Искра твоей души

Она гордо подняла голову, показывая, что оскорблена возможными домыслами.

– Тея останется дома, – весомо произнёс отец. – Волей старшего в семье я запрещаю дочери покидать имение.

– Моя будущая жена останется здесь! – громко и горячо вторил ему Джудас.

Он с силой обхватил меня за плечи, прижал к себе. У меня похолодели руки. Не знаю, что так заставило трепыхаться сердце и спазмом стянуло горло? На мгновение я снова оказалась в ночном кошмаре, – из лабиринта не было выхода.

– Я благодарна, Ваша Светлость, – не поднимая глаз, пробормотала я. – Но я не ищу ничего кроме тихого дома рядом с мужем.

Ожидая гнева герцогини, я взглядом искала поддержки у отца. Папа кивнул, подтверждая, что я поступаю правильно. Он стал немного спокойнее.

– Я отправляюсь в путь завтра утром. До этого времени прошу отложить помолвку. – Кларисса, не теряя уверенности и величия, медленно поднялась из‑за стола. – У вас есть время обдумать свой выбор. Я не предлагаю подарки дважды. – Она бросила взгляд в окно. – Чудесный сад! Мне не помешает небольшая прогулка.

Она удалилась. Надменная и холодная Кларисса не показала вида, но я чувствовала, что задела её отказом. Страшно пойти против воли самой влиятельной женщины земель, но что сделано, то сделано!

Я выдохнула, полагая, что острый момент позади, улыбнулась родным. Завтра в дом вернутся покой и обычные радости, Джу подтвердит свои намерения жениться, и мы забудем о неприятном визите Клариссы Уикфил. Я не стремилась менять привычный уклад жизни, радости светской жизни меня не манили.

– Мне тоже нужно на воздух! – заявил Джудас с недовольной миной.

Его тихая и незаметная матушка, от которой мы и пары слов за день не слышали, хотела что‑то сказать, только Джу отмахнулся, сжал кулаки и быстрым шагом вышел из комнаты.

Отец молча покинул столовую и заперся в кабинете. Мама принялась гонять слуг и покрикивать на младших мальчишек, которые снова успели что‑то натворить. Напряжение, охватившее нас с момента приезда герцогини, никуда не исчезло и каждый справлялся с беспокойством, как умел. Внезапно я ощутила себя чужой в родном доме, будто прозрачная, но толстая стена разделила меня и семью. Стало страшно и одиноко.

Полдня я не знала, чем себя занять. Раньше всегда находилось интересное или нужное дело. В конце концов, я и Джудас проводили время вместе: беззаботно сидели в беседке, болтали и планировали общее будущее.

Сейчас я бесцельно бродила по дому и с тревогой смотрела на дорожки сада, где прогуливалась герцогиня. Чёрная плотная тень в образе помощницы неотступно была рядом с Клариссой. Мне чудилась угроза в прямой спине герцогини и сгорбленной тощей фигуре старухи.

О чём они говорят? Обо мне? О неблагодарном эрра Идрисе, запретившем дочери и думать о блестящем будущем в обществе знати? От таких мыслей холодило спину.

Потом я с удивлением увидела Джудаса. Подобострастно склонившись, он приблизился к Клариссе, замер подле неё, слушая, что она говорит. Несколькими минутами ранее старуха куда‑то исчезла, скрывшись за кустами роз. В позе Джу, в его угодливом поклоне и внимании к Клариссе было нечто неприятное, унижающее не только Джудаса, но и меня.

Я так увлеклась картиной за окном, что чуть ли не подпрыгнула, когда позади раздался лающий голос:

– Хозяйка зовёт. Иди к ней.

Резко развернувшись, я упёрлась взглядом в лицо Гераты. Кажется, так звали эту жуткую женщину. Она точно иссохла от времени или иных причин, о которых я не желала знать, под сероватой кожей проступали кости, заострённые черты напоминали о смерти.

Скорее бы избавиться от служанки и эрри Уикфил! Кларисса послала помощницу за мной, но зачем?

– Иди! – повторила Герата.

Преодолев себя, я на негнущихся ногах пошла к выходу в сад. Каждый шаг отзывался во мне глухим ударом сердца, словно я шла к пропасти, куда вот‑вот упаду.

– Око мага не лжёт. Кровь пущена, и дева способна стать сосудом для искры, – быстро проговорила Герата мне в спину.

– Что?! – обернувшись, переспросила я, подумала, что ослышалась.

– Хозяйка не любит ждать, – грубо ответила старуха. – Иди и будь покорна. Это единственное твоё право.

Не много ли на себя берёт простая служанка?!

Я разозлилась, однако мы уже подошли к месту, где стояли Кларисса и Джудас. Алые губы герцогини украшала улыбка, ямочки на щеках делали гладкое лицо миловидным и юным, но ясные, голубые глаза сверкали льдом.

А Джу… Никогда не видела его таким растерянным и разбитым. Увидев меня, он сгорбился, рот зло скривился.

– Будьте мужчиной, дорогой мальчик, – нежно сказала Кларисса.

С видимым усилием Джудас прохрипел:

– Свадьбы не будет. Я поторопился, раздавая обязательства. Ты свободна, Доротея!

Я не успела осмыслить слова Джу, как он, размахивая руками, кинулся в дом, на ходу призывая мать собираться в дорогу.

– Мужчины… – Пожала плечами Кларисса. – Думают, что сильные и несгибаемые, а сами легко делают шаг назад, столкнувшись с трудностями. Покажи мне ваш сад, милая.

Герцогиня сама взяла меня под руку и повела по дорожке. Мелкий песок скрипел под сапожками, пели птицы, осеннее солнце отдавало последнее тепло, а я тряслась от холода, растекающегося внутри. Потрясённая, я не сопротивлялась и ни разу не обернулась на дом. Это походило на дурной сон, где было больше нелепого, чем жуткого, отчего не верилось в его правдивость.

То, что я услышала дальше, показалось мне таким же ненастоящим, лишённым всякого смысла.

– Твой отец задумал зло против герцогской власти. Я знаю о его сговоре с моими врагами. Как ты полагаешь, Доротея, что делают с предателями?

Кларисса остановилась и прикрыла глаза, ожидая моего ответа.

– Неправда! Отец никогда… Он много лет не покидал имения!

– Ты обвиняешь во лжи свою герцогиню? – с тихой угрозой произнесла она.

Я склонила голову, умоляя простить за дерзость. В голове всё смешалось, почудилось, что под ногами не твёрдая почва, а трясина, куда меня медленно и неотвратимо засасывает.

– Не смею и думать, Ваша Светлость, но отец – достойный человек, и не станет затевать бунт.

– Ему грозит заключение и казнь, – спокойно продолжила Кларисса. – В Каменном Клыке его подвергнут пыткам, а казна заберёт земли и имущество. Жена преступника с домочадцами лишается всех прав. – Герцогиня взяла меня за руки. – Ты мне нравишься и можешь спасти свою семью, птичка.

– Как?! – Я порывисто сжала её тонкие пальцы.

– Поедешь со мной, станешь послушной и исполнишь всё, что я потребую. Возможно, тогда я вспомню, что предательство твоего отца, всего лишь сон, который мне приснился сегодня ночью. Такая ерунда иногда привидится!

Весело и легко рассмеявшись, Кларисса отпустила меня и пошла по дорожке. Эрри Уикфил обернулась.

Однажды в детстве я и Джудас нашли змею на камнях возле реки. Гадину разморило на солнце, и она лениво наблюдала за нами, выбрасывая язык из растянутой щели рта. Улыбка герцогини напомнила мне о том случае.