КООК-1, 2, 3, 4

Обошел я вокруг Романа, рыцарь не давал зайти себе за спину, быстро успевал развернуться лицом. Сделали пару кругов в одну сторону, потом походили в другую сторону.

Вроде размялись.

– Что дальше делать? – спросил я Романа.

– Бейся, если не трус, – раздался серьезный голос мужчины.

Я не трус, но умирать не хочу.

От неуклюжих попыток Романа напасть на меня уворачиваюсь и отбегаю. Это по телевизору красиво смотрится сабельный бой. А меня не учили этому, вот и ноги спасают меня от острого железа.

– Может, договоримся? – предложил я. – Ты устал, я никогда не сражался на поединках.

– Честь превыше всего! – воскликнул Роман, поднял меч на уровне груди и идет на меня.

Меч – не игрушка в его руках, это оружие, и Роман умеет с ним обращаться. Мир нейросетей и роботов, а дуэли холодным оружием не забыли.

Попадать в лечебницу я не собираюсь. Дорогое это удовольствие.

Похоже, Роман хочет проткнуть меня мечом. От его выпадов еле успеваю уклоняться. Он пока делает простые прямые выпады в мою сторону, оценивает, как я уворачиваюсь.

Но долго так не сможет продолжаться!

Наверняка у него в арсенале есть хитрый прием, на который он меня поймает.

Нет уж, этого мне совсем не надо!

На одном таком выпаде решил укоротить Роману меч. Взмахнул саблей и отсек меч посередине. Остатком меча Роман успел меня царапнуть по груди. Пришлось отбежать от него. Роба у меня пострадала, придется штраф платить за испорченную одежду.

Вот же подстава!

Огорчению моему не было предела. Но до тела моего не достал его огрызок меча. Теперь у него в руках не меч, а обрубок: им только поцарапать можно противника. Рыцарь расстроился, рассматривая обломок меча у себя в руке, выкинул его на песок арены и попёр на меня с кулаками. А они у него в железных перчатках. Разок попадет кулаком железным, я проиграю бой.

Надо собраться и настроиться на серьезный бой.

Подскочил к нему, пока Рома кулаком замахивался. Сделал два маха саблей. И грудь рыцаря окрасилась разрезами брони, стала проступать кровь в порезах.

Зрители взвыли от удовольствия.

– Убей‑убей! – раздались кровожадные выкрики с трибуны.

– Ты как? – спросил я тихо у Романа. – Если упадешь, поединок ведь закончится?

– Честь превыше всего, – я еле расслышал его ответ.

Вот железные мозги, надоел!

Он вполне серьезно готовился на этот поединок чести, и смерть его не пугает. Ну и упертый Роман: еще два взмаха и на ногах у него появились разрезы, кровь течет, рыцарь начинает оседать на песок. Его уже не держат раненые ноги, но кулаки продолжают двигаться в мою сторону. Видно, он и боксом занимался, умело двигается по арене. Только для бокса кольчуга не нужна. Она ему больше мешает, чем помогает.

Отхожу не спеша от Романа, он с каждым шагом слабеет. Сделав пять шагов, падает на арену Роман.

Трибуны свистят. Зрители недовольны результатом.

– Врача срочно! – крикнул я.

Появляются дроиды, подхватывают тело и уносят.

Поворачиваюсь к зрителям. Надо их утихомирить.

– Эту победу в поединке чести я посвящаю Тании Полеро из моего отряда. Она из клана «Живущие на планете», – сказал и саблю втыкаю в песок на всю длину, так чищу от крови. Под песком было металлическое покрытие, я и его тоже проткнул.

Арена взрывается новыми криками.

Заметил, как недовольно искривилось лицо Изольды.

А я тебе, фифочка, ничего не обещал.

Сабля получилась хорошая, оставлять ее в таком виде опасно, еще кто‑нибудь порежется. Возвращаясь с арены, вернул сабле прежний вид. Провел рукой по лезвию, убирая заточку, только ржавчину не смог восстановить. Положил ее к остальному оружию на входе.

Вернулся к своему отряду.

– Такого поединка здесь никогда не было, – с придыханием говорит Линара. – Начался поединок из‑за одной дамы, а честь победы досталась другой. Ты нарушил правило поединка: посвящать победу клановой девушке – это оскорбление всем благородным.

– Я установлю новые правила, – сказал я, а вокруг стоит народ и ловит каждое слово. – Победа должна посвящаться достойной даме, а благородная она или клановая – не столь важно. Во Фронтире все женщины прекрасны и достойны поединков. А благородные пусть у себя разбираются. Фронтир не терпит слабаков.

Сеть рулит: и пару шагов еще не сделал от арены, а город уже обсуждает мое высказывание. Иду по улице, а вдогонку слышу.

– Фронтир не терпит слабаков! – выкрикивает толпа.

У моих девчат глазки горят, наши мужики стоят гордые, как будто это они победили в поединке чести.

– Фронтир не терпит слабаков! – скандирует народ.

Похоже, это станет лозунгом для многих во Фронтире.

Дойти до казармы я не смог. Меня арестовали.

Опять на суд потащат.

Фронтир

ЛПЗ

Казарма№ 4

Комната, где собрались все восемь человек из отряда Олега Кряжева, гудела.

– Что будем делать? – задал вопрос Грух Драк – ремонтник.

– Надо что‑то делать? – интересуется Линь Точь – мастер.

– Олега надо спасать из тюрьмы, – заявила Тания Полеро и при этом покраснела.

– Олег выбрал Танию, вот ты его и спасай, – сказала сердито Ксана, указав на смущенную девушку.

Тания сидит одна на кровати начальника отряда. Остальные расселись по своим узаконенным местам.

Орлиное Перо сидит с Ксаной Рутной. Линь Точь делит кровать с Линарой.

Юми скромно пристроилась на койке Груха Драка.

Вальда Навка по‑прежнему сидит за столом одна.

– Олег говорил, что надо помогать друг другу, – напомнила Юми Туки, стараясь примирить девушек.