Кондитерская дочери попаданки

Миновав внутренний двор, я выбежала из врат, не запертых сегодня в столь поздний час из‑за визита «уважаемого гостя», которому графиня собиралась спихнуть ненавистного бастарда мужа в качестве супруги. А затем, промчавшись по каменному мосту, понеслась вперед. Вниз с холма, на котором располагался замок. Сначала – по ведущей к нему дороге. Но хоть бежать по ней и было довольно удобно, я быстро смекнула, что как раз здесь‑то меня моментально догонят, если Амалия отдаст такой приказ. Так что приметив кратчайший путь до леса, я свернула с дороги и побежала к нему.

К тому моменту, как я нырнула в чащу, за моей спиной уже слышался гвалт, долетавший со стороны графского замка. Обернувшись на миг, я увидела россыпь огней, вывалившуюся из главных врат. Значит, за мной уже отправили погоню?

Сжав кулаки, я побежала вперед, углубляясь в лес. До города недалеко, нужно просто туда добраться, не дав отобрать у меня сумку с моими документами. Среди которых – удостоверение личности, акт, которым отец признавал меня как свою дочь. И главное – бумаги, подтверждающие мое право на владение маминым домом на окраине города, и земли, на которой он стоит. Ох, как же хорошо, что я, запаниковав, все же додумалась забежать за всем этим в свою комнату! Ведь иначе была бы просто непонятно кем без гроша, не имея на руках ничего, кроме этого чертового платья, которое, добираясь до города пешком, просто убью к чертовой матери, так что его нельзя будет даже продать! Да что там, мне прямо сейчас захотелось просто оторвать его подол, как это порой делали боевые героини приключенческих романов! Вот только с таким количеством юбок это было невыполнимой задачей.

Ну, по крайней мере, при первой же возможности нужно будет сесть и переобуться в удобные ботинки. Потому что бегать по лесу в туфельках, да еще и с уже сломанными каблуками – еще более сомнительное удовольствие. И рассыпавшиеся длинные золотые волосы надо бы собрать хоть в косу, чтоб не лезли в глаза и рот при каждом шаге. Но сначала – оторваться от погони! Перебежать ручей, чтобы сбить со следа ищеек, если их за мной пошлют.

Как вдруг я, вздрогнув, замерла и обернулась, услышав за своей спиной свирепый рык! И всмотревшись во тьму, увидела два крохотных ярко‑оранжевых огонька, смотревших прямо на меня.

Вот проклятье!

Оцепенев от страха, я не могла даже закричать. Лишь часто дышала и нервно всхлипывала, неуклюже пятясь назад. Пока, в который раз запутавшись в подоле платья, не упала на ягодицы. И теперь могла лишь смотреть на звериный оскал, освещенный вышедшей из‑за облаков луной, холодные лучи которой пробивались сквозь лесные кроны.

Поблескивая в свете луны, зловонные вязкие слюни вытекали из огромной, мощной круглой челюсти, утыканной острыми клыками в три ряда. Когтистые лапы хищно ступали по земле, влажной из‑за обилия в этих краях болот. Уродливая шарообразная лысая голова с маленькими оранжевыми глазами была утыкана короткими шипами так же, как нескладное, покрытое грязно‑зеленой чешуей тело.

Не может быть. Ведь троглодитов не видели в этих краях уже несколько лет! Неужели этот снова выполз из какой       ‑нибудь болотной норы на поверхность?

И похоже, вылез весьма удачно, потому что у меня не было ничегошеньки, что дало бы шанс защититься от него! Максимум, на что я могла надеяться – схватить какую‑нибудь ветку и поджечь ее, на большее моего слабого магического дара бастарда просто не хватило бы. Вот только здесь даже сухих веток не было – все либо влажные, либо и вовсе прогнившие от местной сырости!

Ну почему, почему ТАКОЕ случилось именно со мной? И ради этого‑то я сбежала из замка, отказавшись от брака с другим «троглодитом», чтоб меня тут же поймал и сожрал другой?!

Существо приближалось. Быстро, уверенно, готовясь одним махом перекусить меня пополам…

Как вдруг прямо на него выскочил огромный серый волк с черным правым ухом! И наскоком атаковав, принялся бить лапами по телу, одновременно перекусывая челюстью то место между телом и головой, где условно должна была бы находиться шея.

Я же теперь только и смогла, что в ужасе расплакаться, не в силах контролировать свое тело из‑за приступа паники. Дышать было тяжело, голова кружилась, а земля просто уходила из‑под ног.

Оборотень. Без малейших сомнений, передо мной сейчас был оборотень.

«Сериз… мне очень жаль, но твою маму… загрыз оборотень», – снова и снова звучали в моей голове слова следователя, сказанные им в тот день, когда мне сообщили, что мамы больше нет.

Конечно, оборотней в этом мире куда больше, чем один. И даже куда больше, чем одна стая.

Вот только сейчас, глядя на это чудовище, рычащее и щелкающее пастью в нескольких метрах от меня, мне было плевать, сколько еще оборотней ходит по этой земле. Сколько из них, отказавшись от королевских ошейников магического контроля, скрываются от властей как нелегальные перевертыши, и сколько из них – реальные опасные безбашенные отморозки, убивающие людей то тут то там.

Точно так же, как мне было плевать на то, кем является этот конкретный оборотень.

Потому что я все равно невольно видела в нем того самого неизвестного мне вервольфа, который ее убил.

И все, что я могла испытывать в этот момент – это ужас и ненависть.

Тем временем оборотень, покончив с троглодитом, развернул ко мне свою пасть, грязную от его серо‑коричневой крови, и сделал шаг в мою сторону…

Я закричала. Негромко – просто голос от страха сел, и я не могла ничего, кроме как беспомощно хрипеть, со всех сил выдыхая воздух из легких с искаженным лицом. И точно так же, продолжая свой немой крик, я просидела несколько следующих минут после того, как вервольф, развернувшись, убежал прочь, оставив меня одну. Лишь после я, наконец разрыдавшись, свернулась комочком прямо на сырой земле и проплакала несколько минут прежде чем вспомнила, что мне рано расслабляться – меня могут догнать.

Все еще не уняв до конца дрожь, я кое‑как заплела волосы, перевязав их лентой. С радостью переодела бы платье, вот только это заняло бы слишком много времени, а я и так потеряла его с лихвой. Поэтому оставив платье на потом, пошла по лесу дальше. И вскоре в самом деле увидела речушку, которую помнила по местным картам! Совсем не глубокую – подняв подол платья и разувшись, я перешла ее, замочив ноги лишь по колено. А оказавшись на другом берегу после того, как немного прошлась по течению, обула удобные ботинки вместо тех чертовых туфель со сломанными каблуками, которые бросила в воду, плыть по течению, еще стоя на том берегу.

Отлично, теперь ищейки меня не унюхают, так что можно отойти и направляться в сторону города.

Немного успокоившись, я шла вперед по лесной чаще, стараясь не угодить в болото… когда услышала треск сминаемых веток! И уже было успела снова испугаться, но тут лунный свет скользнул по любопытной морде гнедого коня с белым пятнышком на лбу.

– Ой, добрый вечер, – выдохнула я, глядя жеребцу в глаза.

Задумчиво фыркнув, он подошел ко мне и подозрительно дружелюбно уткнулся мордой в мое лицо.

Странно, никакой сбруи на нем нет, но очевидно не дикий. Неужели откуда‑то сбежал или потерялся?

– Слушай, а ты не будешь против немного меня подвезти? – спросила я, на что конь посмотрел на меня с выражением морды, которому только и не хватало характерного пожатия плечами, да фырканья «ну ладно».

Похлопав коня по загривку, я даже удивилась, когда тот сам присел, позволяя мне забраться на свою спину. А затем неспешно повез меня, причем, похоже, еще и в нужную сторону!