Исполнить пророчество

В один из дней парочке пришлось продолжить движение по другому берегу ручья, так как на их стороне заросли стали совсем непроходимыми. Ручей в этом месте поворачивал крутой дугой, и до переправы они не могли видеть, что впереди. Когда Нина вслед за Дином перебралась на другой берег и глянула вперёд, то не удержалась от удивлённого возгласа. Вдали виднелись какие‑то строения, правда, явно нежилые, так как поросли вьюном и мхом.

Попутно она удивилась остроте собственного зрения: раньше так далеко Нина не видела и уж тем более не могла рассмотреть вьюны и кусты за общей зелёной массой. Однако новость о постройках настолько её взбудоражила, что на свои новые способности Нина не обратила должного внимания.

Быстро обувшись (бедные кроссовки, сколько они уже здесь перенесли, но держаться!), Нина всё‑таки остановилась в нерешительности: идти сразу туда и узнавать, что это, или вначале перекусить и обдумать ситуацию?

Решила, что второе более правильно. Неизвестно, что их там ждёт, и надо подготовиться хотя бы морально. Немного успокаивало то, что Дин тревоги не проявлял и вёл себя, как обычно. Поэтому, выбрав место для привала, Нина начала обустраиваться на обед.

– Дин, сходи за водой!

Сунув псу в зубы котелок, начала собирать хворост для костра. Она вскрыла банку и выложила небольшую часть тушёнки на пластиковую тарелку, чтобы сварить жиденькую похлёбку из лапши «Роллтон». Дин втягивал свою порцию за один глоток, а у Нины рука не поднималась сократить его порцию. Пёс‑то огромный, ему и этого было мало.

– Дин! – крикнула Нина. – Ты где там застрял?

Пёс не откликался, и она, встревоженная, поспешила к ручью, на всякий случай прихватив посох. Дин обнаружился на середине ручья, который давно уже стал не узенькой лентой, а вполне приличным потоком. Пустой котелок валялся на берегу, а Дин увлечённо рыбачил. Две крупные рыбины бились на берегу. Сам «рыбак», широко расставив мощные лапы, стоял мордой к течению и пытался выхватить подвернувшуюся рыбину. Не каждый раз ему это удавалось, но пёс настырно продолжал попытки, ныряя мордой в воду, и вот третья рыбина уже забилась и закрутилась на берегу. Дин, выскочивший из воды, закрутился у ног Нины и заглядывал в глаза, как бы спрашивая: я молодец?

– Да моя ты умница! Добытчик! Молодец! – нахваливала Нина пса, обнимая его и гладя по голове, несмотря на то что он был весь мокрый.

Дин радостно мазнул её языком по щеке и горделиво поднял голову: мол, видишь, как тебе со мной повезло.

– Повезло, повезло. Но сейчас хватит, больше не съедим. Давай набирай воду, а я рыбу понесу.

Поскольку тушёнку она уже отделила, то решила сварить похлёбку, как намеривалась, а рыбу задумала запечь в костре. Особой хитрости в этом нет – была бы под рукой глина. Вычистив рыбу, Нина слегка присолила тушки, сходила к ручью и принесла в руках большой комок мокрой глины. Размяла массу и смочила водой, чтобы была пластичней. Обмазала рыбины глиной и закопала в прогоравшие угли. Рыба готовилась быстро, но жар всё же надо было поддерживать, и Нина, подбросив несколько веток в костёр, села, ожидая результата. Дин, покрутившись, уселся на попу рядом с ней и тоже уставился на костёр.

«Прямо напарники», – усмехнулась она про себя. Спустя некоторое время она осторожно выкатила глиняные футляры из углей. Они потрескались, и аромат запечённой рыбы поплыл над поляной. Нина постучала рукоятью ножа по глине, и та начала раскалываться и отпадать от рыбины.

– Ну вот, Дин, твой улов готов.

Положив перед псом ещё горячую рыбину, девушка строго сказала:

– Подожди, обожжёшься.

Пёс потянулся носом к еде, но чувствуя, что ещё горячо, отодвинулся на шаг и, сев рядом, начал гипнотизировать рыбу глазами, как бы говоря: «Ну, скоро уже?!»

Нина с наслаждением пробовала куски рыбы, которые отламывала от тушки прямо руками, и жалела только о том, что нет лука и лимона. Вкуснотища необыкновенная! Мягкая, сочная, не костлявая. М‑м‑м!

Это был их первый за долгое время сытный обед. Немного отдохнув после него, Нина всё же решила идти вперёд и обследовать видневшиеся строения. Оказалось, что они не так уж и близко, потому что Нина с Дином шли до вечера, а строения почти не приблизились. Так что, как бы ни хотелось узнать, что за место они нашли, но пришлось остановиться на ночёвку. Двигаться в темноте было невозможно. «Кстати, – подумала Нина, – мы ещё ни разу не видели луны. Только звёзды. М‑да. Ещё один аргумент в пользу другого мира. Уж у нас‑то мы бы луну в любой точке земного шара увидели».

Озадачившись этим вопросом, она полночи крутилась, но, наконец, уснула, прижавшись спиной к тёплому боку Дина.

***

На следующий день к обеду они стояли под стенами древнего города, который, судя по всему, был давно мёртв. Что‑то подобное однажды показывали по телевизору – забытый город в джунглях Индии. Вот и здесь оказалось похожее место.

Сейчас, находясь рядом, Нина видела, что стены города довольно высоки. Хотя они поросли плющом и мелким кустарником, кладка оставалась крепкой и сохранилась почти полностью. Смотровые башни были довольно просторны, а ширина ворот такова, что в них могли свободно разъехаться две повозки.

Нина прошла через ворота, которые были не столько воротами, сколько огромной аркой в стене. Наверное, раньше сверху опускалась решётка или что‑то другое, но сейчас путь оказался свободен. Заходи! Она зашла и остановилась, не зная куда дальше двигаться и что делать. Неистребимое любопытство и интуиция буквально вопили, что здесь надо задержаться. Может, что‑нибудь найдётся и им пригодится?

«Вот всегда так, – пожурила Нина себя. – Всегда иду на поводу у маниакальных присказок: «интересно» и «вдруг пригодится». Под эту марку набираю всего побольше: знаний (особенно знаний), опыта, впечатлений, знакомств».

Отбросив сомнения, Нина внимательно оглядела небольшую площадь за воротами. В одной её части раньше, видимо, был рынок, поскольку частично сохранились торговые ряды. Вторая часть площади оказалась свободной. Это говорило о том, что поток людей через ворота был достаточно велик. От площади отходили три широкие улицы, но лишь одна из них была вымощена камнем. Центральная.

Кстати! Если город давно заброшен, о чём говорили разрушенные стены, то почему внутри стен, в самом городе, влияние времени почти незаметно? Да, город пуст, но странно пуст. Казалось, жители покинули его совсем недавно и все вместе. Дома все были целы. Дикой растительности не наблюдалось. Не нашлось признаков грабежа и паники. Даже пыль обнаружилась в пределах нормы. Странно.

Медленно и осторожно Нина двинулась по центральной улице. Дин, который куда‑то убегал, теперь вернулся к ней и трусил рядом, не проявляя беспокойства. Через некоторое время они подошли к перекрёстку, который, как нож разрезал город на неравнозначные части. Если до перекрёстка вдоль улицы тянулись именно дома, то за перекрёстком высились особняки и маленькие замки.

Ещё через полчаса неспешного хода Нина оказалась на главной площади города. Площадь была большой, даже огромной, а на противоположенной стороне возвышался необыкновенной красоты замок: лёгкий, воздушный, стремящийся ввысь. Бело‑кремовый песчаник поблёскивал вкраплениями кварца. Ажурные балкончики, балюстрады и переходы, высокие стрельчатые окна в обрамлении каменных кружев украшали фасад здания.