Приманка для демона

– Может, выйдем на улицу прогуляться? – спросила Ника, потягиваясь на диване.

– Хочешь подышать свежим воздухом – можем нажарить шашлыков на террасе.

– Я под домашним арестом?

– Воспринимай это проще! Ты тут в безопасности.

– Будто тут демон, если захочет, не найдет меня.

– Здесь, в многоэтажке возле центра города, ему будет сложно тебя найти. Шумиха, уйма людей. Мы заметили, что он больше любит пригород.

Значит, мне придется каким‑то образом улизнуть из квартиры.

 

Глава 9. Анжелика

 

Ночью я долго не могла уснуть. Мысли роились, не оставляли в покое. Ник хоть и был дружелюбнее Германа, но совершенно не поддавался ни на какие уловки. Он спал в гостиной чутко – я пробовала спуститься к выходу и проскочить к двери, а в спину получила строгое:

– Туалет в другой стороне.

Ладно, я просто проверила. Я пока терялась в сомнениях. Если демона поймают и, как Герман выразился, нейтрализуют, то нечего мне идти к нему, ведь он не исполнит свою угрозу. А я побегом отсюда только испорчу все. Возможно, и правда Герман со своими ребятами хотят как лучше и мне стоит подождать, пока все не закончится, чтобы узнать, почему трогали мои воспоминания.

Только наутро после завтрака он появился. У меня вмиг подскочил пульс и защекотало что‑то в солнечном сплетении. Герман перекинулся с приятелем парой слов вполголоса, так что я ничего не расслышала. Не смотрел на меня и даже не поздоровался. За это хотелось опрокинуть на него чашку кофе или убраться подальше от неприятных ощущений, которые выжигали изнутри всю радость встречи.

Ник ушел, тепло попрощавшись со мной, и Герман наконец соизволил меня почтить своим бесценным взглядом. В этот момент я уже горела мыслью огрызнуться на любые его слова.

Да что со мной?.. Нужно вести себя сдержанно.

– Тебя нужно перевезти в другое место. Я привез вещи. Переодевайся. – Он протянул мне картонный пакет.

– В какое место?

На его небритых скулах напряглись желваки. Похоже, ответом меня не наградят. Я взяла пакет и прислушалась к шуму за дверью. Герман озадаченно обернулся.

Заработала пила по металлу. Ошарашенная, я так и замерла с пакетом в вытянутой руке. Герман толкнул меня в сторону, за кухонную столешницу, и достал пистолет.

В гостиную ворвались амбалы с автоматами наперевес.

– Стоять! Руки за голову! Это полиция!

Герман примирительно поднял руки с пистолетом.

– Ребята, вы явно ошиблись квартирой.

– Никаких ошибок, – твердо ответил мужчина, который замыкал процессию. Его усталое лицо испещрено морщинами, но взгляд выразительный и цепкий. – Вы задержаны по подозрению в серийных преступлениях. Обыскать здесь все.

Герман едва не расхохотался, а у меня все похолодело внутри. Совсем не до смеха.

– Гражданочка, не прячьтесь там. Вы тоже задержаны.

“А я‑то тут при чем?” – хотелось выпалить, но слова застряли в горле. Я с трудом разогнулась – мышцы будто одеревенели. Германа уже обыскивали, изучая карманы и бумажник.

– Так, так, фальшивое удостоверение агента ФСБ, – ухмыльнулся мужчина.

– Вы мешаете проведению секретной операции, – парировал Герман. – Вас за это выгонят с работы.

– В наручники их. В отделении поговорим.

Меня, к счастью, тщательно не обыскивали, но и не разрешили переодеться в купленную Германом одежду или взять ее с собой. Нас вывели из подъезда и рассадили по разным машинам. Что за чертовщина творилась? Что за дурдом? Я ведь даже на красный свет никогда не переходила дорогу!

Или я все‑таки натворила что‑то, но… не помню? Я словно на иголках сидела в машине, пока ехали в отделение, где тот самый мужчина не стал церемониться и сразу отвел меня в маленький мрачный кабинет.

– Ну что, Анжелика Исаева? Или, правильнее сказать, Мария Бурова?

В моей груди сжалось сердце до тягучей боли. Кажется, имя знакомое. Но откуда? Почему он его назвал?

– Я следователь, Дмитрий Яковлевич Рябов, – сел он за стол напротив. – А тебя как называть? Анжелика или Мария?

– Меня зовут Анжелика, – прошептала сипло на автомате, теряясь в замешательстве. Хмыкнув, следователь закивал.

– Будешь отрицать, что это не ты? – Он раскрыл папку и показал мне фотографию девушки с длинными каштановыми волосами, искусным макияжем. Точно такие же голубые глаза, как у меня, губы, нос, да все черты. Взгляд немного другой, печальный. Когда было сделано это фото?

– Да, это, похоже, я… Но не помню, чтобы когда‑то так красилась.

– Эта девушка пропала в позапрошлом месяце. А месяц назад появилась с другим цветом волос, в другом городе как Анжелика Исаева, с фальшивыми документами. И внезапно оказалась невестой местного кузнеца. – Следователь сощурился и положил локти на стол, подаваясь ближе ко мне. – Очень любопытно, знаешь ли, обнаружить такие факты при расследовании загадочных смертей.

– Что вы говорите! Я с Владом познакомилась полгода назад! Он меня на машине сбил, я в больнице лежала…

– Ни в одной больнице нет записей о том, что там лежала Анжелика Исаева, – твердил следователь, тыкая пальцем в бумаги. – Мария, мне лгать – гиблое дело.

– Я не лгу! Спросите Влада и он… – я прикусила язык. Что монстр сделает? Прилетит в руки правосудию и спасет меня?

– С Владом мы отдельно поговорим, когда он приедет. И факты, изложенные здесь, – он поднял папку, – весомее слов.

С ума сойти. Все вокруг сошли с ума.

– Это какая‑то ошибка, – стояла я на своем, но голос уже не звучал так уверенно, как прежде. Утекала сила от безысходности. – Я выросла в этом городе, в детдоме, выучилась на экономическом, работала курьером…

 

– Анжелики Исаевой не существует. Она не росла в детдоме, не училась в местном университете. Она, между прочим, эээ… то есть Мария Бурова недавно чуть не потеряла в аварии мать и сестру. Тебе неинтересно узнать, вышли ли они уже из комы? Твой отец места себе не находит. Я с ним вчера говорил. Позвоним ему?

Меня била лихорадка. Я не моргая смотрела, как следователь набирает номер и ставит телефон на громкую связь.

– Я нашел вашу дочь, Константин Георгиевич. Она рядом.