Исполнить пророчество
Нина разозлилась и шарахнула по рыбине молнией. Получилось! Шарахнула на самом деле! Рыба всплыла кверху брюхом.
Нина выбралась на берег и подтянула добычу. Ошарашенно переводила взгляд с рыбы на собственные руки: неужели это она сделала?!
– Дин! Ты видел?! Я её прибила!
Дин одобрительно гавкнул, – мол, молодец, хозяйка! Рыбу девушка почистила здесь же, на берегу. Они с трудом дотащили улов до дворца. А там…
***
На террасе дворца, которая выходила на площадь и отделялась от неё широкой полосой газона и кустарников, стоял высокий мужчина и внимательно наблюдал за ними. Нина не сразу его заметила, так как тащить тяжёлую рыбину было неудобно. Она согнулась, волосы частично выпали из короткой косы и закрывали глаза. Время от времени Нина стирала рукавом пот, и ей было не до разглядываний. Зато Дин наверняка заметил незнакомца сразу, но почему‑то промолчал. Мужчина тоже молча дожидался их приближения. Поэтому Нина увидела его, только когда в очередной раз удобней перехватывала рыбину.
Она снова откинула выпавшую прядь и увидела перед собой незнакомца. Вначале девушка замерла, потом дико обрадовалась – очнулся! Нина чуть было не кинулась к нему в объятья, но холодный, сдержанный тон и вопрос разом остудили поток радости.
– Почему тебе не помогают взрослые, тена[1]? Почему в замке никого нет? Ты живёшь одна?
Нина закрылась. Решила тоже держаться с незнакомцем холодно и отчуждённо. Не любила она навязываться.
– Мы здесь одни. – Нина опустила обращение, так как не знала, как это правильно сделать. – Я и собака. Мы нашли вас две недели назад в реке. Вы были без сознания.
Мужчина недоверчиво посмотрел на неё:
– Кто же перенёс меня сюда, девочка?
– Мы с Дином. – Нина махнула рукой в сторону пса.
Тот склонил голову и тихонько гавкнул. «Ну надо же! Он ему ещё и почтение оказывает!» – вдруг обиделась Нина на всё сразу: и на холодное знакомство, и на пренебрежительный тон, и на неожиданное почтение Дина к незнакомцу. Поэтому, не собираясь больше разговаривать, она обошла мужчину и направилась в кухню. Рыба, между прочим, тяжёлая и держать её неудобно. Мужчина молча последовал за ними. «Да, неразговорчивый и неприветливый тип нам попался», – подумала Нина.
На кухне она приступила к готовке, а незнакомец сел к столу, продолжая наблюдать за ней. Она же в это время подумала, что раз человек очнулся и даже ходит, то и питаться ему надо более основательно. Нина решила, что рыбный бульон на первое и отварная рыба на второе, лепёшка вместо хлеба и чай с листьями жёлто‑ягодного кустарника вполне подойдут.
Так же молча незнакомец наблюдал за тем, как она готовит, как выставляет на стол посуду (чего‑чего, а посуды здесь было навалом). Ни слова не сказал, когда Нина выставила на стол бульон. Только встал и, подойдя к шкафу, как будто был здесь сто раз, достал какую‑то специю и добавил щепотку в тарелку. Только когда он доел бульон, Нина всё‑таки не выдержала и спросила:
– Как вас зовут? И как к вам обращаться?
Мужчина удивлённо взглянул на неё и ответил:
– Тор[2] Лэридей Грамон. Разве ты не видишь, девочка? – Он опустил взгляд на свой перстень.
«Разве ты не видишь, девочка! – передразнила она про себя. – Как будто я должна разбираться в ваших перстнях и гербах?!» – но вслух ничего не сказала. Только покачала головой.
Перед Ниной встал вопрос: а если он сейчас спросит, кто она и откуда? Сознаваться? Или притвориться, что потеряла память, как это делают многие попаданки из земных книжек? Честно говоря, Нина думала над этим вопросом, как только поняла, что попала в другой мир, и сейчас эти мысли снова пронеслись в голове. «Всё‑таки буду изображать потерю памяти, – решила она. – Ничего не помню, ничего не знаю. Там видно будет, может, и сознаюсь». Нина как в воду глядела.
– А ты, дитя, как здесь оказалась?
– Не помню, тор Грамон, – ответила она. – Кажется, я всегда здесь была, и со мной был пёс.
Мужчина, который в это время перекладывал на тарелку ещё один кусок рыбы, замер и с сомнением посмотрел на Дина. Пёс аккуратно доедал рыбу из чашки и поглядывал на них умными глазами.
– Не знаю, – задумчиво протянул мужчина, – ларсы обычно не выходят к людям. Даже представить не могу, как вы с ним встретились и, тем более, как он позволил считать себя простым псом. У Нины глаза округлились, и вопрос слетел с языка, прежде чем она успела закрыть рот:
– А он не простой пёс?
– А ты ничего не знаешь о ларсах? – в свою очередь, удивился тор. – Странно, – протянул он и продолжил: – Ларс – полуразумное животное, обладающее зачатками ментальной магии. Если он взят щенком, то привязывается к хозяину и может разговаривать с ним мысленно, образами. Ларсы живут парами вдали от людей. В стаи не сбиваются. Очень дорого стоят. Из них получаются отличные охранники, потому что они видят намерения людей, независимо от того, скрыты они магией или нет, и в случае опасности и угрозы передают хозяину картинку.
Нина укоризненно воззрилась на Дина. «Ничего себе! Какой у меня товарищ! А я ни сном, ни духом. И ведь вёл себя, паразит, как обычный пёс. Или я не замечала?» Дин на её посыл виновато скосил глазки, будто говоря: «ну ты же всё равно меня любишь и без этих знаний». Нина вздохнула и отвернулась от него. Конечно, любит. Простой он там или непростой. Неважно. Он её друг.
Тор Грамон между тем внимательно посмотрел на Нину и повторил вопрос:
– Так, откуда ты, дитя? И как тебя зовут?
– Откуда – не знаю, тор. Зовут меня Нина, и я не маленькая девочка. Мне двадцать три года!
– О‑о! Бедное дитя! В таком возрасте остаться одной…
В голосе мужчины даже прорезалось сочувствие. У Нины в мыслях сразу же возник вопрос: «Сколько ему лет, если я для него дитя? На вид лет тридцать, не больше».
Пользуясь тем, что тор Грамон немного смягчил тон, Нина решила задать вопрос о том, что её интересовало:
– Скажите, тор, а что это за город? И почему здесь никого нет?
[1] Тен, тена – обращение к простолюдинам
[2] Тор, тора – обращение к аристократам
