Огонь vs Лед. Переворот наоборот
На фоне ярко освещенного проема особенно отчетливо видны их очертания, и мне становится нехорошо от того, насколько невысоким и изящным выглядит Ринар на фоне громадного, обросшего шерстью медведя.
Связанные крылья нервно дергаются и отдаются болью в спине.
Сердце прошивает острой иглой, из груди будто что‑то вырывают, и ноги сами несут меня следом за удаляющимися противниками.
– Куда?! – слышу за спиной.
Тихий шорох подошв о камень говорит о приближающемся стражнике, но тело само знает как двигаться – я отклоняюсь, пригибаюсь к полу, и обернувшийся кошкой парень пролетает мимо.
Пока он понимает, что промахнулся, разворачивается и приседает для нового прыжка, я ускоряюсь, огибаю его по крутой дуге, отталкиваюсь от покатой стены и вылетаю под ослепительно‑яркий свет.
На миг слепну, за спиной слышу сопение, жаркое дыхание касается голых лопаток, но поскольку не хочу, чтобы меня поймали и вернули в пещеру, как послушную пленницу, – продолжаю бежать, пока… под ногами не оказывается пустота…
В ушах свистит, меня сдавливает в плотных потоках воздуха. Крылья болезненно выворачивает, и они безвольно мечутся за спиной, не в силах замедлить падение.
И куда меня нелегкая понесла? Сейчас разобьюсь в лепешку и ведь даже сгореть не могу, чтобы возродиться – магия заперта! Чтоб им всем икалось с их мерами предосторожности!
Все это пролетает в голове за один миг, и почти сразу падение замедляется, а я оказываюсь прижата к восхитительно прохладной груди без единого намека на шерсть.
Сердце бьется ровнее, больше не старается вырваться из груди и не замирает – все будто именно так, как и должно быть. Будто именно для этого и бежала сломя голову к… обрыву?
Наконец, промаргиваюсь и осматриваюсь – Ринар со мной на руках действительно неторопливо опускается на дно пропасти. В стороне, по узкой головоломной тропинке с сопением спускается огромная, обросшая шерстью фигура.
– Ты куда побежала? – рычит‑урчит Ринар. Не отпускает, крепко прижимает к себе и неторопливо взмахивает огромными крыльями. – Хочешь, чтобы я умер от разрыва сердца еще до начала дуэли? Тогда придется признать свою принадлежность Вальдену. Этого хочешь? – и руки сильнее сжимаются на моих плечах и коленях.
– А почему ты должен был умереть от разрыва сердца? Разве оно у тебя не изо льда?..
Но мой вопрос тонет в громком крике Ринара, от которого еще долго звенит в ушах:
– Вито! – он вскидывает голову к заканчивающейся обрывом площадке, с которой я, видимо, и свалилась. – Я же велел следить за ней, держать в пещере! Почему от тебя девушки одна за другой бегут?
Лицо Вито передергивается в болезненной гримасе. Видимо, слова Ринара задели в нем что‑то очень болезненное.
– Даже с лишенной магии девушкой не можешь справиться! Алисия тебя второй раз сделала и уже без магии. И это самого быстрого оборотня!
– Она юркая, как саламандра! Попробовал бы сам ее поймать! – в свою очередь вопит обиженный Вито.
– Я‑то как раз поймал! – потом переводит взгляд на меня. – Даже если и было изо льда, то ты его растопила полгода назад.
О чем это он?
Ринар плавно опускается на каменистую землю, но меня отпускать не спешит, укрывает крыльями, а я раздумываю над его словами.
Спросить‑не спросить? Но когда открываю рот, с губ слетает совсем другой вопрос:
– Когда я сделала Вито? Где? Как это было?
– Я мог бы тебе все рассказать, но, боюсь, что ты мне просто не поверишь. Поэтому лучше, чтобы ты сама все вспомнила, а я постараюсь тебе в этом помочь. Надеюсь, что своей памяти ты будешь доверять больше, чем чьим‑то словам, – он невесело усмехается.
– Но зачем? – удивленно моргаю я. Искренне не понимаю, зачем ему, чтобы ко мне вернулась память, ведь тогда вспомню все о моем похищении, малейшие детали. Зачем ему это? Думает, мне понравилась неволя?
– Ты все поймешь, когда вспомнишь, – подозрительно кошусь на него и не верю своим глазам – Ринар склоняется ко мне, словно хочет поцеловать и держит так крепко, что не вырваться.
Кручу головой – только бы не подставить губы. Не ему! Не хочу!
Руки так крепко прижаты к телу, что не поднять, не защититься, но я не его собственность! Я почти невеста Франиса!
Внутри все дрожит, скорее всего, от гнева. Конечно, от гнева! От чего еще?! Я порядочная девушка и не могу хотеть поцеловать беспринципного бандита, который недомолвками пытается уверить меня, будто у нас есть общее прошлое.
Видимо, приняв во внимание мое отчаянно сопротивление, Ринар только утыкается в мои волосы и шумно дышит.
Почти порядочный бандит. Надо же!
– Ты стала пахнуть еще лучше, – шепчет он, и от его прохладного дыхания по шее бегут мурашки. Перед глазами снова начинает все плыть, наливаться ярким светом – вот‑вот увижу вспышку, за которой последуют странные картинки не то воспоминаний, не то навеянных иллюзий. Интересно, среди разбойников есть маги иллюзии?
– Эй, принц! – раздается слегка запыхавшийся голос Вальдена. – Оставь ее в покое! На ней моя метка! Она моя! И я не позволял ее трогать!
Зря он это сказал.
Обнимающие меня руки каменеют, потом осторожно раскрываются и одновременно распахиваются крылья.
– Вито! Декстер! Охраняйте! – уже с воздуха приказывает Ринар.
Оба слегка запыхавшихся парня оказываются с двух сторон от меня, но не прикасаются, только перекрывают любую попытку сбежать, но мне совсем не до этого – я неотрывно слежу за тем, как Ринар неторопливо взмахивает бело‑голубыми крыльями и по спирали уходит вверх.
Все равно не успеваю заметить, когда он умудряется сложить их, и теперь стрелой несется вниз. Скорость невероятная! Как у него дыхание не перехватывает? Я вот невольно задерживаю.
Ринар нацелен на огромную полумедвежью тушу, но Вальден оказывается готов к такому приему – он группируется и кувырком уходит в сторону, а я невольно вскрикиваю и прикрываю руками глаза. Кажется, что Ринар сейчас разобьется о камни.
– Что ни говори, а в маневренности никто его не превзойдет, – справа от меня спокойно делится наблюдениями Декстер, а поймав мой удивленный взгляд, игриво подмигивает.
– Да, не медведю соревноваться с ним в ловкости, это уж точно, – соглашается с приятелем Вито и задумчиво трет плечо. Неужели не раз получал от Ринара? – Ты ведь за наших болеешь? – и смотрит на меня, строго сдвинув брови и оскалив длинные клыки. Это было бы жутковато, если бы не так смешно, потому что Вито забавно морщит нос.
