Попутчики

– Спи давай. – шикнул он и повернулся спиной, натянув одеяло повыше к ушам, помолчал и всё‑таки ответил, – Я думаю, от антисанитарии и ослабленности – на таких харчах могучего здоровья не заимеешь. Если мы ничего не придумаем – велика вероятность тоже…

– Чего тоже?

– Ноги протянуть. Всё, спим.

Я повернулась к стенке, тихо завидуя его нервной системе. Муж, кстати, был такой же – не знаю, что бы на этом свете могло лишить его сна. Зато я, даже прекрасно понимая, что надо дать нервам и мозгу отдых, а переживаниями ничего не изменить – всё равно буду полночи крутиться в постели и психовать, отгоняя назойливые мысли.

Где‑то на этом размышлении и вырубилась.

Утро началось с того, что почувствовала, как меня кто‑то аккуратно, но энергично тормошит за плечо.

– Что?! – мучительно разлепляя глаза, дёрнулась я – от неожиданности сердце подпрыгнуло куда‑то к горлу, к тому же казалось, что весь мой сон длился не более десяти минут, – Ты..!?

– Ага, ещё спроси, кто я. – скептически съехидничал сосед, – Тань, там эта тётка вернулась. Держи себя в руках и разговаривай аккуратно. Нужно выяснить как можно больше информации, но косвенно.

– А можно я ещё посплю? – мозг категорически отказывался возвращаться в реальность.

– Ладно, спи. Может так и лучше. Сам пока разведаю, что да как.

Я была счастлива, что меня оставили в покое и не надо прямо сейчас вставать… ну как вставать… условно – и начинать эти шпионские игры. Совесть попыталась было грызнуть упрёком, но я уже дрыхла без задних ног.

Проснулась в районе обеда от того, что комнату заполнял довольно аппетитный запах еды.

– Ну смотрите, сайрон Алекс – воля ваша, всё сделала, как велели. Но потом не спрашивайте со старой Томасины, куда делись запасы и из чего готовить еду. – донеслось до меня ворчливое причитание незнакомого женского голоса.

– Я сам покормлю сайрин Тасмин. – ответил мой сосед, закрывая дверь в комнату, – Фу‑ух. Проснулась? – констатировал он, заметив мой любопытный глаз из под одеяла.

– Это она?

– Она. Ну и разговорчивая у тебя батрачка! – усмехнулся он, – Прямо находка. Подарок какой‑то.

– Почему у меня?

– Я так из её болтовни понял. Как ты себя чувствуешь?

– Ещё не поняла. А что ещё удалось узнать?

– Так, сперва обед – потом разговоры.

– Пахнет неплохо.

– О‑о! Это я "старую Томасину", кстати, не такую уж и старую – прибедняется, вынудил сварить супчик на вяленом мясе. Слышала, как возмущалась на мою расточительность?

– Там что, действительно всё так плохо? – спросила я, принимая ложку и свою порцию горячей похлёбки коричневого цвета.

В этот раз тарелки было две.

– По правде сказать, в самом деле – не густо. – Саша сел за стол и взялся за свою пайку. – небольшой запас овощей, муки, вяленого мяса, масла, трав для заваривания чая, два яйца с четырёх кур – это навскидку. В принципе, я понимаю её опасения. Но если мы не будем сейчас хоть приблизительно нормально питаться – на ноги не встанем, и эти запасы вообще не пригодятся.

– И что делать?

– Выздоравливать и решать вопрос. Как – не спрашивай. Сам ещё не знаю. Но это не единственная печальная новость.

– ?

– С дровами тоже – беда. Я так понял, зима идёт на исход, но того, что есть – на то, чтобы продержаться в тепле – не хватит. Похоже, наши предшественники те ещё бестолочи были. Зато дворяне.

По телу растекалось сытое тепло, ярко контрастируя с нарастающей тревогой.

– Стоп, что он сейчас сказал? – попыталась вернуть упущенную информацию, – Повтори, кто они?

– Не поверишь, дворяне местного разлива.

– А чего такие нищие?

– Это ты уже сама потом у тётки осторожно выспроси между делом. Доела?

– Да. – я задумчиво смотрела на пустую тарелку, размышляя о нашем незавидном положении.

– Ну всё, не кисни. – видя мою растерянность сказал он, – Я всё ещё надеюсь рано или поздно проснуться из этого сюра, но до тех пор, пока этого не произошло – будем стараться выжить.

 

 

9

 

Этот день мы практически весь проспали.

За стеной копошилась Томасина – в сон изредка прорывались отдельные резкие звуки стукающейся посуды и тяжкие причитания. К вечеру она осторожно заглянула в комнату.

Саша, секунду назад храпевший, как пьяный боцман, тут же поднял от подушки голову. Такое впечатление, что спал он крепко, но разными глазами по‑очереди. Кивнул ей, что может уходить и через мгновение вырубился снова.

Я ещё какое‑то время подремала и открыла глаза, понимая, что больше не усну – очень хотелось есть. Будить соседа не хотелось, поэтому, решила потерпеть.

– Так. Что у нас в арсенале? ‑ я взялась мысленно подбивать дебет с кредитом, – Мы – молодая пара, каким‑то образом погибшая по пути из "ЗАГСа". Дворяне. Нищие.

Рот непроизвольно скривила невесёлая усмешка – вспомнилась "Пошехонская старина" Салтыкова‑Щедрина.

– Дворянка, ёжкин хвост, убогий домик и наёмная тётка в количестве одной штуки.

– Дом явно запущен. – я тоскливо оглядела серые стены и имущество, находящееся в комнате, – М‑да. Ладно уж ныть. Хорошо, хоть не рабы на галерах – так что, считай, повезло… Не то, чтобы откровенный свинарник – вещи свалом по углам не валяются, но всё старое, замызганное… Короче, да, всё‑таки свинарник.

– Запасов для жизни – мало… Уй! Волосы бы помыть, пока в них посторонняя живность не завелась. – я осторожно одним пальцем почесала затылок в районе гигантской шишки – кажется, ссадина подавала признаки начала заживления. Хоть бы не насекомые – признак зарождения. – Так. О чём это я? Да. Запасов – мало. Любопытно, а деньги у нас есть? И где они, если всё‑таки имеются? О! Даже знаю, как это гладенько выяснить. Завтра пообщаюсь с Томасиной – пора уже и познакомиться.

Вздохнув, посмотрела на сопящего рядом соседа.