Истинная для трех волков

Рем стоял рядом с кроватью, на которой лежал бледный Дэвид. Капельки пота на лице у второго поблескивали в свете луны. Они оба были практически обнажены, не считая трусов.

Коул уже вошел в темную воду озера, и, подставив лицо под прохладу ночного воздуха, шептал что‑то одними губами.

Соул обернулась на идущую за ней Линду. Та кивнула – такое молчаливое «я рядом».

Каждый шаг давался с трудом.

Она все еще чувствовала себя так, словно блуждала в долгом, крепком сне и не могла проснуться. Все это казалось нереальным. Оборотни, луна, ритуал. Ее босые ноги на холодной земле. Черная, как сама ночь, вода.

– Придется немного помокнуть, Соул! – задорно выкрикнул Коул, вероятно, пытаясь подбодрить ее, но стало только хуже.

Она сделала вдох. Попыталась взять себя в руки.

Так, она уже здесь, верно? Ей дали попытку все отменить – позвонить кому‑то, сбежать. Но она осталась здесь и никуда не собиралась уходить, значит бояться было просто бессмысленно.

Чем быстрее она решится, тем быстрее это закончится.

Она подошла уже совсем близко, когда кусты слева от нее зашевелились. Сначала Соул подумала, что это ветер разгулялся, но вдруг рядом с ней возникла фигура женщины, и от неожиданности Соул едва не закричала во все горло.

– Не бойся, – Линда крепко сжала ее плечо. – Это ведьма, она поможет провести ритуал.

Старая женщина выглядела так, словно сошла со страницы сказки про Белоснежку. Скрюченная, беззубая, в каких‑то лохмотьях, она улыбалась так ядовито и страшно, что было не по себе даже просто смотреть на нее.

– Это она? – спросила ведьма, оглядев Соул с головы до ног. Потом она подошла ближе и ущипнула ее за щеку. Соул словно оцепенела, ей не хватило смелости даже чтобы просто отстраниться от старухи.

– Да, – грубо ответил Рем. – Давайте просто покончим с этим.

Ведьма хрипло рассмеялась. Смех ее перетек в кашель, и она достала такой же грязный, как и ее вещи, носовой платок из кармана, чтобы промокнуть им рот.

– Ты ошибаешься, если думаешь, что на этом все закончится, волк, – ответила она. – Это только начало.

Она хлопнула в ладоши, и над озером повис пласт света. Казалось, что это сама луна опустилась ниже, позволяя им видеть все в деталях. Соул залюбовалась и не заметила, как старуха схватила ее за руку. Она толкнула ее в воду, и та упала, путаясь в платье. Какое‑то время она глупо бултыхалась в воде, а когда, наконец, смогла выпрямиться, Рем стоял рядом с ней и держал ее руку в своей.

Соул хотела вырваться. Закричать, оттолкнуть его. Отвращение внутри нее нарастало с каждой минутой, толстело и разбухало, как снежный ком. Но потом она огляделась и поняла… Вторая рука Рема сжимала ладонь Дэвида, который словно парил над водой, едва касаясь ее спиной и ногами. Коул проделал то же самое с руками Соул и Дэвида.

Теперь они держались за руки. Все вчетвером. А ведьма, стоя на берегу и раскинув руки в разные стороны, зачитывала какие‑то строчки, и голос ее звучал так громко, что, казалось, он летит над деревьями, достает до самой луны и раскалывает ее пополам…

Это была латынь или какой‑то другой, более древний язык – Соул не понимала ни слова. Но в голове у нее шумело, а сердце вдруг начало колотиться так быстро, что показалось, будто оно вот‑вот остановится.

«Это конец, – подумала она. – Они убьют меня. Моя жизнь ничего не стоит для них, я – жертва, которая сама пришла к ним в руки».

Ноги ее подкосились, пальцы стали настолько слабыми, что разжали чужие руки, и она почувствовала, как погружается под воду. Последнее, что она увидела, будучи на своих ногах – как Дэвид Уайт, захлебываясь воздухом, распахнул глаза.

 

Глава 8

 

Дэвид пришел в себя во второй раз за ночь – на этот раз в своей спальне, на свежих простынях. Рядом на краешке кровати сидел Коул, он спал в совершенно неудобной позе, сложив руки на груди, и Дэвид улыбнулся, глядя на брата.

У него было так много вопросов.

Сколько времени прошло? Как долго он был не в себе? И, главное – что же все‑таки с ним произошло?

Последнее, что он помнил – жуткое головокружение и слабость, из‑за которой его постоянно клонило в сон. И чем больше он спал, тем труднее ему было просыпаться.

А потом – огромный черный провал и пробуждение на озере – короткое, всего на пару секунд.

Дэвид сел и потянулся к тумбочке, где стоял наполненный водой стакан.

– Выспался на год вперед, а, брат? – услышал он и повернулся к окну.

Рем стоял там, в свете бледнеющей луны. Медленно рассветало, и небо больше не казалось таким грозным и темным.

– Здравствуй, Рем, – улыбнулся Дэвид.

Альфа подошел ближе. Его энергия – сильная и неоспоримая, разлилась по комнате. Дэвид вдохнул ее полной грудью. Запах брата, запах стаи и спокойствия. Обменяться запахами – это было лучшим проявлением любви в их семье.

Теплая ладонь опустилась на лоб.

– Жар спал, – с облегчением выдохнул Рем. – Наконец‑то. Как себя чувствуешь?

– Как будто пропустил что‑то важное, – он зашипел, почувствовав жжение в груди. Расстегнул на себе рубашку. Под тканью на коже прямо в районе сердца появилась небольшая ранка в форме неполной луны. Обычно таким ранам нужно не больше минуты, чтобы затянуться, но эта – она была особенной. Она кровоточила и саднила, не заживая. – Ты набил на мне тату?

Рем стянул с себя майку и показал свою рану – точно такую же, в том же месте.

– У Коула она тоже есть, – сказал он.

– Ты усилил нашу связь, – Дэвид встал и подошел к окну. Он чувствовал легкий осадок от слабости, но тело его пульсировало энергией, волк рвался наружу. – С помощью чего?

– Ты знаешь об этом ритуале?

– Да, слышал от Крыс несколько лет назад, – Крысы – собственные маленькие агенты Дэвида. Эти ребята появлялись из ниоткуда и исчезали так же внезапно, они всегда владели информацией, но никто, кроме него, не знал, как связаться с ними… А еще они не работали ни с кем, кроме Дэвида.

– Если бы ты дал мне наводку на Крыс, Дэв, нам бы не пришлось проходить эти круги ада…

– Но все ведь обошлось? Я жив. А еще я знаю, как сложно провести этот ритуал. Нужно принести жертву, или воззвать к темной магии. Или…

– Или найти свою истинную пару.

Дэвид сам не заметил, как улыбнулся, поворачиваясь к альфе. Он с трудом выдержал паузу, поскольку радость затопила все его нутро.

– Ты нашел ее, – не спросил – констатировал факт. – Ты нашел пару. Как? Где?