Право истинной невесты

В его руках вдруг оказалась бита. Альто внезапно потянул меня на себя, и я едва успела пригнуться в его руках, как бармен неожиданно размахнулся и врезал изо всех сил по стеклянной стенке бара. Я увидела в отражении в окне, как брызнули осколки и потоки жидкости полились вниз. Те из бутылок, что не разбились сразу, с глухим звоном покатились по полу.

Завсегдатаи за нашей спиной одобрительно заорали.

– Пиво только не попорть! – крикнул один.

– Да пусть его, – одёрнул второй. – Выпили, хватит. Теперь пора и по бабам.

Раздался гнусный смешок. В следующую секунду бармен размахнулся снова. Я хотела завизжать, но из горла вырвался только сиплый выдох.

– Эй, приятель, – негромко позвал Альто. – Остынь.

Бармен резко обернулся:

– Чего тебе?

– Просто предлагаю тебе быть поосторожнее с твоей новой собственностью. Ведь это теперь твой бар.

Секунду бармен смотрел на него. А потом расхохотался:

– Действительно! Платить этой жирной корове Деворье? Перетопчется!

Он бросил биту в угол и выхватил из‑под стойки матовый чёрный пистолет.

– Моё имущество, – недобро усмехнувшись, произнёс он. – А имущество надо охранять.

– Брось! – крикнул лысый крепыш с бутылкой пива в руке. – Останешься здесь и будешь сидеть на заднице, пока снаружи будет жарко? Второй такой ночи уже не будет!

Бармен отрицательно покачал головой:

– Без меня. Выдвигайтесь, парни. Время не ждёт.

Один из мужчин указал на меня пальцем:

– А эту что, оставим здесь? Эй, парень, – он сплюнул в мою сторону, – делиться надо!

Я похолодела. За всю свою жизнь я никогда не слышала, как к ринии обращаются подобным образом. Словно я вдруг очутилась в каком‑то кошмарном сне.

Но Альто даже не пошевельнулся. Он лишь усмехнулся, но такой хищной усмешкой, что мужчина невольно отступил.

– Я здесь по праву, – негромко произнёс он, и эти слова прозвучали, словно пароль.

Мужчина икнул.

– По п‑праву, – повторил он.

И бочком, бочком отступил.

Меж тем бар пустел на глазах. Я с холодком заметила пистолеты не у одного и не у двух выходящих мужчин.

– Мужчинам же запрещено носить оружие, – прошептала я.

– Думаю, ты уже поняла, – негромко и чётко произнёс Альто мне на ухо, – что этой ночью некоторые правила изменились.

Я растерянно смотрела на распахнутую дверь, ведущую на улицу. Я всё ещё до конца не понимала, что происходит. Ещё час назад ринии были всесильны. Но сейчас… сейчас перед моими глазами совершалось что‑то немыслимое.

Что изменилось этой ночью? И что теперь будет?

Я глубоко вздохнула. Да ничего не будет. Кланы справятся с волной хулиганов, а возглавить этих идиотов будет просто некому: пары поцелуев хватит, чтобы самый упрямый главарь бунтовщиков без памяти влюбился в свою завоевательницу.

– Идиоты, – произнесла я вслух в опустевшем баре. – На что они надеются?

– Думаю, – невозмутимо заметил Альто, – что на победу.

– На какую победу?! – Я вскочила. – Кланы размажут их по стенке! Главарей просто очаруют, и…

Бармен переводил взгляд с меня на Альто, улыбаясь всё шире.

– А ведь она ничего не знает, а? – произнёс он, кивнув на меня. – Никто из них не знает.

– Тихо.

Негромкий, но властный тон тут же заставил бармена сбледнуть с лица и осторожно шагнуть назад.

Альто повернулся ко мне.

– Тебе не стоит отправляться домой этой ночью, – произнёс он. – Хаос – это прекрасно, когда он ломится в чью‑то чужую дверь, но, когда бьют окна в твоём собственном доме, впечатление смазывается. Сама видишь.

Я перевела взгляд на разбитые бутылки. Звуки, раздающиеся с улицы, мне определённо не нравились.

– И что ты предлагаешь?

Альто пожал плечами:

– Ну, перспектива привезти ринию к себе домой меня не очень привлекает, но других вариантов я не вижу. Тебя же не смущала перспектива уйти отсюда с кем‑то полчаса назад?

– Тогда это был мой выбор. А сейчас ты пытаешься меня заставить!

Альто поставил виски на столик, серьёзно глядя на меня:

– Ты почти наверняка попадёшь в неприятности. Это не обычные беспорядки, Леонора: этой ночью меняется власть. Пойди мне навстречу. Отдельную спальню я тебе гарантирую.

Его слова не сразу дошли до моего сознания. Меняется власть? Наша власть? Это вообще возможно?

– Тебе страшно, – произнёс он, внимательно наблюдая за мной.

– А тебе нет? – резко спросила я. – Разве ты не поэтому остался здесь, а не отправился наблюдать за шоу?

– Предлагаешь мне выехать впереди на белом коне, гордо указывая всем путь?

– Хотя бы объясни, что происходит! Почему все они, – я обвела рукой пустой бар, – знали, что произойдёт, а я нет?

Альто откровенно и насмешливо улыбнулся:

– Хм. Поведать тебе страшно секретные тайны, которые знает каждый громила с улицы? Дай подумать. М‑м‑м… нет.

Я вздохнула:

– Ладно, поняла. Спрошу кого‑нибудь другого. Я ухожу.

Я подошла к лестнице, но Альто неожиданно оказался передо мной, а его рука загородила проход.

– Пропусти меня, – негромко произнесла я. – Иначе пожалеешь.

Альто покачал головой:

– Прости, но у меня есть некоторое представление, что там с тобой могут сделать. Поэтому я тебя похищаю.

– Ты – меня – похищаешь? Меня?!

– Не беспокойся. – Насмешливый огонёк в его глазах мелькнул и погас. – Я сплю только с теми девушками, которые меня об этом просят. А ты, похоже, уже передумала меня соблазнять.

Я упрямо тряхнула головой:

– Да мне вообще не до этого! Ехать с тобой означает отрезать себе все пути к отступлению, а жечь мосты я не люблю.