Любить нельзя отказать

Несколько мгновений вокруг стояла тишина. Я уже даже почувствовала как рука на моем плече ощутимо сжалась, намекая на расплату за вранье, когда все же раздался тихий голос.

– Это Ник, лиер. Его держали несколько дней вместе с нами в трюме в одной клетке.

Вперед вышла Мэйв. Кейри только кивнула, подтверждая ее слова, но осталась на месте, прижимая к себе перепуганных Кима и Рейю.

– Что ты еще о нем знаешь?

Судя по всему, магу было мало того ответа, который он услышал.

– Его захватили в плен вместе с нами. А за то, что Ник сопротивлялся и хотел убежать, парня несколько раз ударили об дерево, из‑за чего он  почти сутки пролежал без сознания. Ушуры его уже за борт хотели выкинуть, когда Кэйри удалось Кима привести в сознание.  А через несколько дней он опять подрался с одним из пиратов и выкинул того за борт. После чего его взяли в команду и мы парня больше не видели.

Я с благодарностью посмотрела на Мэйв. Вот только Брогану все  равно оказалось недостаточно прозвучавшего подтверждения моих слов и маг вновь обратился ко всем с очередным вопросом.

– Кто‑то может подтвердить слова этой девушки?

Таких оказалось еще несколько, но лиер не успокаивался.

– А кто‑то видел или знал этого парня до пленения? Жил ли он в вашем селении или поблизости, или в тот день вы его впервые увидели?

А вот в этот раз, пленницы принялись озираться, вопросительно смотря друг на друга, после чего все отрицательно качнули головой. Ну да, раньше они меня не могли видеть. И вновь рука на моем плече болезненно сжалась.

– Значит, этого парня никто не знает и, вполне возможно, что он и раньше состоял в команде ушуров?

Услышав предположение хозяина Джилройхолла, все промолчали. О такой возможности никто даже не думал и я в том числе. А вот этот… тип, почему‑то решил все подогнать под свою теорию о моем ничтожестве. Резко обернувшись, я посмотрела в лицо удерживающего меня мужчины. И чего он ко мне прицепился? Я же ему ничего не сделала. Ну ударила разок. Так он первый мне к горлу нож приставил. Я же в тот момент просто защищалась. Или его так оскорбило, что какой‑то мелкий мальчишка посмел поднять руку на его нежнейшество, да еще и приложить не хило, из‑за чего он и решил меня уничтожить? Вероятнее всего так и было. Ну так в чем дело? Дал бы мне тогда утонуть и делов. Сомневаюсь, что кто‑то бы его в этом упрекнул. Зачем это показное разбирательство, если ты для себя все и так решил, и даже вынес уже приговор? Но все это говорить я не стала.

Так как я поняла, к чему все ведется, следующие действия Брогана меня не удивили. Швырнув меня в руки одного из своих воинов, лиер кивнул на пиратов.

– Пусть судебный пристав разбирается, кто это и что он делал у ушуров. У меня и своих дел хватает.

Спорить  или пытаться что‑то доказывать я не стала. И так было понятно, к чему все это ведется. И вот я уже сижу межу бывшим коком и капитанов пиратов. То, что последний оказался жив меня очень даже удивило. Я думала его‑то водный маг точно должен был грохнуть, но нет, вот он, живой и относительно целый. Бледный, правда, и выглядит жутко изможденным и потрепанным. А еще у него, помимо ошейника, на руках имелись металлические, грубые браслеты. Больше ни у кого таких украшений я не заметила, а вот ошейники были у всех ушуров. Узнать бы  точно об их назначении и есть ли возможно эту гадость снять. Но с этим придется разбираться немного позже. Сейчас же я принялась следить за тем, как именно лиер решил поступить с бывшими пленниками пиратов.

 

18

 

– Выведите вперед  детей без матерей возрастом до четырнадцати лет.

Услышав приказ, все замерли. Одни прижимая к себе малышей, вторые просто испугавшись. Ведь никто не знал, что последует после и какая судьба ждет сирот. Но второй раз повторять приказ не пришлось. Более старшие дети, под строгим взглядом Брогана, сами начали выходили, а тех кто были помладше выводили другие. Были и братья с сестрами, которые выносили малышей и так и замирали с ними на руках, прижимая к себе.  К моему удивлению, лиер не проявлял нетерпения и никого не подгонял.   И вот что я заметила. Оказалось, что если девочки и девушки были разных возрастов, то мальчишек старше  двенадцати – тринадцати лет здесь не было.  При этом я выглядела года на два старше их. Это что же получается, парни‑подростки, или были со своими отцами на собрании, или прикрывали отход женщин и детей. И тогда действительно возникает вопрос, а что я делала со всеми?  Еще было бы понятно, спасай я кого‑то из младших. Но нет. Вот и выходит, что либо я трус, который убежал с женщинами, вместо того, чтобы защищать свое селение, или подсадная утка. Любой из этих вариантов меня не устраивал. Но и раскрываться или что‑то сейчас пытаться доказывать, было еще рано.

Когда сироты замерли, боязливо поглядывая на мага в ожидании худшего, тот обернулся на стоящих в отдалении местных, кивнув им. И тогда вперед стали выходить пары из мужчин и женщин. Они на несколько секунд останавливались около детей, рассматривая их, после чего забирали кого‑то из них и уходили. Если малыши были с братом или сестрой, то их не разъединяли и забирали вместе. Некоторые из деток, в основном это касалось самых маленьких, начинали плакать, но их тут же подхватывали на руки и все равно уносили.

Я смотрела на происходящее, не совсем понимая, что происходит. Поэтому и задала вслух вопрос, особо ни к кому не обращаясь, но все же надеясь получить ответ.

– Куда они их уносят?

– Домой, – обернувшись, я посмотрела на бывшего капитана, безразлично наблюдающего за детьми.

– Домой?

Нахмурившись, я все же решила уточнить, что глава ушуров имел в виду.

– У тех кто живет на земле и держит хозяйство, каждая пара рук на счету.

Услышав ответ, я вновь посмотрела на тех, кто уводил детей.

– Но они же еще маленькие, чтобы выполнять какие‑либо работы.

– Не такие уж и маленькие. Уверен, большинство из них уже имело свои обязанности раньше.  Они, наверняка, присматривали за младшими, кормили скотину, да по дому что‑то мелкое делали. А те кто постарше и в поле помогали. Ну а совсем уж малышей забрали или бездетные пары, или те, кто своего потерял. Да мало ли поводов.

Что сказать на последнее я не знала, но при этом чувствовала неправильность происходящего.

Следующие вперед  по приказу лиера вышли женщины с детьми. А вот их уже забирали только мужчины. При этом было видно, что они не то чтобы старые, но явно им за сорок. В этот раз уже никто не плакал, но и счастливыми никто из женщин не выглядел.

Повернувшись к капитану, я поймала его на том, что он внимательно следит за мной, но решила, пока, на этом не акцентировать внимание. Ведь мне хотелось получить ответы и на другие мои вопросы.

– А их куда увели?

Хмыкнув, пожилой мужчина произнес то же, что и в первый раз.

– Домой.