Попутчики

Хотя в тот момент смешно не было совсем. Важный папашка зарвавшегося гадёныша блажил на весь университет и требовал, чтобы подонок (это он обо мне) непременно понёс уголовное наказание. А девчонка, которую пришлось отбивать от его сыночка‑мудака, сперва, вроде, даже заявление написала. А потом дала задний ход. Вот и весь хрен до копейки.

Так что пришлось моему отцу практически спасать непутёвого сына, быстро запихнув меня в армию, пока мажорский папенька утрясал вопрос с девицей. Это ещё подфартило, что набор был в самом разгаре, а Матвей Петрович – его старинный друган и сосед по гаражу, в котором мы все вместе шаманили свою старенькую тачку (оттуда и любовь к механике всех видов), помог по старым связям определить меня в хорошую часть.

Восемь месяцев ВДВ, а потом по приказу Брежнева наши вошли в Афганистан. И я пошёл. Отец так воспитал. Пять месяцев учебки, и мы с сослуживцами попали в  56‑ую гвардейскую  ОДШБРБ, что находилась тогда в Гардезе.

Эх, будет что вспомнить с Коляном, Клинком (вообще он Клиненков Стёпка) и пузаном‑Холерой. Вот кого я жду по‑настоящему. В любое время. Но встречаться получается не часто.

И помянуть кого тоже будет…

Кстати, Холера – это на самом деле Валера Мишустин, а прозвище он получил за умение с невероятной точностью метать холодное оружие. Краси‑иво кличку заработал…

"Ну, холера!" – как‑то раз, хлопнув себя по коленям, усмехнулся ротный, восхищённо наблюдая, как Валерка безошибочно мечет всё, что способно воткнуться в дерево – включая вилки. Да… меткость попадания у него всегда была фантастическая. Так и привязалось.

Вообще, мы все "могём кой‑чо", как говорил покойный сержант Ильенко… Земля ему пухом, хороший мужик был… И боевым самбо владеем, и техникой рукопашки, метанием ножей, сапёрных лопаток и тому подобного – в том числе. Но Валерка, конечно – феномен.

– Наверняка опять надерёмся и начнём ножички метать. – я почти вслух расхохотался, вспоминая последнюю встречу, – Ну, поди, не облажаюсь перед мужиками – не зря же два раза в неделю, как закон – на тренировках.

– Дорогой Александр Владимирович, мы вас все заждались. Ну пойдёмте уже к столу. – подхватила меня под руку Софья Пална – жеманная, до оскомины любопытная тётка. И тут же, подтверждая свою репутацию самой осведомлённой особы в "обществе", насела на меня с вопросами, – А где же Серёжа? Почему мы не видим гордость отца на его юбилее?

– Сергей? Сын сейчас за границей по вопросам расширения бизнеса. Вы, дорогая, как всегда, запредельно внимательны. – пришлось идти на своё коронное место – пора было начинать официальную часть.

А Серёжка сейчас и в самом деле был за границей. Только не по вопросам бизнеса, а в кои‑то веки вырвался с семьёй отдохнуть, чему я был только рад . Поэтому, когда он с виноватым видом сообщил, что стоит перед выбором – везти семью или оставаться на юбилей – я категорически послал его на отдых.

Всё это – условности. Подобные мероприятия мой сын "любит" ровно так же, как и я. Приедет – посидим ещё. А вообще, Софья Пална правильно сказала – Серёга – моя гордость. Мой характер, мой! И котелок варит, и руки растут не из… ну, понятно. Но главное, ему с Маришкой повезло… Мне кажется, мать он так до конца и не простил за то, что она тогда свинтила к этому своему Евгеньеву.

Бизнес захромал, всё шло наперекосяк – так она и дунула в спокойную сытую жизнь.

Долго отходил. Вот тогда Константиновна и проявила себя – тащила меня из запоев, заставляла встряхиваться и думать, как выкручиваться из кредитов. Теперь смеётся, мол, боялась без работы остаться, если я вконец разорюсь. Ага, с её‑то головой… Мировая тётка.

А потом всё потихоньку пошло в гору. И начались бабы – бабы – бабы. Ох, и нагулялся я в те годы – до изжоги. Чего искал? Всё у всех одинаковой конструкции. Так что зря "золотая рыбка" старается. Таким путём – на "голом" энтузиазме – меня давно не взять. Только как теперь от них с серым кардиналом отбиться? Вопрос.

 

4

 

Вечер катился по стандартно‑заезженным рельсам. Тосты – речи – выступления приглашённых артистов – снова тосты, и так по кругу.

И вот, торжество перешло в ту стадию, когда, расслабленные алкоголем и едой, гости начали расползаться на отдельные кучки по интересам.

Семён Семёныч тоже не терялся – на другое нечего было даже надеяться. Только я собрался пообщаться с таможенником, как старый клещ подхватил меня под локоть и потащил на веранду, якобы подышать кислородом.

– Ну понятно, сейчас начнёт мозги полоскать. – содрогаясь от перспективы предстоящего разговора с выкручиванием рук, скрипнул зубами я.

Аргументов, которые показались бы объективными и достаточными этому хорошо пожившему крокодилу, я так и не нашёл, и потому – злился.

– Бред. Почему я должен ставить под удар свой бизнес в угоду его интересам?

Однако, сердечно улыбавшийся мне сейчас Семён Семёнович обладал реальной возможностью обеспечить мне персональный маленький ад – Хиросиму местечкового формата. Тогда вообще хана –  дыхнуть нечем будет. И мы оба это отлично понимали.

Угораздило же попасть к нему в должники. Не финансово, конечно. Память у старика – феноменальная. Ведь сколько лет прошло, а не забыл. Иногда я всерьёз начинаю думать, что у него реально где‑нибудь в сейфе заныкана подробная, доскональная картотека бережно хранимых человеческих косяков, которые он помог исправить. Каждый грешок почти всех, присутствующих здесь, учитывается и в нужный момент вынимается, как туз из рукава, чтобы надавить и получить желаемое.

Потому и Серый кардинал. Потому и держится до сих пор на своей должности, а уйдёт с неё только вперёд ногами, и никак иначе.

Дождался, значит, когда я подрасту до серьёзного уровня и нашёл способ взять плату за давнюю услугу. И как теперь с ним торговаться? А против буром не попрёшь. Тихо и аккуратно разотрёт в пыль всё, что строилось годами. Чтобы другим неповадно было. Он это уже всем доказал. И не раз. А потому, что начнись – никто не поможет. Дураков нет, впрягаться против Сарковского.

– Лихие девяностые прошли, говорите? Ну конечно. Единственное, что поменялось – это методы… Как его только до сих пор никто не грохнул…

Семён Семёныч что‑то почти ласково выговаривал, шаркая рядом. Я его пока практически не слушал – к "трапезе" этот удав приступит в более приватной обстановке.

– Объясните мне кто‑нибудь, какого чёрта он вообще свою дурочку на работу суёт?! У него бабок – на восемь жизней хватит. Запихнул бы куда в тёплые дали, как нормальный подпольный олигарх – на песке греться, да мартини хлебать, так нет же…