Мир проклятий и демонов

– Нет, ты сказал не так.

– Но я же…

– Элементали, тихо, – король великанов провел ладонями по лицу, скрывая усталость. – Просто помолчи, несносный мальчишка…

 

Глава 6

Вдох – закрой глаза

 

После того как целительницы помогли Стелле и осмотрели Эйкена, они сразу же пошли искать Пайпер, чтобы узнать, как она. Едва выйдя из лазарета, Стелла начала прыгать на месте и требовать, чтобы Эйкен показал дорогу к Первой. Мальчик, устало выдохнув, провел ладонью по открытому левому предплечью и отпустил одну из теней, приказав вести их.

Тень Мыши была одной из первых и самых безобидных, которую он подчинил, еще будучи в плену у тварей. Мышь как‑то заползла в его камеру и начала воровать скудную еду. Одна из мелких тварей смеха ради раздавила несчастную, когда та проползала мимо. Но Эйкен, успевший привязаться в животному, дождался, пока тварь уйдет, и отделил тень от уже мертвой Мыши. Это была его первая манипуляция проклятием, произведенная самостоятельно, без давления хаоса на сознание, и Эйкен ею очень гордился. Мышь не была большой и сильной, как Волки или Львы, не могла доставлять послания, как Соколы и Орлы, но она напоминала мальчику о том, с чего он начал. А еще Мышь всегда знала нужную дорогу, даже если Эйкен не приказывал запоминать ее.

Черная Мышь размером чуть меньше ладони беззвучно бежала по каменному полу, виляя тонким хвостом. Эйкен и Стелла неспешно следовали за ней по коридорам и лестницам, пока спустя пару минут девушка неожиданно не ускорилась. Эйкен приказал Мыши вернуться на предплечье и побежал за подругой.

Стелла ворвалась в нужную комнату и, оттеснив уже закончивших работу целительниц, подлетела к оторопевшей Пайпер и выпалила:

– Здравствуй! Как себя чувствуешь?

Стелла хотела наклониться к девушке, очевидно желая по запаху понять ее состояние, но та, резко отодвинувшись, проворно подскочила с кровати и замерла.

– Прости ее, – пробормотал Эйкен, стыдливо втягивая голову в плечи. – Стелла просто… немного переживает.

Первая ничего не ответила. Казалось, она не замечала ни их, ни целительниц, собиравших свои принадлежности в небольшие деревянные сундучки.

Выглядела Пайпер неважно, и дело было даже не в синяках, царапинах и гематомах. Сальватор, стоявшая возле большой кровати с балдахином, выглядела несчастной, раздавленной и напуганной. Ее золотые глаза стали совсем тусклыми.

– Я не помню, – сиплым голосом произнесла Пайпер.

– На нас напали твари, – с готовностью ответил Эйкен, – и нам пришлось дать бой…

– Нет, это я помню. Я не помню, как оказалась здесь. Что я делала.

– А ты… – начала было Стелла, но осеклась – целительницы все еще находились в комнате.

Все во дворе видели, как они попали в Омагу через настоящий портал, но вряд ли об этом стоило и дальше трепаться на каждом углу.

– Спасибо за помощь! – невозмутимо продолжила Стелла, обращаясь к целительницам.

Самая старшая из них – Ветон, свела брови к переносице и недоверчиво уставилась на Пайпер.

– Где вы вообще ее раздобыли? – спросила целительница, ничуть не смущаясь.

Ветон была из семьи фей, поколениями применявшей чары для врачевания. Однако Вторжение и последующая жизнь в Диких Землях лишили ее семью необходимой силы, и Ветон стала последней, кто мог использовать крохи магии через сигилы. Она никогда не тратила чары, которые так трудно было восполнить, на мелкие порезы и ссадины, но, судя по тому, как блестели стальные глаза целительницы, сегодня ей пришлось хорошо постараться.

– Это долгая история, – уклончиво ответил Эйкен, чувствуя себя просто отвратительно. Он не любил лгать, но Третий сказал, что никто не должен узнать, что Пайпер – сальватор. – Третий как‑нибудь объяснит.

– Уж пусть постарается, – спокойно произнесла Ветон, приглаживая черные волосы. – Я ощутила что‑то мощное внутри нее, но, полагаю, раз сам Третий так печется о ней, значит, уже успел влить в нее немного своей магии.

– Что‑то вроде того, – улыбнулась Стелла.

Пайпер молчала, рассматривая Ветон нечитаемым взглядом. Целительница указала на поднос, стоявший на дубовом столе возле окна.

– Сначала выпей синий отвар, потом – белый. Вечером принесу другие.

Ветон уже направилась к двери, когда Пайпер, будто пересилив себя, хрипло выдавила:

– Спасибо.

– Это моя работа, – махнула рукой женщина и вышла, закрыв за собой дверь.

Пайпер нетвердой походкой направилась к столу и, взяв склянку с синим отваром, помахала над ней рукой, направляя запах к себе.

– Ужасно пахнет, – заключила Первая в напряженной тишине.

– Но лучше все‑таки выпить, – осмелился вставить Эйкен. – Неизвестно, сможешь ли ты сама восстановиться после такого мощного выброса…

– Что?

Пайпер говорила спокойно, но в голосе слышалось звенящие нотки страха. Мальчику это не нравилось.

– Магии в этом мире мало, – почесав затылок, растерянно напомнил он. – У магов и тех, кто склонен к чарам, есть определенный запас. Что‑то вроде колодца. Если исчерпаешь его до самого дна, вряд ли сможешь вновь восполнить.

– И я зачерпнула слишком много?

– Больше, чем можешь подумать.

– Ты открыла портал! – радостно выпалила Стелла, захлопав в ладоши. – Чудо, что ты еще жива.

Пайпер удивленно уставилась на нее.

– Спасибо за веру в меня.

– Всегда пожалуйста.

– Должно быть, Дикие Земли еще не подавили всю твою магию, – рассуждал Эйкен. – На тебе еще остался след твоего родного мира, где магии больше, и он, наверное, спас тебя в этот раз.

– Наверное? – скептически переспросила сальватор.

– Наверное. Я не маг, я просто…

– Тогда кто? Я видела, как ты создавал тени. Разве это не магия?

Мальчик задержал дыхание всего на секунду. «Теперь это твое оружие, – вспомнил он слова Третьего, впервые увидевшего тени, жившие на левой половине тела Эйкена. – Твое, а не тварей».