КООК-1, 2, 3, 4

Зашел в помещение: огромный зал двадцать метров в длину, в высоту стандартные четыре метра. Весь зал завален обрезками, обломками, кусками чего‑то неметаллического. На пол ступить негде. Всё навалено друг на друга.

– Да здесь сортировать надо. И что это было раньше?

– Это осколки зала управления спасательной базы.

– А что‑нибудь более целое осталось?

– Идем дальше.

Выход в коридор, переход в соседнюю комнату.

Здесь вдоль стены сложены части дроидов: головы, руки, ноги, тела раскуроченные, все подкопченные, помятые, покарябанные. Рядом с ними уложены целые запчасти, на них нет вмятин и царапин.

В сторонке на зарядной площадке стоит дроид. Но видно, что руки и ноги от разных тел: где помяты, где ободраны. Дроид небольшой – ростом полтора метра, две руки, пальцы сведены вместе, и непонятно: три или пять пальцев. Ноги с шарниром на месте колена, ступни, как ласты, на пальцы не разделены, и тоже есть шарнир у ступни. Дроид открыл глаза, наверное, это две видеокамеры, и смотрят они на меня.

Что‑то я представлял себе дроида чем‑то более сложным.

– Здесь детали, которые можно восстановить, – сказал РИИ.

– А зачем тебе, РИИ, дроиды нужны?

– Они мои глаза, уши и руки. У меня осталась возможность сканировать Солнечную систему на наличие космических кораблей и отправлять сигнал бедствия.

– Прилетает кто‑нибудь, кроме пиратов?

– За два года не было никого. И на сигнал никто не ответил.

– Эх, значит, и я с тобой здесь застряну надолго, – расстроенно вздохнул я вслед за ним.

Подошел к куче деталей и выбрал самую маленькую пластинку с шарниром, кручу ее в руках.

Взял двумя руками осколок металла, мысленно начал его поглаживать и передавать слова: «Ты мне нужен, возьми мою энергию».

Никакой реакции. И взглядом его прожигал, не реагирует.

– Почувствуй его структуру, улови его пульсацию, – посоветовал РИИ.

– У него есть пульс?

– Даже планета Земля имеет пульс, – утверждает РИИ.

Расфокусировал взгляд. Отбросил мысли.

«Я – кусочек металла», – стал себя уговаривать.

В руке что‑то зашевелилось. Аккуратно одним глазом смотрю на руку. А там металлический осколок выровнял края. И теперь он превратился в ровную пластину без заломов и сколов.

Положил деталь к остальным, оценил их. Моя пластинка с шарниром отличается блеском и выглядит новой среди остальных.

– Пора на ужин, – выдал я команду и потопал ее выполнять.

Встал, сделал переход из мастерской в столовую. Вытянул из приемника ужин, съел, вернул тарелку, выпил какой‑то напиток. Из‑за усталости далеко засунул стакан в окно, рука там скрылась. Отпустил стакан и вернул руку обратно. Все пальцы на месте.

– А кто там готовит? – задал я любопытный вопрос РИИ.

– На планете с телепортами нашли разумные артефакты такой формы.

– Это какая же цивилизация техническая их создала? – спросил я с удивлением в голосе.

– Почему решил, что они созданы? А если сами себя изготавливают? Могут они быть не живородящими, а промышленно изготовленными. Ты не допускаешь такой возможности?

– Так может быть, что ли?! И что еще в других галактиках можно встретить?

– Жуков разумных, рептилий разумных. Были цивилизации, которые скрещивали по ДНК разных существ, мутанты получались.

– Жуть! Зачем скрещивать?

– Создавали послушных слуг. На Земле они жили. Называлась цивилизация Лемурийская.

Еще одна древняя цивилизация!

Да сколько же их развелось‑то! Уму непостижимо!

– А тебя как сделали? Ты, разумный искусственный интеллект, сразу был таким?

– Нет‑нет… Я был человеком, прожил больше трехсот лет, все родные умерли, вот и решил передать свой мозг науке. У нас можно было только добровольно переродиться в разумный искусственный интеллект. На фабрике меня собрали. Взяли мозг человека и посадили в кристалл.

– Так ты живой?

– А по‑твоему, это так просто эмоции в РИИ добавить?

– Нет предела космическим возможностям, – пришел я к выводу.

Пока разговаривали, я рассматривал кухонный комбайн. Если такие артефакты разумны, то что еще может встретиться во Вселенной? Провел пальцем по поверхности экрана. Мягкая поверхность прогибается от прикасания.

– Магия и технологии – два разных направления развития соединены в нем, – раздался голос РИИ, – они разумны и поэтому обучаемы.

– А как их учить?

– Общайся так же, как и с телепортом, посредством мозговых сигналов. Объясни, какой нужен вкус блюда. Пробуй, добавляй, объясняй, что не так. Им нравится учиться и готовить.

– Как ему объяснить вкус мяса или рыбы?

– Как обычно готовят: сделал – попробовал. Не получилось, делаешь снова. С продуктами у них нет проблем. Экспериментируй.

– А он различает вкусы и запахи?

– Может быть, и различает, но не говорит.

– ?

– У тебя может и заговорить, смотри, сколько нового освоил у тебя телепорт, – рассуждал РИИ.

– Но чтобы он заговорил, потребуются колонки. Откуда у него пойдет звук?

– У него ушей нет, а он тебя слышит. Ты кухонному комбайну хочешь приделать голову?

– Такой он мне нравится больше. Голову не надо ему приделывать, – я согласился с РИИ.

– А то потом еще захочешь, чтобы у него появились руки и ноги.

– Хватит, а то приснится кухонный комбайн с головой руками и ногами. Подойдет и скажет, что ты со мной сделал, двоешник?

– Олег, ты хотел научить кухонный комбайн новым блюдам, вот и учи, – возвратился к началу темы РИИ. – Рецепторы на языке человека улавливают пять основных вкусов: сладкий, соленый, кислый, горький, умами. Вот ими и пользуйся в объяснениях.