Пленница северного волка

– Бедная Юния, как же она сможет на таком спать?

Погрев руки у пламени свечи, я натянула варежки и забралась под шкуру оленя, постаравшись закутаться в неё получше. Шкура была такой маленькой, что мне пришлось подтянуть колени к груди, иначе было не укрыться полностью. Но и тогда я, казалось, вовсе не согревалась, а наоборот, теряла последние остатки тепла. Впрочем, к удивлению, через какое‑то время мне всё же удалось согреться под этим грубым подобием одеяла и заснуть.

 

3

 

3

От усталости сон был настолько крепок, что поутру Касиния, вернувшаяся за посудой и с тазом горячей воды для умывания, не могла меня добудиться.

– Умывайтесь, княжна. Князь велел проводить вас к утренней трапезе, –известила девушка, когда я с большим трудом встала, еле сумев разогнуть руки и ноги, поскольку всё тело ныло.

«Меня будто палками накануне отходили», – подумалось мне, но к счастью, жара и никакой боли в горле не наблюдалось. Хотя не простыть после такой дороги, а потом ещё и ночи в ледяном замке было просто чудом.

– Как моя сестра Юния? Мне бы с ней встретиться, – произнесла я, поглядывая на служанку.

– Вы умывайтесь, и я провожу, – пообещала она, собирая со стола использованную посуду.

– А полотенца нет? – спросила у неё, оглядевшись и так и не увидев нигде своего сундука.

– Нет. Собственного разве не прихватили? – подивилась Касиния, вызывая у меня улыбку своей простодушностью.

– Прихватила, только сундук мой, верно, затерялся где‑то. Должно быть, к сестре по ошибке унесли, – предположила я, с блаженством опуская руки в горячую воду.

– Это знать только Авдей может. Как его увижу, ежели раньше вашего, то поспрашиваю.

– Спасибо.

Умывшись, я обтёрлась рукавом своего платья.

– Идёмте скорей, – поторопила меня служанка, которая несла одновременно таз с водой и посуду, а при этом ещё и умудрялась свечу в руках держать.

В замке князя даже днём пройти не было никакой возможности, ведь в его коридорах встречались такие тёмные места, словно глаза выкололи. Ещё и вечным спутником каждого, кто оказывался в этом мрачном месте, оставался ледяной холод, пробиравшийся под одежду.

– Вон за теми дверями княжна Юния. Вы идите, а я потороплюсь. Князь разгневается и палками велит отходить, коли на глаза ему попадусь… – шепнула Касиния и почти бегом понеслась обратно, унося с собой свет.

Что до меня же, то я в очередной раз порадовалась за сестрёнку, что ей не Святослав в мужья достался. «Только как знать, каким его брат окажется?» – гадала про себя, стуча в комнату, где ночевала Юния, и слыша её весёлый голосок, что мигом утешил мне сердце. Отворив же дверь, я зашла внутрь и мигом потеряла дар речи.

Комната оказалась светлой от сотен свечей и тёплой от горящих в камине дров. На крюке над огнём был подвешен чайник, позволяющий в любое время напиться горячего чая. Кровать, предоставленная сестре, превосходила даже те, что находились у нас дома. Её отличала мягкая перина, несметное количество подушек и яркое лоскутное одеяло, что радовало глаз.

Сама сестрёнка была в ночнушке и тонком, невиданном ранее мной халате. Она с восторгом копалась в нарядах из сундуков, нам явно не принадлежащих.

– Князь так щедр! А ты почему в своих старых обносках? – возмутилась Юния, прикладывая к себе роскошное шерстяное платье серого цвета, расшитое серебристым кружевом.

Не дождавшись ответа, она развернулась и, широко улыбнувшись, поинтересовалась:

– Как ты устроилась? Всем довольна?

Тут я почувствовала за спиной какое‑то движение, из‑за чего мне пришлось отступить в сторону. В комнату Юнии прошли Святослав с Мстиславом. Сестру их беспардонное вторжение нисколько не смутило, а более того, все трое, словно сговорившись, смотрели на меня.

– Благодарю вас, Великий князь, за добрый приём, – произнесла я и склонилась в поклоне, а затем ответила на недавний вопрос: – Да, меня устроили очень хорошо.

Соврала, но сделала это с тёплой и обращённой к сестрице улыбкой. Мне не хотелось её огорчать, да и к тому же мне было достаточно доброго отношения хотя бы к ней.

– Милолика, будьте так добры, помогите вашей красавице‑сестре одеться. Мы дождёмся вас за дверью, – размеренно проговорил Святослав и вышел со своим молчаливым братом в коридор.

 

4

 

4

Мне даже думать не хотелось, что меня здесь ждало, когда после свадьбы сестрица покинет замок князя и отправится во владения Мстислава.

«Может, у Великого князя просто не нашлось второй комнаты получше?»– мысленно предположила я, мельком взглянув на себя в величавое зеркало выше человеческого роста, да только попытка оправдать Святослава была безуспешной.

«Кого я обманываю?! Просто я ему не мила вовсе. Сколько у него было жён, все краше меня, а я уродина, да и имя моё звучит, как насмешка. Ему, видно, не терпится свести меня в могилу до свадьбы, чтобы не стояла с ним у алтаря и клятв не давала. Только Юния уедет, он и вовсе, небось, прикажет не кормить меня…» – с ужасом понимала я, готовясь к худшему без всякой надежды на лучшее.

– Заплети меня, – попросила сестрёнка, вырывая меня из леденящих душу дум, но сама не ведая об этом.

Она присела на скамью с мягкой подушкой, обитую лоснящимся бархатом, перед этим протянув мне две новые ленты. Я осторожно взяла их и гребень, после чего принялась за дело. Её волосы были чистыми и пахли хвоей, а под затылком даже немного влажными. Это значило, что мне предоставили только утренний таз кипятка, а ей организовали купание…

– Красивые ленты, Юния, – заметила я и улыбнулась сестре в отражении зеркала, ведя борьбу с предательски подступившим к горлу комом.

Мне было страшно теперь за свою жизнь в этом месте.

– Мстислав такой! – отозвалась та, мечтательно прикрывая глаза.

Её щёки покрылись румянцем, а сама же она закатилась от смеха, мешая мне ровно разделить пряди золотистых волос.

– Я рада за тебя, дорогая моя, –сказала я, целуя её в макушку.

Мои руки хоть и отогрелись, но заметно дрожали.