Попаданка для черного дракона

Между делом, пока мы собирались, граар успел объяснить мне, каково устройство этого мира. Основное население его – люди, как и на земле. Но также есть драконы. Они – хранители порядка в мире. Драконы делятся на рода, и родам принадлежат замки. Наместник, назначаемый из числа членов рода, управляет землями вокруг замка и поддерживает на них порядок. Сейчас наместник в Черном замке – Арвин, мой несостоявшийся жених. Все драконы, кроме возможности становиться огнедышащими крылатыми ящерицами размером с автобус, обладают стихийной магией, то есть способны призывать огонь, воздух, ветер и прочее, благодаря чему могут сдерживать землетрясения, пожары, устранять засуху и так далее.

А еще в мире есть ведьмы и колдуны. Они ничем не отличаются от людей, кроме своих способностей. Эти куда слабее драконов, но их сила может исцелять людей и влиять на них. По закону им запрещено заниматься всякими приворотами и тому подобным, но иногда случается и такое. В основном же ведьмы соблюдают правила, потому что и так способны заработать за счет своих зелий и притирок.

Колдуны имеют примерно те же способности. В деталях граар подробно не разобрался, но вроде бы мужчинам с магией лучше давались заклятья для управления людьми и создание амулетов, а ведьмы предпочитали варить зелья. Но все способны были делать и то и другое теоретически. А еще колдуны любили использовать заемную силу. Драконы, кроме управления своими землями и поддержания на них порядка, еще продавали наполненные своей магией родовые камни. Например, у рода Черных Крыльев это были черные кристаллы из пещер под замком. На этой силе работали разные артефакты, создаваемые ведьмами и колдунами. Вероятно, на этой силе было сделано и заклятье, открывшее портал в мой мир.

Так вот ведьмам и колдунам по какой‑то причине или просто по традиции предписывалось не надевать одежду ярких цветов, только черного и серого, иногда темно‑коричневый и темно‑синий тоже разрешался, но они сами старались их избегать. А ведьмы еще и всегда покрывали волосы и не выходили из дома, не скрыв их под платками или шляпами так, чтобы не было видно ни одной прядки. Кто‑то считал, что они из‑за своих способностей лысеют, другие полагали, что они опасаются, что через выпавший волосок на них могут наложить заклятье. Ведьмы слыли довольно вредными и агрессивными. Донимать людей им законом запрещалось, но друг другу они могли устраивать пакости.

Мне было все равно, но главное, что ведьм обычные люди опасались и старались с ними не связываться. Так что когда я, услышав, что короткие волосы здесь привлекут слишком много внимания, предложила замотать голову платком, граар сразу заявил, что я буду похожа на ведьму. Использовать черное платье, по‑моему предназначенное на случай похорон, в качестве маскировки никому в этом мире просто не пришло бы в голову. Одеваться под ведьму – как можно?! Но меня это не смутило. Остальные платья в шкафах были яркими, расшитыми драгоценностями, золотом и серебром. В таком меня точно из замка никто бы не выпустил. А черное платье с футляром из серебряной сеточки было легко избавить от верха и превратиться в настоящую ведьму по местным меркам.

В последнее время перед открытием портала в мой мир, ведьмы часто шлялись по замку, поэтому появление еще одной никого не могло удивить. Граар инструктировал меня, как пройти не по главной господской лестнице, а по коридорам для слуг. Главное тут – вести себя уверенно и злобно сверкать глазами, если кто не уберется быстро с моего пути. Да и граар на руках тоже помогал поддерживать легенду. У ведьм частенько были фамильяры – разные, зачастую искаженные магией животные, с которыми они не расставались. Поэтому никто не посмел остановить меня, когда я спокойно прошла через кухню и, распахнув скромную дверь, оказалась на заднем дворе замка. Более того, частенько встречные слуги старались не смотреть мне в глаза, чтобы не сглазила, да еще делали какие‑то отводящие зло знаки и шептали едва слышно: «О, Богинюшка, укрой своим крылом от силы темной».

Выйдя на улицу, я уставилась на две луны на светло‑голубом небосклоне и судорожно вздохнула. До свободы оставалось совсем немного: пересечь двор, по которому туда‑сюда деловито сновали слуги, и пройти в ворота.

– Не стой столбом, как дура, – прошипел мне на ухо противный граар, устроившийся у меня на плечах чешуйчатым горячим воротником. Балансируя, он вцеплялся когтями в мой пиджак и иногда взмахивал крыльями.

Я молча направилась вперед. Сердце судорожно билось в груди. Хотелось бежать, но я еще раз напомнила себе, что бегущий человек привлечет к себе слишком много внимания.

«Я просто спокойно иду по своим ведьмовским делам. До меня никому нет никакого дела, ведь я же ведьма. Я ведьма, а не невеста хозяина замка, поэтому всем все равно», – убеждала я сама себя.

Тень от замковой стены упала на меня сверху, еще несколько шагов, еще немного, я почти подошла к воротам.

– Госпожа ведьма! – окликнул мужской голос сзади.

«Я не слышу. Я ничего не слышу, я очень занята, меня никто из местных не посмеет потревожить», – продолжила убеждать я себя.

– Тебя узнали, улетать надо, улетать! – зашипел в панике граар на плечах, судорожно переступая когтистыми лапами и хлопая крыльями мне по голове.

Оставалось надеяться, что он не собьет с моей головы платок.

Если б я умела летать!

– Госпожа ведьма! – Голос не отставал, а приближался, сопровождаясь еще каким‑то шумом. Я даже головы не повернула, продолжая притворяться, что ничего не слышу: может, пронесет.

– Валим! Валим! Улетай! – зудел над ухом граар.

– Госпожа ведьма, позвольте вас подвести!

Я удивленно оглянулась. Меня догнала старомодная повозка, запряженная понурой коричневой лошадью. Так как шагала я прямо посреди дороги, то мешала повозке проехать – задние ворота в замке были узкими, на одну полосу, для такой повозки или нескольким людям разминуться. А тут я пру прямо посередине – не объехать, да еще и ведьма, с дороги убраться не прикажешь. Извозчику пришлось выбирать: или ехать медленно всю дорогу за мной, чтобы не оскорбить, или вот предложить подвезти. По виду было очевидно, что он надеялся, что я уйду сама. Лицо его было бледным почти добела, на щеках только видны два ярко‑красных пятна, а весь лоб в испарине, которую он судорожно вытирал рукавом.

– Ну, подвези, – входя в роль вредной подлой ведьмы, ухмыльнулась злобно я, обошла телегу и самостоятельно забралась на козлы рядом с ним.

Парень, кажется, еще сильнее струхнул и постарался отодвинуться от меня подальше, так что едва не упал со скамейки.

– Так мы едем? – поинтересовалась я, разгладив складки на юбке, пока он тупо пялился на меня.

– Да‑да, конечно, простите!..

Он подстегнул лошадь, и та лениво зашагала вперед.

Когда, наконец, мы проехали под воротами замка, я позволила себе едва заметно прикрыть глаза и облегченно выдохнуть. Хотя на деле‑то, конечно, я все еще в беде: чтобы вернуться домой, мне потребовалась бы парочка миллионов местных денег (один в неустойку и еще один на оплату портала на землю), что практически невозможно. Но хотя бы заклятья подчинения я избежала прямо сейчас, а там… там вывернемся.

– Вот я молодец, вот я умница, – урчал на ухо довольный граар, – как я удачно еще и транспорт нам нашел.

– Ты‑то тут при чем? – возмутилась я, отчего возничий покосился на меня удивленно. – Ты не мог этого предвидеть, это случайность, – тише прошептала я, косясь на наглую зеленоглазую морду в морщинках.