запрещаю рассказывать о том, что произошло этой ночью. Запрещаю возвращаться в главное здание поместья, – тот бывший стражник, что был там со мной, нахмурился. Я покосился на него и приказал: – Сейчас вы должны бежать из города, отправляйтесь куда хотите, – помолчав, криво улыбнулся и закончил. – Через неделю сами решайте, кто станет вашим хозяином. На этом наши пути расходятся.

Я отвернулся, оставляя на каждом из бывших стражников семьи Саул по два Указа. Молчание обо мне без срока действия и Служение со сроком неделя и короткими записями.

Через стену я перепрыгнул там, где меня не мог увидеть никто. Ветром промчался по пустым улицам, уже через пятьсот вдохов отыскав в чаще леса своих людей. Шагнул из зарослей под скрежет выхватываемой стали. Самым невнимательным всё тут же разъяснили Указы.

Кирт, который успел вернуть меч в ножны, склонился передо мной в поклоне:

– Господин. Мы всё сделали. Тихо и незаметно.

Я лишь кивнул и молча прошёл мимо, но теперь на моём пути оказался Зотар:

– Почему ты вернулся один? Что случилось?

Я замер, вздохнув, мрачно спросил:

– Никто ещё не сказал? Неделю назад на поместье напали марионетки сектантов. Часть слуг убили, а часть забрали с собой. Моя семья пропала.

Зотар охнул, покачал головой. Шагнув ко мне, ухватил меня за плечо:

– Крепись, старший брат.

Я ожёг Зотара взглядом, глухо сообщил:

– Они живы, у меня их контракты. Скорее всего их нужно искать на Поле Битвы Саул.

Гавал шагнул ближе:

– Как это возможно? Поселения вокруг Поля Битвы полны идущих. В сам город Древних не войти сектанту, ведь проход через формацию в руках стражи Саул. Не войти вообще никому из посторонних, тем более таких старых, как ваша семья. Да и там… как там выжить сектанту? Если мы, жители империи скажем, что нет никого, кто ненавидит сектантов сильнее нас, то поспорят с нами лишь Звери. А с ними создания Древних, которые населяют Поля Битвы.

Кирт хмыкнул:

– А призраки в руинах? Лабиринты летающей смерти? Ядовитые подземелья?

Гавал отмахнулся:

– Это другое и ты и сам это знаешь.

Я развернулся к Гавалу, потребовал:

– Подробней. Что значит не сумеют войти?

Мне ответил Кирт, хотя их привычка поровну делить моё недовольство и похвалу, уже начинала меня раздражать:

– Господин, я же говорил вам, вспомните – войти туда тем, кто старше двадцати – невозможно.

Я отчётливо заметил, как в глазах Кирта мелькнула насмешка. Ещё и это обращение… В другое время я бы усмехнулся в ответ, но сейчас едва удержался от того, чтобы не ударить. Но да, рассказывал. Как раз тогда, когда я пытал Кирта и Гавала о странных одинаковых картах, а затем о жизни на землях Второго пояса.

У некоторых фракций на их землях расположены города Древних. Чаще всего лишь руины. Но руины, которые ещё запечатаны формациями Древних, полны их големов и ловушек, мест битв с сектантами и даже ловушками давно погибших сектантов. Как сказал Гавал, после возрождения Империи Императором Рамом Вилором, когда он подчинил своей воле все Пояса и их границы, он подчинил себе и города.

Ключи от руин теперь у фракций, на чьей территории они находятся. Местные называют их Полями Битвы, их назначение – места тренировок для молодого поколения.

Зотар хмыкнул:

– Если только этот сектант не наловчился делать себе в формации вашего Поля Битвы отдельный вход.

Гавал пожал плечами:

– Всё может быть. Но ты сам недавно шёл по лесу с Закалками. Легко ли это было? А ведь в семье господина были Закалки?

Кирт кивнул:

– Были.

Гавал продолжил свои рассуждения:

– Марионетки не могут выйти на дорогу, тем более с пленниками. Должны двигаться по лесу, скованные Закалками, избегая людей и сильных Зверей. Путь до Поля Битвы затянется на месяц, не меньше. К чему такие сложности?

Я не выдержал повторения своих мыслей и зло оборвал его:

– Мне откуда знать?

Кирт согнулся в поклоне:

– Господин, простите его. Он не хотел сказать ничего дурного. Он вёл к тому, что где‑то в окрестностях Ясеня есть небольшое гнездо сектанта. А значит их поведут не к Полю Битвы.

Я нахмурился. Это если «сектанты», а если нет? Если это и впрямь обычные люди, которым нужны те, кого никто искать не будет? Домар всё же прав – сектанты приходили, убили – проклятые сектанты.

Гавал кивнул, хмуро добавил:

– Хотя я не могу этого понять. Последний раз мы с… – Гавал запнулся, сказал по‑другому: – я с отрядом поймал сектанта в окрестностях пять месяцев назад. Ясень, конечно, яма, главные ветви семьи Саул не давали людей, чтобы вычищать леса от Зверей и сектантов, как положено. Прошлый раз половина стражи погибла, я так и стал старшим в отряде, потому что больше некому было. Но… Пять месяцев – это слишком малый срок. Пусть даже в лесах снова появился сектант, когда бы он успел ещё и создать несколько марионеток?

Эти слова говорили как раз в пользу того, что кто‑то лишь притворялся сектантом, но я задумчиво поправил Гавала:

– Много марионеток.

Кирт нахмурился:

– В Ясене вообще мало людей, пропажа любого видна сразу.