Исполнить пророчество

Когда они с Дином в первый день обследовали замок‑дворец, Нина выбрала для их проживания первый этаж. Кажется, это были покои бывших хозяев дворца или их приближённых, состоявшие из нескольких комнат. Нине и псу столько не было нужно. Она ограничилась одной спальней, в которую можно было попасть только из прилегающей гостиной. Ни в одной из этих комнат она не видела ширм или перегородок. «Но руки‑то у меня есть!» – подумала Нина и решила отгородить обе кровати от общего пространства с помощью оконных портьер, которые позаимствовала в других комнатах. Небольшие альковы из плотного полотна будут создавать личное пространство и ограждать от посторонних взглядов. «Посторонних, – повторила она про себя и хмыкнула. – Надо же?! Уже посторонние появились».

Если с тканью у Нины проблем не возникло, то с креплением – очень даже. Потолки оказались не менее пяти метров высотой. Пришлось отложить это дело и отправиться на поиски гвоздей, молотков и лестниц. Не сразу, но в хозяйственном крыле за столовой и кладовками Нина нашла местную мастерскую. Понятно же, что любой дом иногда нуждается в небольших ремонтных работах. И дворец тоже. Так что она нашла и молоток, и гвозди, и лестницу. Почему бы им здесь не быть? Ведь при таких потолках и огромном количестве комнат все эти инструменты были просто необходимы.

Собрав всё нужное, Нина двинулась обратно, но дойдя до главного холла, решила выпустить Дина на охоту. Может, принесёт какую‑нибудь дичь. Немного рыбы ещё оставалось, но если мужчина скоро очнётся, то хотелось бы покормить его мясом. Говорят, мужчины от него добреют. Сама Нина утверждать этого не бралась, так как с мужчиной под одной крышей ещё не жила и бытовые привычки сильного пола для неё оставались тёмным лесом. Да и вообще, их теперь трое, и о питании надо думать всерьёз.

Выпустив пса, Нина дотащилась до комнаты и, сбросив инструменты в кучу, начала осматривать место будущих действий. Особо сильно она не заморачивалась: альков решила сделать у своей кровати, потому что мужчина, когда очнётся, явно перейдёт в другую комнату. Если сам не догадался бы, то Нина и подсказать могла. За ней бы не заржавело.

Обустройство спального места особых усилий от неё не потребовало: вколотить несколько гвоздей, пусть и в потолок, – невелика сложность. Поскольку шторы представляли собой цельное полотно, Нина не стала мудрить, а сложила их гармошкой и проделала насквозь дыру в верхней части, через которую продёрнула шнур, и закрепила его на вбитых гвоздях, предварительно распределив ткань по всей длине. Люверсов, конечно, не нашлось, но задирать голову и смотреть на дырки в портьерах никто не станет.

Донельзя довольная собой и результатом, Нина подошла к незнакомцу, чтобы проверить его состояние. Оно было прежним: бледное лицо, закрытые глаза и тихое дыхание. Потоптавшись немного возле бессознательного мужчины и поняв, что делать здесь нечего, Нина вернулась к занятиям: к поискам магии у себя и во дворце.

В дворцовой библиотеке обнаружилось, что Нина вполне понимала местную письменность. Если в случае с пророчеством это можно было назвать чудом, то библиотека подтвердила: да, чудо, что она поняла надпись на фонтане, но чудо пролонгированное, так как действовало на все тексты этого мира. Значит, это чудо – магия. Ещё больше Нина убедилась в этом, когда в одной из книг обнаружила инструкцию для детей по управлению магией. После этой инструкции она окончательно признала, что попала в магический мир.

С одной стороны, Нину шокировало это понимание. Она долго не могла поверить и осознать. С другой стороны, обрадовало и внушило надежду: вдруг эта самая магия была и у неё?

С того дня прошло больше недели, и Нина ежедневно практиковала те упражнения, которые были приведены в книге. Результатов пока не было: либо она не имела магии, либо не могла эту магию из себя доставать.

Попутно Нина начала изучать библиотеку и обнаружила, что книги стояли по вполне понятному принципу – тематическому. Но разделы оказались не подписаны и разделительных вкладышей на полках не обнаружилось. Так Нина нашла себе занятие на ближайшее время: убирала библиотеку и знакомилась с фондом. Каждую книгу Нина, естественно, не смогла бы просмотреть, но вполне могла подписать темы книг на каждой полке. Дело двигалось, конечно, небыстро, но ей некуда было торопиться. Заодно, может, Нина ещё что‑нибудь полезное по магии для себя отыскала бы.

Теперь она постоянно находилась в библиотеке, постепенно выполняя то, что наметила. Интересно, что Дин сюда заходить не любил. Если она была нужна псу, тот подходил к открытой двери и тихонько гавкал, вопросительно подняв ухо, и Нина выходила к нему. В чём причина такого настороженного отношения к библиотеке, она пока не поняла.

По ходу уборки Нина обнаружила два тайника: один находился в стене за стеллажом, а другой – под видом книги. Оба легко открылись, но не содержали ничего интересного, по её мнению. Это оказались какие‑то старые документы.

Так прошла ещё неделя. Они с Дином усердно рыбачили, пёс ещё и охотился. Нина сделала некоторый запас продуктов, но без холодильника или копчения это дело оставалось бессмысленным. Освоенной оставалась пока только часть первого этажа: библиотека, кухня, кладовые и личные комнаты. Кстати, о кладовых: там обнаружился приличный запас продуктов. Мясо, рыбу, творог и сыры Нина трогать точно не собиралась несмотря на их привлекательный внешний вид, а мука, крупы и приправы подверглись тщательному анализу. Вплоть до того, что они с Дином брали на язык по щепотке продукта и оценивали его.

По их представлениям для готовки годилось всё, но специи Нина всё же отложила до лучших времён, так как ни одна из них не была ей знакома по запаху. Мало ли какое у местных приправ действие. Нину не покидала надежда, что она всё могла узнать из книг. Разберётся, как работает магия и тогда сможет заготавливать впрок. Читала же она в земных книгах и о стазисе, и о холоде, так что разберётся.

Эйфория от появления незнакомца за это время сошла на нет. Он по‑прежнему находился в коме, а Нина по‑прежнему только наблюдала за мужчиной, подкармливала его бульонами и поила водой. Делать это было довольно трудно: приходилось приподнимать его за плечи и поить из мелкой чашки, небольшими глотками вливая содержимое в рот.

Нина сомневалась, что незнакомец мог выздороветь без чьей‑либо помощи, а откуда здесь ждать помощи? Вот то‑то и оно.

Так они и жили, пока в один из дней не случилось это – к Нине пришла магия. Произошло это на речке. Она хотела наловить некрупной рыбёшки и завялить её – всё хоть какой‑то запас продуктов. Сама‑то Нина ни разу заготовкой рыбы не занималась, но видела мельком, читала, соображала. Пробовать‑то ей никто не мешал: раз не получится, два не получится, а на третий, глядишь, и справится.

Так вот, Дин рыбачил у берега на мелководье, подстерегая крупную рыбину. Этот хитрец вообще мелких не трогал. Нина так понимала, они у него меж клыков проскакивали. Она сидела на торчавшем из воды камне посередине ручья.

Сидела Нина на камне с самодельной удочкой (леску сделала из расплетённой верёвки, а крючок – из брелочного кольца, перерубив его пополам) и почувствовала, как кто‑то попробовал наживку. Нина подождала, когда нить начала натягиваться и ходить из стороны в сторону, и медленно стала выбирать её. На противоположенном конце нити усилилось сопротивление. Нина тоже поднажала, подтаскивая добычу ближе. Вот уже мелькнула спина крупной рыбы, и раздался шумный плеск хвостом.

«Чёрт! Не вытяну, однако!» – с сожалением подумала она.

В подтверждение этой мысли рыбина резко рванула в сторону. Нина взмахнула руками и оказалась в воде с головой. Благо речка была неглубока, и она быстро смогла встать на ноги. Но прежде рыбине удалось протащить девушку несколько шагов. Нина разозлилась. Рыбина, наверное, тоже. Сорваться не удалось, и она металась вокруг рыбачки, поднимая волны и брызги.