Попал! Том 6

Ночь была долгой. Вроде все выбились из сил. Устали. Но как же долго длилась первая ночь. Кто‑то без задних ног спал, а другие не могли уснуть. Слишком много мыслей и переживаний таилось в их сердцах.

Воронина не стала звать Томаса на разговор. В следующий раз. Всё‑таки она была мудрой женщиной и видела, что тот совсем не настроен на беседу. Неужели Астафьев вывел его из себя? Вряд ли. То было нечто другое. Молодой Романов был озабочен чем‑то иным. Но чем? Юлии было интересно. Вот и думала об этом, глядя в потолок кубрика.

Не спала не только она одна. Катерина также не могла уснуть. Размышляла. Что теперь делать дальше? Ей нужно в дальнейшем поддерживать Романовых? Или союз развалился, когда она проголосовала за отдых? Да и к тому же вряд ли Томас доверится ей, а значит – какой‑то плюс она всё же получила. Теперь он не захочет с ней каких‑либо отношений. Хотя… Он может вступить с ней в брачный союз назло… Точно! Что если кровавый наследник решит таким образом отомстить?! Закусив губу, старшая наследница Долгоруких и уснула.

Шульц развязывали одну руку для ужина. Под присмотром Томи та поела. После пришлось сопроводить ее в туалет. Сейчас она не спала – выспалась. Смотрела в потолок и думала, как завтра ей свернут шею за пленение. Закон Германской империи, чтившей древнее военное искусство, был жесток со слабаками. А если попал в плен, значит таким и являешься. Шульц вздохнула. Протяжно. Тихо. Всё, что ей оставалось, с честью принять смерть от своих же.

Когда солнце едва показалось на горизонте, в динамиках прозвучал голос распорядителя клановых игрищ:

– Доброе утро, команды! Начнем второй день турнира!..

 

Глава 6

 

Томи проснулся, потер глаза. В кубрике суетились его бойцы. Кто‑то с полотенцем на плече уже пришел после умывания, другие делали легкую зарядку. Баринова, вон, стояла на руках, а ноги в поперечном шпагате. Никто из мужиков не смотрел на ее позу. Вот встала бы так Зоя! Ух! Тогда хрен за уши оттянешь!

– Доброе утро, господин! – увидела Быстрова, что Томас открыл глаза.

Никто специально не будил его, хотя и так понимали, что он проснулся. Просто дремал.

– Доброе утро, глава! – подхватили и остальные гвардейцы.

– Теперь отведете меня в туалет? – проворчала Шульц.

Бразилец и англичанин сидели молча, не отсвечивая. Скоро их должны обменять, осталось перетерпеть совсем немного.

– Доброе утро всем, – ответил Томи и поднялся с койки.

Пора было вставать, тем более распорядитель игрищ объявил, что вскоре придет задание, наверняка на мониторы, не письмом же вышлют.

– Я умываться, – зевнув, произнес Томас и взглянул на немку. – Освободите ее.

– Есть! – отозвался Попович и освободил ту от оков.

– Идем. Сходишь в туалет, – обратился Томи к немке. – Ты впереди, – указал он на выход, обозначив, что не собирается доверять врагу спину.

Шульц потрогала запястье. Там отчетливо виднелся синяк.

– Поскорей бы всё закончилось. А после я надрала тебе зад, – ухмыльнулась она фальшивой улыбкой и вышла в коридор, разминая затекшее плечо.

– Мечтай, – обломал ее фантазии Томи, покинув кубрик следом.

– Тебе просто повезло, так что не зазнавайся. В следующий раз я буду серьезней, – парировала Шульц. – Куда идти‑то? – повертела она головой, стоя в коридоре.

– Налево. До конца. И побыстрей, – подтолкнул ее Томи ладонью в спину.

– Эй, поаккуратней, – возмутилась она, но довольно сдержанно.

– Молчи. Я только проснулся, а ты уже раздражаешь.

– Кто‑то не в настроении, – фыркнула Шульц, продолжив путь по коридору.

Она вдруг резко развернулась и нанесла Томасу точный удар в подбородок. Технично и выверено. Словно тренировала данное действие десятки тысяч раз. Но, увы, ничего не вышло. Он поймал ее мелкий кулак ладонью и сжал.

– Ай‑я‑я‑яй! – завопила немка, оседая на колени.

– И что это было? – не изменил Томи тона голоса.

– Просто шутка! Я пошутила!

– Ясно, – он отпустил ее. – Было смешно. Идем. Хочу умыться поскорей, – и снова подтолкнул ее рукой.

– Х‑хорошо… – повесила она нос.

Не получилось… Почему не вышло достать его?!

Конечно, удар не был смертельным, немка и правда атаковала несерьезно. Но даже так – использовала половину своей силы! И он всё равно среагировал!

Спортсмены, что видели в коридоре Романова и Шульц, охренели. Это чё ща было?!

Томи с немкой тем временем зашли в умывальник, там же был отдел и с туалетами.

– Можешь идти, – указал Томас на табличку с туалетом. – Я пока умоюсь.

– Только не подглядывай, – прошла Шульц в дамскую комнату.

– Больно надо, – ответил он и принялся за умывание и чистку зубов…

* * *

В просторной столовой штаба собирался народ. Большинство кланов уже умылись и ожидали завтрак. Утром Астафьевы приняли эстафету кухарства и заканчивали приготовление каши.

– Когда там уже задание придет? – зевал Муромов, сидя на стуле и пялясь на монитор.

– Сказали же: в восемь утра, – проворчал Жуков.

– А сейчас сколько?

– Семь сорок пять.

– И мы еще не ели! Чем там заняты Астафьевы?! – возмутился Муромов, поглядев в сторону окна выдачи.

Оттуда доносился вполне съедобный запах, гремела посуда. Повара явно торопились. Многие спортсмены закивали, поддерживая возмущение. Действительно, пора бы уже позавтракать.

В гостиную прошел Томи со своей командой.

– А вот и Романов, – негромко произнес Муромов, взглянув на Калашникова.

Владимир перевел взгляд на Томаса, а после продолжил разговор с Александром Грозным. Рядом с ними расположилась Воронина. Она украдкой бросила взгляд на Томи и также продолжила участие в дискуссии. Катерина Долгорукая в это время общалась со своей телохранительницей Алиной. Заметив Томаса, тут же отвернулась, чтобы не встретиться с ним глазами.

– Привет, Томас, – поздоровался Злобин. Скромный мужчина сорока лет. Каштановые кудрявые волосы, невысокого роста, около ста семидесяти трех.

Рядом с ним сидела та самая девушка, что остановила Томи в коридоре и просила убить Муромова.