Мажор: Путёвка в спецназ
– Быстров! Опять ты! – Рогожин тяжело вздохнул. – Опять шутишь, и снова не смешно! Ну, ничего, вернёмся, на кухне будешь шутить… два раза. Ясно!
– Так точно!
– Вот видишь, мои шутки куда смешней, – обводит взглядом строй. – Как думаете парни?
– Сто пудово командир… Ещё бы… Смешней не бывает… Хоть пару дней отдохнём… – в голос согласились мы.
– Значит так, бойцы! Ситуация такая! Вон там аул, – показывает рукой куда‑то в сторону холма, – в нём бандиты. Предположительно от десяти до пятнадцати человек, – снова вздыхает и качает головой, – сложность в том, что в селе полно гражданских. А может и бандиты уже гражданские, поди сейчас разберись…
В глазах командира тоска. Да и нам не весело. Мы же тренировались, как? Подошёл! Гранату в окно и в дверь ещё одну, потом пару очередей. Заходим! Мы, мать его, диверсанты… Это нифига не наша работа… Не учили нас этому!
– Наши гнали большую банду: прорвавшись через блокпост, бандиты разделились – разбежавшись по аулам. Сейчас наши прочёсывают всё что можно… В одном из посёлков произошёл бой. Вместе с блокпостом: семь человек скоро полетят домой… в гробах… Так что предельная осторожность. Страхуйте друг друга, на рожон не лезете. При малейшей попытке сопротивления огонь на поражение. И запомните, если какая‑то тварь выбегает и хватает вас за руки – это ни хрена не друг! И миндальничать с ней не нужно. Потому как, возможно, где‑то сидит враг и целится в вас. Прикладом в зубы и стригите поляну! Если придётся, сам за всё отвечу, но вы мне живые нужны, – слова вылетают с ожесточением, кулаки стиснуты: – Слышите?! Живые!
Я не выдержал:
– Командир, проблемы будут! Всякие общечеловеки набегут!
– Отставить! Милославский, тебе Тунгуса или Ивана мало? Вы вон до сих пор на новеньких коситесь, как будто они в чём виноваты! Сказал, валить за малейшее подозрение, значит валить: кого прикладом в зубы, а если оружие в руках – сразу пулей. Топор тоже оружие, учтите… Сам за всё отвечу, если будет нужно…
Постоял, покачиваясь с пятки на носок:
– Всё понимаю! Всё! И то, что меня подставлять не захотите и самоуверенности полные штаны. Ох‑хо‑хох! Пойдёте тройками, смотрите во все стороны, новенькие со мной.
Получив вводную, начали выдвигаться:
– Милославский, ко мне! – подбегаю, встаю по стойке смирно, отдаю честь.
– Сержа…
– Отставить! Чего пыжишься? Думаешь, не доверяю – раз новеньких не дал? – приблизившись к моему уху, прошептал. – Доверяю, поэтому пойдёшь с Саней. Присмотри за ним, как бы чего… Ну и Быстрова возьми, он боец толковый. Ему бы ещё язык подрезать. Ох‑хо‑хох!
– Понял, командир! Всё сделаю! И это… – я слегка замялся.
– Что ещё?
– Это… Извините…
– Замяли, иди уже…
Вот и идём, обыскиваем дома, страхуем друг друга. Паскудство! Куда ни глянь: добропорядочные граждане, бандитов в глаза не видели. Руки так и чешутся, взять за глотку и потрясти, как следует…
– Мажор! – тихий шёпот на грани слышимости. Поворачиваюсь, Балагур прикладывает палец к губам. «Тихо!!!»
Подхожу к Вовке, что‑то разглядывающему в щель между створками ворот. Шепчет:
– Командир. В углу двора. Телега. Под ней люк.
– С чего взял?
– Баба оттуда вылезла, и что‑то говорила вниз…
– Схрон?
– Сто пудов.
– Пусти посмотреть, – отходит, пуская меня к щели. – Так, всё ясно. Заходим, Мелкий направо, паси дом. Балагур, на тебе тыл. Я к люку. Вперёд!!!
Вовка становится спиной к забору, складывает руки в замок. Саня разбегается… И как из катапульты взлетает вверх. Млять?!! Вместо того чтоб заскочить на забор, оглядеться и потом спрыгнуть вниз, лёгкий Саня перелетел его! С запасом!!! Конечно, Вова привык подкидывать слонов и гиппопотамов. Вот и получился незапланированный полёт и такое же приземление. Всё! Теперь вся округа в курсе! Грохоту было!..
Стою посреди двора, как дурак, и не знаю, что делать. Саня умудрился, приземляясь, зацепить какие‑то черепки. Теперь ни в дом, ни к люку. Пойдём в дом?.. Эти могут вылезти. К люку?.. А если, в доме кто‑нибудь есть? Всё же… Если бандиты спрятались, то они в схроне. Его в тылу не оставишь. А дом и так припасти можно. Парни стерегут ворота и дом. Я тихонько подбираюсь к люку.
Подхожу к телеге и собираюсь заглянуть под неё… Тут из дома выскакивает беременная баба и начинает голосить: «Пошли вон, пошли вон». Ага, шнурки погладим и уйдём! Мы с Вованом припали к прицелам, пока Саня воевал с этой полоумной. Это было бы смешно, если б не было так грустно. В схроне точно прячутся. Родственник – иначе эта шальная не выскочила бы. Саня очень аккуратно заломил ей руку. И подтащил ко мне.
– Слышь!? – я приблизил к её перекошенному лицу своё. – Кто там? Муж, брат, сын? Скажи, пусть выкидывают оружие и по одному выходят.
– Нет там никого, убирайтесь…
Я перевернул телегу, выпустил короткую очередь в воздух:
– Всё слышали, суки? Считаю до трёх, не выйдете, зах…ю гранату. И тварь вашу грохну, как пособницу…
Это так, для красного словца. Не думаю, что в тот момент, я был готов убить беременную бабу.
– Раз… Два… Три… Ну, всё твари… прощайте…
– Стой, русский, стой! Не стреляй, мы выходим…
Крышка люка, откинулась… Дохнуло опасностью, я напрягся… Вылетела граната!!! В каком‑то нечеловеческом прыжке, подхватываю её в воздухе и назад… Сюрпрайз!!! Громыхнуло знатно, оборонительную швырнули гады… Нас бы тут всех посекло. Хренотень какая‑то, они и родственницу свою приговорили, а может и не родственница она им, теперь‑то не узнаем. Женщина тихонько скулила, да и фиг с ней…
– Как думаете, мужики, ещё надо гранату бросить? Ну, чисто подстраховаться?! – меня слегка поколачивало, от адреналина.
– А чего нам фарша бояться?! – заметил Санёк.
– Хи‑хи… Ик… – вот и Балагур, что‑то не шутит совсем?..
– Спускаться, проверять всё равно придётся.
– А кто полезет? – Саня задумчиво смотрит то на меня, то на Вову.
– Ну не я, точно…
– А почему?
– Я командир.
– Уважительная причина…
