Красная галактика. Книга 3

– Я бизнесвумен, которую не интересует сиюминутная выгода. Я настроена на построение долговременных и взаимовыгодных отношений…

– Не начинай, – перебил Егор гиканку. – Нас этими разговорами ваши потомки замучили.

– Они не мои дети…

– Так почему – Мать?

– Тебя это не касается, – рявкнула гиканка на Егора. – Значит, слушай мое условие – весь добытый минерал продаете только через меня.

– Ага, и по бросовым ценам? Не пойдет. Можешь стрелять. – Егор, скрестив руки на груди, откинулся в кресле.

– Почему по бросовым? Вы сейчас продаете его со скидкой в пятьдесят процентов от биржевой. – Мать оказалась на удивление хорошо осведомлена о, казалось бы, совершенно секретной сделке.

– Откуда ты это узнала? – Егор заподозрил, что часть «детишек» все‑таки с мамашей сотрудничает.

– Весь фетуций, появляющийся на открытом рынке, учтен до грамма. И появление лишнего объема вызывает вопросы. А я знаю, как находить ответы.

– И что ты предлагаешь?

– Семьдесят процентов от биржевой стоимости, – произнесла гиканка, а Егор подумал, что зря они усомнились в удачливости Белки.

Двадцать процентов сверху просто от смены продавца – да это небывалая удача. Но оставался один неразрешенный вопрос.

– У нас договоренность с гиканами, что мы продукт продаем только им.

– С ними будешь сам договариваться. Это в условия сделки не входит.

Егор быстро прокрутил в голове, чем им грозит отказ от сотрудничества с гиканами. Да, в принципе, ничем, учитывая тот факт, что тайна Виктории перестает быть тайной. Если эта мамаша‑отшельница смогла раскопать, откуда в Отау появился «лишний» фетуций, то рано или поздно и другие смекнут. Что в будущем грозило ГССР большими проблемами. Но Егору надо решать проблему в настоящем.

– Хорошо. Но на большой объем сильно не рассчитывай. Запасов у нас нет, мы сможем продать только те самородки, которые отыщем. Гарантировать, что их будет много, я не могу.

– И ладно. Но все, что найдете, продаете только мне.

– Договорились, – кивнул Егор. – А что это за система? И чем ты тут занимаешься?

– Тебя это не касается, – огрызнулась гиканская «мамаша». – Но я могу тебе предложить некие товары… список я отправила в вашу корабельную сеть. Только миитэ его не показывайте. У них шок будет.

Гиканка утробно хохотнула. Дылда потянулась было к экрану, посмотреть, что там за файлик пришел, но Белка монитор выключила.

– Можете лететь. Но если хоть один кусочек фетуция мимо меня уйдет, то вы сильно пожалеете!

– Пока нам будет выгодно – мы будем с тобой торговать, – пообещал Егор.

Гиканка хмыкнула и отключилась.

– Летим? – Белка ждала команды Егора.

– Двигай вперед. Потихоньку.

«Гонец» тронулся. Установленные на кольцах орудия корабль не сопровождали. И это было хорошим знаком.

– Нас отпускают, – сообщила Белка, глядя на радар. – По крайней мере, это так выглядит. От нас даже отвели лучи радаров.

– А как нас вообще после прыжка в эти кольца затянули?

– Своеобразный прерыватель, любой прыжок в эту систему принудительно заканчивается в четко определенной точке, – пояснила Белка.

– Нам надо в Викторию такую штуку обязательно поставить.

– Не выйдет. Чертеж принудительного прерывания Т‑перехода не находится в свободном доступе. Даже у нас такой технологии нет, – пустила планы Егора под откос Кубышка.

– У полицейских нет технологии перехвата?! – удивился Егор. – Уж кому‑кому, а вам ее сам Бог велел иметь.

– Нет, на кораблях‑то у нас прерыватели стоят. От линкора и выше. Но мы ими только пользуемся, а производить не можем, – ответила миитэ.

– А тебе не кажется, что это дискриминация?

– В Генеральном Пакте нет понятия дискриминации! У нас все подчинено функциональности! – возразила миитэ.

– Кем подчинено? Литариями? – И, прежде чем миитэ успели ответить на вопрос, Егор переключился на другую тему. – И если она такая секретная, то откуда она у гиканской мамаши?

– Да у нее тут чего только нет! Вы поглядите! – сказала Белка, с круглыми глазами разглядывая изображение на мониторе.

Вся команда, кроме мирно дремавшего на полу закоса, подалась к пункту управления. Белка не зря таращила глаза. В системе у мамаши было всего три планеты, но вокруг внешней из них собрался многочисленный торговый флот. От маломерных суденышек, едва превышающих размерами «Гонец», до мобильных гиканских складов, бездонные трюмы которых могли с легкостью принимать в себя результат добычи минералов целой системы.

– Неплохо она тут устроилась! – Егор отметил про себя, что флот не простаивал.

Суда как прибывали, так и отправлялись, границу системы постоянно озаряли вспышки Т‑переходов.

– Мать всех гикан – по легендам самый крупный контрабандист в секторе. Если сообщим ее координаты Пакту, нас ждет большая награда!

– Тюрьма нас ждет. На Рудабе, без вариантов, – ответил Егор Дылде. – Мы уже один раз попробовали, что такое благодарность Пакта. Что‑то больше не хочется. Попробуем с мамашей посотрудничать.

– Но ее даже гикане выгнали! За излишнюю ушлость и полное презрение ко всем законам Пакта.

– Аргумент, – согласился с Кубышкой Егор. – Но и мы с точки зрения законов вашего Пакта не паиньки.

– Я в этом вижу большую проблему. Куда мы сейчас прыгнем? К вам? – спросила Дылда.

– А куда еще? – ответила Белка. – В любой системе Пакта нас арестуют. Не просто же так нам браслеты выключили.

– Как выключили?! – не понял, о чем она говорит, Егор.

– Не полностью. Но самое важное нам отрубили – браслеты больше не отправляют информацию на станцию клонирования.

– Мы теперь смертные?!

– Не совсем. Само по себе возрождение нам доступно. Но без обновлений. Браслет перестал отправлять слепок личности, и если мы вдруг погибнем, то возродимся с воспоминаниями, навыками и умениями на момент нашего побега с Рудабы.

– Плохо. Ну что, девчонки, все еще хотите в Пакт вернуться?

– Мы еще можем обелить свои имена! Найдем сбежавших алгонианцев, вернем, и тогда нас восстановят в правах! – с жаром произнесла Дылда.