Подвеска с сапфирами

– Делай всё на совесть, – твердила она, – даже, если это для кого‑то ещё, ты всё равно делаешь для себя. Помнишь, как прежде воду носила? Изгибалась вся, спотыкалась, ноги и платье обливала. Теперь тратишь на это минуты вместо часов, ни капли не расплещешь, пока несёшь, значит, нам зимой не скользко будет к ручью ходить.

 

К следующему лету в деревню переберёмся, поближе к людям.

 

Надо побольше шкурок за зиму запасти, продадим – деньги будут. Купим маленький домик поближе к замку (я тоже немного подкопила, добавлю), будем жить, наблюдать и думать, как нам за твою маму отомстить, а тебя обезопасить, не вечно же прятаться, так и молодость пройдёт, не заметишь.

 

Все мечты Дарьи были девушке понятны, так как логичны, поэтому пока она говорила, Ира, почти не слушая, вспоминала про кабана и какого‑то перевёртыша. Кабана она знала, видела на картинках, а что за зверь перевёртыш?

 

Об этом она и спросила, перебив тётушку, которая почти вышла на финишную прямую в рассказе про «они жили долго и счастливо».

 

– А в вашем мире их не было?

 

– Не знаю. Может быть и были. Что это за звери?

 

– Это не звери, точнее, они не всегда звери. Они на треть люди, на треть звери, а оставшуюся часть можно причислить к магам. Не все, конечно, могут колдовать, тут от способностей и силы зависит, но обращаться в зверей могут: кто‑то в волков, кто‑то в тигров или леопардов, есть те, что в медведей.

 

– А в птиц, – вырвалось у Иры.

 

– Те, что вашем мире и в птиц могут? – удивилась Дарья.

 

– Не‑е‑ет, у нас нет подобных существ, у нас вообще никого кроме людей нет, я просто поинтересовалась.

 

Тётушка улыбнулась и ласково потрепала девушку по голове.

 

– Нет, обращаться в птиц перевёртыши не умеют, и это очень хорошо. Перевёртыши, если не в человеческом облике, то страшнее любого зверя. Они жестоки, хитры… Лучше в такой момент с ними не встречаться, а если пришлось, то убивать не жалея. Выбор не велик: либо ты его, либо он тебя! Ладно, не буду тебе мешать. Практикуйся. У нас тут, после магии, лук – основное оружие. К весне ты должна своим выстрелом мою летящую стрелу запросто сбивать, так что времени не теряй.

 

Если будут вопросы – я в доме.

 

– Есть!

 

– Что? – переспросила Дарья.

 

– Есть вопрос. Кто это? Что мне сейчас делать?

 

Девушка показала рукой в сторону ручья.

 

На противоположном берегу ходил парнишка лет пятнадцати‑шестнадцати, явно выискивая узкое место, чтобы перепрыгнуть воду.

 

Тётушка быстро убрала мишени и велела спрятать в доме лук. Там у неё была хитрая комната для оружия, которую никто бы не нашёл, даже если бы постарался.

 

– Тебя чего сюда занесло? – спросила Дарья, – увидев, что юноша не стал больше искать место, где можно перебраться через ручей, не намочив обуви, а разулся и побрёл напрямую по воде.

 

 

 

Как звать‑то тебя, искатель сбежавших коров?

 

Парень вздрогнул от неожиданности, но, увидев, что перед ним женщина, к тому же, ему ничто не угрожает, спросил:

 

– Вы корову рыжую не видели? Я второй день её ищу. Мне без этой твари возвращаться нельзя – мать прибьёт!

 

– Как же ты её упустил? – поинтересовалась Дарья.

 

– Разморило на жаре, заснул, а эта скотина сбежала. Надеюсь, не сожрал её никто, свежие обглоданные кости по дороге вроде не попадались.

 

Ира вышла из дома и стояла около двери слушая их диалог.

 

– Мимо нас не проходила, мы бы заметили, всегда кто‑то на улице есть. Разве что, когда обедали в доме. Кстати, говоришь, второй день ищешь? Голодный, наверняка. Зайди – поешь. Дело минутное, а то и корову не найдёшь, и сам сгинешь. Обессилишь с голоду – волкам пир устроишь. Ирина, накрой на стол.

 

Парень переминался с ноги на ногу.