Потерянная невеста

– А я ее постирала, – как ни в чем не было ответила плутовка. – Сижу, жду, когда высохнет.

– Воспользуйся заклинанием сушки, – зло рыкнул я. – Ты же маг!

– Если вы забыли, ваше несравненное дознавательство, – хихикнула девица, – на мне антимагические браслеты. Я теперь даже артефактами пользоваться не могу.

Демоны. Вот же зараза!

– Давай свою одежду сюда, я ее высушу, – крикнул я сквозь дверь.

– Не могу.

– Почему? – мое терпение было на исходе, но я все же держался.

– Я голая – стесняюсь.

– Лисси, ты работаешь в борделе, – напомнил я девушке. – О каком стеснении может идти речь?

– Ну и что? – совершенно невозмутимо ответили мне. – Моим клиентам совсем не развлечения нужны были. Так что я девушка честная, имею полное право стесняться. А то, что в соседних комнатах творилось, меня не касается.

– Хорошо, – вновь постарался я взять себя в руки. – Давай сделаем так. Я закрою глаза, а ты отдашь мне одежду, слегка приоткрыв дверь. Обещаю не подглядывать.

– Все равно не могу, – довольно отозвалась воровка.

В ее голосе было столько озорства, что сомневаться не приходилось. Лисси специально сделала так, чтобы разозлить меня.

– Почему? – сжимая кулаки,прорычал я.

Магия от эмоций начинала бунтоватьи требовать выхода. Я был уставшим, грязным, злым. А еще голодным. Но из‑за того, что не мог отойти от двери ванной комнаты, не способен был заказать завтрак.

 

– С нее капает, – как ни в чем не бывало продолжила Лисси измываться надо мной. – А я девушка хозяйственная, такого допустить не могу. К тому же управляющий отеля может вас оштрафовать за порчу пола.

– Демон с ним, с управляющим! – взревел я, подскакивая с кресла. – Выходи, кому говорю!

За дверью ванной тут же раздался грохоти перепуганный визг Лисси.

К тому времени, как я догадался, что произошло, девушка уже вовсю заливалась слезами.

А виной всему был магический поводок, соединяющий браслеты.

Разозлившись, я слишком резко вскочил с кресла и непонятно зачем рванул к центру комнаты. О том, что Лисси привязана ко мне,в тот момент я просто‑напросто забыл.

Неудивительно, что ее настолько сильно приложило о дверь.

– Лисси, открой, – постучал я.

– Я голая‑я‑я, – отчаянно провыла девушка, – и мне больно‑о‑о.

Да что ж это такое?!

– Лисси, открой! – вновь потребовал я.

– Не‑е‑ет, – по‑прежнему рыдая, отказала моя пленница.

Не зная, что еще предпринять, я решил уничтожить дверь. Мог, конечно, просто вышибить, но тогда заденет Лисси. Я и без того не знал, насколько она пострадала.

Заклинание ударилось в дверь, разрывая ее на щепки, а Лисси, еще сильнее перепугано завизжав, ввалилась в комнату.

Подхватить ее на руки я успел лишь в последний момент. Девушка действительно оказалась совершенно голой. К тому же ее сильно трясло, да и вообще, выглядела она не самым лучшим образом.

– Все хорошо, – попытался я успокоить ее, – сейчас мы со всем разберемся.

Рванув к кровати, я схватил первое, что попалось под руку, и закутал Лисси, словно ребенка. Девушка не сопротивлялась, но продолжала перепугано трястись и стучать зубами.

– Ты поранилась? – попытался я дозваться.

Лисси неуверенно кивнула, и я заметил под спутанными волосами проступающую кровь.

Усадив страдалицу на кровать, попытался осмотреть ее. Но стоило мне только протянуть руки к ее лицу, как девушка судорожно вздохнула и словно вся закаменела.

Неужели я настолько ее напугал?

Как вести себя с матерыми преступниками, я знал. Как с хитрыми и невероятно изворотливыми авантюристами обоих полов – тоже. А вот как успокаивать пострадавших от моей же глупости девушек – нет.

Пусть она воровка. Пусть занимается не пойми чем в обители похоти и разврата. Пусть за несколько часов успела создать мне проблем больше, чем многие враги за всю жизнь, я чувствовал, не было в ней того, что толкает людей на настоящее преступление.

А своему чутью я верил безоговорочно.

Не зная, как не напугать плачущую девушку еще больше, я легонько коснулся ее усыпляющим заклинанием.

Закутанное в покрывало тело тут же обмякло, и мне вновь пришлось ловить его, чтобы Лисси не скатилась на пол.

В сторону сантименты! Надавал я сам себе оплеух, укладывая воровку на постель.

Мне нужно в первую очередь узнать насколько она пострадала, а уж потом решать, что делать дальше.

Откинув с лица девушки прядь волос, я обнаружил большую ссадину на виске и скуле. Рана начала уже отекать и синеть. Получается, что Лисси действительно сильно ударилась.

Только этого не хватало!

Хоть рана была не боевой, залечить ее следовало как можно скорее. Потому как одно дело, если я выйду из номера гостиницы с хорошенькой девушкой, и совсем другое, если при этом у нее будет синяк на пол‑лица.

Стараясь не причинять лишней боли, я пустил по пальцам исцеляющую магию. Сила откликнулась на удивление легко и сама, словно река, прорвавшая плотину, хлынула к ране.

Странно.

Дар целительства у меня был очень слабый. Его едва‑едва хватало на то, чтобы самому себе залечить порезы. Максимум, на что я надеялся, – это снять отек. А в результате получилось, что буквально через пять минут на лице Лисси не осталось даже следа от удара.

Не знаю, чем был вызван такой «прилив», но терять временя было нельзя. Поэтому я тут же развернул одеяло и принялся за дальнейший «осмотр».

Максимально стараясь не отвлекаться на открывшийся мне весьма соблазнительный вид.

Демоны.

Все же насколько невинной и привлекательной выглядела девушка. Даже не верилось, что она выросла на улице среди грязи, лжи и бедности. Как ни крути, не была она похожа на простолюдинку. Но и аристократкой тоже не могла быть.

Так кто же она? И почему так боится ехать в столицу?

Любая другая на ее месте ухватилась бы за этот шанс, но Лисси, казалось, была готова на все, лишь бы там не появляться.