Няня для дракона

Передав ему в руки невменяемого короля, я отправился к себе, чтобы помыться, и с неимоверным удовольствием заметил шевеление в магической почтовой шкатулке. Открыв ее, увидел именно то, что хотел – сведения о незнакомке. Быстро пробежавшись глазами по достаточно скудной информации, я осознал, что  немедленно нанесу визит в академию гувернанток… кажется, мне срочно понадобилась няня…Я многозначительно усмехнулся, вспоминая ее лицо. И имя такое подходящее – Аурелия вон Соненшайн. Странно, конечно: что благородная девица забыла в академии? А то, что она благородная, ясно: во‑первых, магия, во‑вторых, фамилия… Я глянул в окно, над Виеной как раз занимался рассвет. Ну что же, золотая моя( Здесь отсылка к имени Аурелия, что значит золотая, а фамилия в дословном переводе будет звучать как Солнечный свет.), скоро увидимся, а пока – душ. Уверен, что Густав без проблем справится с Людвигом!

Аурелия

Добравшись наконец до места, предложенного фрау Штайан, я с ужасом обнаружила, что оно забито под завязку, трактир был полон народа, активно взявшегося за опустошение винных погребов хозяйки, а несколько служанок носились по залу все в мыле от бесплодных усилий успеть обслужить дикую ораву, которая требовала еды и вина, и еще больше вина!

Наконец, после нескольких попыток я нашла в этом бедламе хозяйку и спросила ее о возможности переночевать, но она лишь посмотрела на меня, как на умалишенную, и отрицательно покачала головой.

– Ну, а что вы хотели, милочка! Сегодня же жирный вторник! Из всех пригородов приехали зажиточные простолюдины в Виену для того, чтобы попраздновать вдоволь!

– Ну, а мне то, что делать? Мне нужно место для ночлега, и вот записка от фрау Штайан, сами посмотрите!

И в последней надежде хоть как‑то исправить ситуацию, я отдала записку в руки незнакомки. Она прочитала, смерила меня подозрительным взглядом, потом еще раз глянула на записку. А я замерла в полном ужасе, после треволнений нескольких дней у меня не было никаких сил искать новое место для ночлега, да и где его искать‑то? Вся столица забита празднующим народом, который будет гудеть до самого утра, но ночевать на улице я тоже не могу…

– Ладно, милочка, тебя же Аурелия зовут? Так?

Я лишь с надеждой утвердительно кивнула.

– Значит, так! Комнат нет от слова «совсем»! Но я могу устроить тебе по доброте душевной мешок соломы в каморке, где обычно переодевается прислуга… но, сама понимаешь, сон тебе, пока это все не успокоится, не грозит точно…

Я лишь утвердительно кивнула… да уж, спать сейчас можно было бы только за высоким забором собственного особняка, отгороженного от праздника и местных кутил садом, а мы в центре…

– Что я буду вам за это должна? – со вздохом вернулась я к насущному вопросу, требовать плату за сон на мешке соломы – это, конечно, беспредел, но лучше спросить прямо, чем получить еще один неприятный сюрприз, с меня их за последнее время хватило!

– Давай так, если ты сейчас поможешь моим девочкам, то ничего… и следующая ночь для тебя станет тоже бесплатной. Если будешь расторопной, то, может, сумеешь и себе что‑то заработать, Trinkgeld(Нем. Чаевые.) за хорошее обслуживание у нас оставляют… Я, кстати, Сандра!

Я застыла, ошеломленная таким предложением: я так устала, что еле стояла на ногах, но деваться было некуда, мне нужен был ночлег, да и в моей ситуации лишние деньги бы не помешали! Господи, как же низко пала единственная наследница некогда богатого и влиятельного рода вон Соненшайн, но времени предаваться размышлениям о напастях судьбы у меня не было, и я лишь утвердительно кивнула, соглашаясь на условия Сандры.

– Вот и прекрасно! Значится, я тебе сейчас выдам drindl(Нем. Дриндль – национальная одежда Баварии.), где‑то у меня было еще для служанок, переодевайся и выходи в зал!

Мои брови полезли наверх, у этих платьев такие вырезы, это же прямо неприлично!

– Простите, кхмм, Сандра, а можно мне тот, что поскромнее, ну, с закрытым горлом? – протянула я.

– Это еще зачем? Показывать надо, что есть, пока молодая! Авось и мужа найдешь на свои прелести! – хозяйка уставилась на меня как на полную дурочку. А я прокручивала в голове, какую отговорку мне можно придумать, чтобы она ее приняла. Выставлять на всеобщее обозрение свой бюст перед толпой пьяных мужланов мне хотелось меньше всего, может, я и пала низко, но не настолько.

– У меня родимое пятно, некрасивое… так будет лучше для всех… зачем пугать клиентов, – невнятно проблеяла я первое, что пришло в голову.

Сандра лишь всплеснула руками.

– Ах, ты ж горемычная! Да‑а, без женских прелестей туго придется, ну да ладно, я тебе тогда один из своих отдам, что после свадьбы сшили. Я тогда еще маленькая да худенькая была, так что пойдет… и цвет немного другой, но подходящий, Schürze повяжи сзади, и все узнают!( Нем. Тут необходимо знать, что повязанный фартук, а Schürze – это именно он, в дринделе несет в себе ОЧЕНЬ важную информацию для мужчин. Завязки на левую сторону говорят о том, что девушка свободна, на правую сторону носят замужние дамы, сзади повязывают вдовы или служанки в трактирах.) На попе же у тебя ничего такого нет? – Я даже поежилась от шутки Сандры, но вежливо выдохнула.

– Да, конечно, спасибо!

Хозяйка, довольная поворотом событий, быстренько обернулась с платьем в руках, и должна признать, что вырез и вправду был вполне умеренным! А я скрылась в подсобке, в которой мне предстояло потом спать.

 

 

Глава 6

 

Аурелия

Каморка была маленькой, и в ней противно пахло тушеной капустой, я с ужасом представила, что здесь же мне придется спать, но выбирать не приходилось: либо тут, либо на улице! Радовало одно, если меня вообще хоть что‑то могло радовать в этой ситуации, что каморка, как, впрочем, и все заведение Сандры, была очень чистой –  ровно настолько, насколько может быть чистым трактир! Сил у меня не осталось, а значит, было просто необходимо воспользоваться моим тайным методом и подпитать себя магией. Я прибегала к этому крайне редко, боясь, что это заметят, и только когда было необходимо хорошенько подготовиться к экзаменам, а сил и времени на это не оставалось… вы наверняка спросите, почему же тайком?

Дело в том, что в моей магии было много странностей! Ну, да и открывать ее наличие совсем не стоило, ведь оно выдавало мое благородное происхождение, а в академии, да и во многих других местах, к такому относились крайне настороженно. Только представьте: подавальщица в трактире с магией, еще, упаси господи, заподозрят во мне шпионку!