Королевская Академия Магии. Четвертый факультет

«Родного дома? Откуда у меня родной дом?», оторопела я. И заново оценила свои неспешные размышления. «Высший класс. Не идти напролом, а внушить исподтишка».

– Спасибо, госпожа Лаган,– я склонила голову,– но мои намерения не изменились. Я хочу учиться. И потом, вы ведь, матушка, можете подтвердить комиссии, что я человек.

– Я? – нахмурилась Тиаринн.

Здесь было бы здорово сыграть няшу‑наивняшу, но, увы, такие гримаски у меня не получались. Никогда. Даже если от этого зависело нечто важное, вроде дополнительной порции за обедом. Поэтому я сдержанно и спокойно сказала:

– Вы закрывали меня в подвале и в моей комнате, запирали так, что никто не мог пройти внутрь и выйти наружу. Разве это наносило мне вред?

Госпожа Лаган отшатнулась, нервно улыбнулась и попыталась выровнять ситуацию:

– Как раз‑таки наносили, ведь те жалкие часы показались тебе вечностью.

– Перед тем, как я ушла в Академию, мне в комнату шесть раз перемещали подносы с едой,– напомнила я.

– Ты сбежала,– выплюнул Фернар, младший брат моего тела. – Сбежала до завтрака, воспользовавшись помощью паразита.

Спасибо, вот большое‑пребольшое тебе спасибо. Правда, мать тебе скорее всего ввалит дома, но это уже не мои проблемы.

– Сбежала? – я вскинула бровь. – Вовсе нет. Я уведомила госпожу Лаган о своем желании поступить на Четвертый Факультет, она, правда, не обрадовалась. Но я считала и считаю себя в своем праве. В конце концов, вы приняли мой выкуп за кровь и силу.

– Нет,– яростно произнесла госпожа Лаган. – Я отрицаю это!

– Но куда тогда делись золотые империки из моего сундучка? – удивилась я. – Там было достаточно, чтобы оплатить учебу на первом факультете, это я точно знаю.

Тут я сделала паузу, но недолгую, чтоб никто не успел вступить, и доверительно обратилась к комиссии:

– Знаете, мне неизвестна точная сумма выкупа, но я решила ориентироваться на стоимость учебы в КАМе. На драконьем факультете, разумеется.

Переведя взгляд на побледневшую Тиаринн, я четко произнесла:

– Деньги из сундучка исчезли и я считаю, что вы приняли выкуп. Ведь не мог же вор пробраться в мою комнату?

Остается надеяться, что никто не подвергнет сомнению сам факт наличия денег.

– Кстати да,– оживился один из членов Комиссии,– могу подтвердить, что эта целеустремленная девушка помогала мне в лаборатории.

Посмотрев на мужчину, я ощутила всплеск благодарности, идущий откуда‑то из подсознания. Господин Корнхелл. Прижав руку к груди, я коротко поклонилась:

– Здравствуйте, господин Корнхелл.

– Здравствуй‑здравствуй,– он усмехнулся,– не ожидал, что комиссия из‑за тебя соберется.

– Я прошу тишины,– пресек наш разговор Председатель. – Госпожа Лаган… Госпожа Лаган!

А госпожа Лаган, укрыв себя и свою семью мыльным пузырем, яростно о чем‑то спорила с мужем и сыном. При этом она потеряла все свое наигранное спокойствие и чадолюбие.

Пузырь с треском лопнул и нам довелось услышать окончание ее фразы:

– …идиоты! Уважаемая комиссия, я, Тиаринн Лаган признаю, что семья Лаган приняла у Брианны Доркас Лаган выкуп за силу и кровь. С сего дня Брианна Доркас Лаган мне не дочь. Но я готова поклясться, что она была, есть и будет драконицей!

Ах ты ж! Похоже, либо муж, либо сын за спиной у матушки прикарманили денежки Бри. Причем я ставлю на сына – взрослые люди должны иметь какой‑никакой разум. Да и вряд ли у господина Лагана есть необходимость красть империки. И вот, выяснив, что сынок вор, Тиаринн не смогла это признать.

«Одно радует, я не настолько им необходима», промелькнуло у меня в голове. «Они не готовы обладать мной, если на другой чаше весов общественное мнение».

– Отчего же вы сразу это не сказали? – спросил господин Корнхелл.

– Мой супруг не успел мне об этом сказать,– мило улыбнулась госпожа Лаган. – Когда и как Комиссии будет угодно засвидетельствовать мою клятву?

– А что будет, если вы не правы, госпожа Лаган? – лениво спросила я. – Что будет, если вы убили во мне дракона? Если после вашего воспитания во мне выжил только человек? Что будет, если вы лжете?

– Я не лгу!

– Это вы так думаете,– усмехнулась я. – Но ведь вы не смогли меня подчинить, верно? Раньше у вас получалось, а теперь – нет.

Тиаринн побледнела. Ей бы не стоило меня слушать, но она не смогла закрыть уши. И заткнуть меня она тоже не смогла. И теперь ей страшно клясться. Я вижу это по тонкой пленке пота, выступившей у линии роста волос. Я вижу это по танцующим на скулах чешуйкам – они то появляются, то исчезают. Драконица боится.

– Если бы сейчас мне предложили крылья, я бы отказалась,– напомнила я вкрадчиво. – Клянитесь, госпожа Лаган. Клянитесь же!

Она встала, оправила серьги и, усмехнувшись, коротко бросила:

– Я знаю кто ты и что ты, бесфамильная девчонка. Мне ни к чему клясться. Ты больше не часть семьи Лаган. Ты хотела свободы? Ты ее получила. Посмотрим, кто успеет заявить на тебя права первым.

"Заявить права?", мелькнуло у меня в голове.

– Заявить можно все, что угодно,– усмехнулась я. – Но я не смею вас задерживать, госпожа Лаган.

Я обозначила короткий поклон и перевела взгляд на Фойртелерна. Что дальше? Судя по последней фразе драконицы, я себе жизнь не очень‑то облегчила. А может это просто попытка уязвить напоследок.

– Я уверен, что эта юная госпожа имеет право называть себя человеком,– глубокомысленно произнес господин Корнхелл. – И смею надеяться, что комиссия прислушается к моим словам. Я знаю эту прекрасную девушку целый год.

А я, навострив ушки, услышала обрывок фразы, долетевший от левого края стола:

– …в любом случае, нужно ее согласие, пусть даже формальное…

Да? Ну что ж, на Земле был фильм всегда говори да. У меня, кажется, начинается жизненный период всегда говори "нет".

«Или «я подумаю»», хмыкнула я про себя.

– Мы не можем опираться только на ваши слова,– внушительно произнес Фойртелерн. – Давайте используем старый способ. Сейчас перед вами будут появляться иллюзии. Вы должны выбрать вещи под свой вкус. Вам все понятно, Брианна?

– Меня зовут Доркас,– поправила я его. – И мне все понятно.

– Начинаем,– кивнул Фойртелерн.

А я услышала голос ректора:

– Доркас, сместись влево и на шаг назад. Мне плохо видно. Да, благодарю.