Невеста для фейри. Зеркало Оберона

 

При этих словах на мои глаза навернулись слезы. Хоть разум был и против, сердце почему‑то верило рассказу деда.

– Я знал, рано или поздно, ты почувствуешь, что не принадлежишь к миру людей. Понимал, что захочешь отыскать сид Бри Лэйт или куда там ваше проклятое племя так тянет. А еще боялся, что те, кто свел с ума и убил твою мать, однажды могут прийти за тобой.

 

Тогда я принял нелегкое для себя решение: спрятать тебя где‑нибудь подальше от Ирландии.

 

ГЛАВА 12

 

С твоей приемной матерью Кэтлин, мы дружили с детства. Ее фамилия тогда была Бирн. Думаю, не встреть я ту фейку, мы бы поженились.

Мы с Кэт переписывались в интернете. Она рассказала, что уехала в Лион и вышла замуж за француза с фамилией Лоран.

Однажды Кэт пожаловалась, что никак не может забеременеть. Я посочувствовал ей и забыл об этом, но вспомнил, когда лихорадочно искал, куда спрятать тебя от дивных.

Я отдал тебя Кэтлин ради твоей безопасности и счастья. Отдал с условием, что она никогда не расскажет тебе о настоящей семье и будет строго следить за тем, чтобы ты никогда не лезла в аномальные зоны, закрытые клубы, секты, и ни в коем случае не ездила в Ирландию. А еще я велел ей беречь тебя даже от намека на сказки о тех, кто живет в холмах.

Но судьбу сложно обмануть. Я никак не мог учесть, что Джед попадет в аварию и оставит дом, в котором он жил с Морной тебе. Он ездил в Строкстаун за новыми струнами для гитары и по дороге назад по непонятной причине не справился с управлением и слетел с дороги.

Теперь, когда ты все‑таки встретилась с этим проклятым адвокатишкой, послушай моего совета: немедля отнеси ключ от дома и документы на собственность в риэлтерскую фирму. Не вздумай оставаться тут. Это место наверняка известно тихому народу.

Пусть старик Маккарти повесил здесь свои охранные амулеты, это не спасло твоих родителей. Фейри злопамятны, они могут ждать дня отмщения веками. Тебе несдобровать, если они учуют, чья ты дочь. Уж не знаю, чем напортачила твоя бабка, но судя по тому, как наказали твою мать, натворила она достаточно.

– Ты говорил, она умерла в лечебнице?

– Да, но не спрашивай адрес. Я не дам тебе больше никакой информации, кроме одного мудрого совета: беги из Ирландии и как можно скорее. Возвращайся в Париж, забудь про этот дом, про свой проклятый волшебный род и может быть, тогда ты выживешь. Лети самолетом – так быстрее. Мой друг, друид Киган Маккарти, не раз говорил, что воду они контролируют. Если поплывешь на корабле, сама не заметишь, как окажешься за бортом или в Сиде. Вода такая же Грань, как и дорога. Напустят тумана, задурят экипаж, сманят с палубы или из каюты своими огоньками да песнями, и нет больше Эйлин Лоран.

– Может мне правильнее назваться Эйлин Даффи? Джед Бакли мне не отец, а мама в девичестве носила твою фамилию.

– Это имя не принесло удачи ни мне, ни ей. Забудь все. Имя, меня, мать и эту землю вместе с проклятыми холмами. Спасайся птичка, улетай из Ирландии!

 

ГЛАВА 13

 

Сид Бри Лейт. 50 лет назад по времени Срединного (человеческого) мира.

– Котел Дагды* у нас, госпожа! – произнес низко поклонившийся золотовласый сидхе по имени Нетхан.  (*Котел Дагды – один из четырех магических предметов, привезенных из родных краев племени Туата Де Дананн, известен так же, как Котел Изобилия, способный накормить любое число проголодавшихся).

– Прекрасно, но где мой король? Почему ты вернулся один Нехтан?

– Мэб пленила Оберона, о, светлейшая Титания! Я сумел спасти только котел. Королева Воздуха и Тьмы велела передать вам послание.

Золотоволосый сидхе изящно склонившись, открыл и протянул повелительнице деревянный футляр, инкрустированный золотом и рубинами.

Восседавшая на белом, матово‑светящемся троне Титания посмотрела на свиток и стиснула зубы от возмущения.

Кожа со спины боггарта вместо бумаги и жалкий джутовый шнур – двойное оскорбление для той, кому пишут на бумаге из лепестков и перевязывают свиток ленточкой, сплетенной сильфами из гривы единорога и золотых нитей.

Королева Благого двора брезгливо извлекла письмо магией, чтобы не касаться руками. Следом за грубым серым шнурком, на янтарный пол упал указательный палец, со знакомым перстнем. Едва обратив внимание на кровавый подарок, Титания принялась читать:

"Приветствую тебя враг мой. Да пребудет с тобой благодать земель сидхе, да не оскудеет еда в котле Дагды, да не омрачится твой взор, да не подавишься ты нектаром, услышав мою весть. Прими же первый мой дар и знай, что он не последний. У твоего короля еще много не очень важных частей, а регенерация его достойна восхищения. Нам с Обероном очень весело вдвоем. Надеюсь, ты порадуешься за нас, и не будешь переживать: твой король в надежных руках!"

– Мэрсайл! Прибери здесь! – приказала Титания, роняя свиток.

Сереброволосая фрейлина, выступившая из‑за трона владычицы Благого двора, простерла руку, и послание вместе с пальцем короля просочились сквозь пол и растворились в земле. На янтарных плитах осталось лежать лишь кольцо, которое Мэрсайл спрятала в карман.

– Прикажете собрать войска? – осведомилась любимая фрейлина Титании.

– Нет. Пусть все мы скорбим о доле Оберона, мой народ не должен страдать.

– Не хочет ли наша королева сказать, что…

– Король пожертвовал собой, и было бы грубо с нашей стороны не принять его жертву. Так устроим же пир и восславим его подвиг, без которого нас настиг бы голод.

Вдруг в распахнутое окно влетела маленькая птичка. Когда она летела, ее крылья звенели, как хрусталь, потому что голубые перышки на концах были из чистейшего льда. Королева нахмурилась, понимая, что ледяница определенно послана Мэб. Птаха нагло села на подлокотник трона Титании и запела звонким голоском:

 

– О, вспомни, вспомни королева, как в этом зале подносила

Ты кубок меда Оберону, провозглашая королем.

В плену жестоком он томится, сегодня боль его настигла

И кровь из ран его струится, сияя звездным серебром…