Любить нельзя отказать

Отдав приказ, незнакомец отодвинул лезвие от моего горла еще немного дальше, чтобы я могла показать дорогу. И тогда я разжала пальцы, из‑за чего поднос, вместе с посудой, с жутким грохотом, упал на деревянные доски палубы. В ночной тишине этот звук раздался особенно громко и должен был разбудить всех, кто спит.  Теперь же важно, чтобы те, кто проснулся, не повернулся на другой бок, а решил проверить, что тут происходит. Вот только боюсь, что этого времени, незнакомцу вполне хватит, чтобы осуществить свое темное дело и свалить.   А раз так, то чтобы меня все же не успели пырнуть ножом, я схватила мужчину за руку и впилась в нее со всей силы зубами, мертвой бульдожьей хваткой. Над головой тут же раздалось болезненное шипение, после чего,  меня  потянули за волосы назад, в попытке отодрать от своей конечности. А ведь меня сейчас даже не беспокоило то, насколько она может оказаться грязное. Но этого мне было мало.  Не обращая внимание на ощущение снимаемого живьем скальпа, в следующую секунду я со всей силы заехала локтем в солнечное сплетение того, кто стоял позади меня. И тогда к шипению присоединился стон. После чего, удерживающий меня за волосы незнакомец, ослабил хватку и стал складываться пополам.

Все что дальше происходило было больше похоже, то ли на мистический фильм ужасов, то ли на фантастический боевик.

С трудом разжав сведенную в страхе челюсть, я резко отскочила в сторону. И вовремя. Потому что в ту же секунду распахнулась дверь в каюту капитана и, непонятно откуда взявшийся порыв ветра, подхватил незнакомца, заставив его взлететь вверх на несколько метров, а затем швырнувший тело в воду.

Можно было бы подумать, что на этом все, инцидент исчерпан, но не тут‑то было. Неожиданно над бортом поднялся водяной столб, сверху на котором, как на пьедестале, стоял тот, кого только что отправили в полет. В свете луны это выглядело особенно впечатляюще.

Не понимая, что тут происходит, я стала отступать в сторону камбуза, испуганно смотря на непонятное явление.  Как такое возможно и что это за фокусы?

Почувствовав еще один порыв ветра, я резко обернулась и застыла с открытым ртом. И все потому, что капитан, выхватив шпагу, взмыл в воздух. Блин, тоже мне тут престарелый Питер Пэн нашелся.  Мать его вашу за ногу. Что @%#* у них тут происходит?

В момент, когда двое мужчин, паря над кораблем каждый своим способом, скрестили оружие, я поняла, что мне здесь делать нечего и надо где‑то прятаться. Прыгать в воду, в надежде доплыть до берега, было бы самоубийством, а я жить хочу. Поэтому и решила закрыться в камбузе. Ведь это было ближайшим помещением, около которого еще никого я не заметила ни одного темного силуэта. И все потому, что когда наш капитан со странным незнакомцем начали сражаться, на корабль, через борт, полезли какие‑то типы. Рассматривать я их не стала. А вот те немногие пираты, что остались на судне, в отличие от меня – трусихи, как раз наоборот, с рычанием, злыми выкриками и хищными оскалами, как у диких зверей, бросились на незваных гостей, и вскоре раздались первые крики боли и стоны смертельно раненных людей.

Понимая, что если меня увидят, то церемонится не будут, я забилась в дальний угол каюты, накрывшись одеялом с головой и зажав уши руками. И вот это был именно тот момент, когда меня накрыло  от страха и понимания всего происходящего. Ведь даже очнувшись в клетке, я не оценила в полной мере ситуацию и того, насколько попала. И когда меня били, мне все еще не казалось происходящее вокруг настолько смертельно опасным, как сейчас.  При всем понимании, что я больше не в своем привычном мире, в те моменты, я все еще надеялась на непонятно что, веря в чудо. И в то, что мне удастся из всего этого выбраться относительно целой и невредимой. И в то, что все будет хорошо, и однажды я проснусь в своей квартире. И, конечно же, в то, что жизнь наладится. Но именно в этот момент я отчетливо поняла, что эту самую жизнь у меня могут отобрать в любой момент. И не за что‑то, а просто так. Мало того, здесь она ничего не стоила. При этом, моральными принципами и  человеколюбием, местное население, не сильно‑то и обременено. А это значит, что все для меня может закончиться довольно плачевно. Мало того, ждать этого долго не придется.

 

14

 

– Так. Осмотрите здесь все. Трупы ушуров за борт. Наших на берег отвезите. Похороним их завтра на закате. Раненных перевязать и первыми в замок доставить. Там женщины за ними присмотрят и быстро на ноги поднимут.

Ну что же, судя по крикам и беготне по кораблю, а также хлопающим дверям, пираты проиграли битву.

– Лиер, на камбузе никого нет.

– Осмотри, там все внимательно. Я видел, мальчишка убегал в эту сторону.

Ого, кто‑то все же заметил меня, в момент, когда я готова была искать пятый угол в квадратной комнате. И я даже догадываюсь кто именно. А это плохо, очень плохо.

– На камбузе нет никого,  лиер. Сейчас я еще посмотрю в каюте рядом, – в ту же секунду дверь  на склад с грохотом распахнулась. Замерев, я даже дышать перестала. Как же хорошо, что от испуга, мне пришла мысль накрыться с головой одеялом. Да, так себя ведут дети, а не взрослые девушки, но в тот момент, мне от этого стало легче.  Сейчас же, прячась среди множества мешков, вжавшись как мышонок в угол, я старалась ничем не выдать своего присутствия.

– Лиер, тут весь склад забить продовольствием и никого  нет.

– Хорошо, обыскивайте корабль дальше. Не хочу получить удар ножом в спину. Мы должны найти всех ушуров и придать их законному суду. Никто не посмеет безнаказанно нападать на мои земли и моих людей.  Кстати, уже всех пленных перевезли на берег.

– Нет, лиер, у них тут, помимо наших, в клетках сидело еще множество женщин, девушек и детей. Судя по всему, их всех везли на продажу. Я уже расспросил, откуда они.  Сказали что с Андерна. Это гораздо севернее от нас. По суши туда не добраться, только по морю.  Где‑то дней пять‑шесть пути. Их тоже выгружать?

– Конечно. На судне никого не должно остаться.

– Тогда нам еще  несколько ходок надо сделать. Но там много детей. Они напуганы. Я бы дождался утра, а потом их уже в крепость отправил, при свете дня.

– У меня нет времени утром всем этим заниматься. И так дел много. Так что, перевози их всех на берег сейчас. И составьте мне список всего имеющегося на корабле. Я же, пока,  осмотрю каюту капитана.

По мере того, как голоса удалялись, мое сердце успокаивалось и замедляло бег. Главное, что меня не нашли. А раз этот неизвестный лиер так торопится, то, вполне возможно, местные уберутся с корабля еще до того, как рассветет и тогда у меня будет шанс сбежать, при этом прихватив с собой нож и местный подвид зажигалки. И бог с ним, что до берега далеко. Я все равно рискну.

Несмотря на то, что на камбузе не было слышно шагов, я все равно старалась особо не высовываться из‑под одеяла. А то мало ли. Так я и просидела несколько часов.

Минут двадцать прошло, когда вокруг все же стихли звуки. Если я правильно понимаю, то всех пленников уже увезли. Мне бы тоже стоило поторопиться. Во‑первых, скоро должно светать, а во‑вторых, после людей, на берег, наверняка, начнут перевозить все более‑менее ценное с пиратского судна. И продукты, в том числе. А это значит, что мне лучше убраться отсюда поскорее.