Принцессам в офисе не место

Я работала в компании уже три года и поэтому ориентировалась в терминах и понимала общие процессы. Впрочем, сейчас от меня много не требовалось: я просто вела протокол и записывала основные договоренности. А детали будут обсуждать уже технические специалисты, а не высшее руководство, такое, как Азим Амер и господин Сориа. То есть, Альберт. Или пока мы на переговорах, он Сориа?

Поняв, что я совершенно запуталась, я устало потерла переносицу. И глазливый главный Амер тут же это заметил.

–Алберт, брат, продолжим завтра! А то мы совсем утомили твою жену, – и он сокрушенно зацокал языком, как заботливая бабушка, к которой привезли слишком тощего внука. – Слуги, отведите госпожу Сориа на женскую половину! Мои супруги хотят познакомиться с женой моего дорогого брата! – напыщенно закончил клиент.

Я сначала моргнула, пытаясь сообразить, кто такая госпожа Сориа. Потом, догадавшись, что это вроде как я, принялась отнекиваться. Но начальник и сам поспешил спровадить меня, шепнув, что при мне они не могут неприлично ругаться, и это тормозит переговоры. Пришлось, вздохнув, собрать свои записи и идти за слугой. Ладно, ничего не поделаешь. Если начальник запрещает работать, кто я такая, чтобы спорить? И с этими мыслями я, улыбнувшись, шагнула на женскую половину. И тут же попала, казалось бы, в параллельный мир, потому что после тишины и строгости мужской половины особняка женская ошарашила меня звуками и красками.

Тут стоял галдеж. Нет, не тихий воспитанный гул, как в хорошем ресторане, а настоящий гам. Такой, как в студенческой общаге – по крайней мере, именно такими их показывали по блюдцу. Играла музыка, кто‑то немелодично пел, вдалеке по коридору с топотом носились дети. Вздрогнув от протяжного вопля, я обернулась и обнаружила клетку с огромным попугаем, глядящим на меня круглым блестящим глазом.

– Чаю хочешь? – скрипуче спросил он и вдруг завопил на весь особняк, распушив хохолок: – Чаю, чаю!

– У нас гости! – заслышав крик попугая, прокричали где‑то в коридоре, и спустя минуту я оказалась в окружении джиннок. Или джинних? В общем, жен джинна Амера, которых была целая толпа, и все наперебой галдели, желая познакомиться.

Через несколько минут, когда жены успокоились, я сообразила, что их около десяти, а не пятьдесят, как показалось сначала. Девушки – брюнетки в ярких длинных платьях – оказались очень милыми. А заправляла ими главная жена, Зарифа, которая была несколько старше остальных и отличалась от других девушек пышной фигурой и начальственными замашками.

– Хлоя, мы покажем тебе адрабский хамам! – торжественно объявила женщина. Остальные жены тут же восторженно запищали, заглушая мои протесты: в конце концов, я приехала работать, а не купаться.

Однако с властной Зарифой оказалось совершенно невозможно спорить. Через несколько минут я уже была в том самом хамаме, закутанная в длинную простыню. А после и простыня испарилась, потому что появившиеся банщицы принялись по очереди мять девушек, втирать в кожу ароматные скрабы из баночек и мазать чем‑то волосы.

«Ладно», – подумала я и решила пустить все на самотек. Подумаешь, мне намазали ногу чем‑то зеленым и вонючим. Зато потом расскажу Ирвине, что была в настоящем хамаме, и…

– Ай! – завопила я, когда банщица отодрала зеленую пасту с, как мне показалось, куском кожи от моей ноги. – Что вы делаете?

К счастью, после беглого осмотра оказалось, что целостность ноги не нарушена и вся кожа на месте. Чуть успокоившись, я все же попыталась сбежать, но была остановлена вездесущей Зарифой.

– Ничего, у нас так принято, – утешила она меня и в доказательство предъявила свою ногу, тоже извазюканую зеленой пахучей пастой. – Зато кожа станет мягкой и шелковистой.

– Но… – я попыталась донести, что если я умру от болевого шока, то шелковистая кожа будет мне без надобности. Однако меня никто не слушал.

– А теперь – руки! – скомандовала главная жена клиента, и я обреченно закатила глаза.

Из хамама удалось сбежать только через пару часов. Точнее, выползти – от пара тело охватила странная слабость, я сейчас я хотела лишь спать. Но едва я обнаружила, что вся моя одежда пропала, как всю сонливость как рукой сняло.

 

7

 

Неверяще моргнув, я еще раз оглядела кресло, где остались мои платье, туфли и блокнот. Блокнот все еще был тут – вот он, лежит на сиденье, ярким фиолетовым пятном выделяясь на бежевом бархате подушек. Но… но где моя одежда? Может, ее унесли слуги? Странно… Так, сейчас отыщу главную жену и спрошу.

Тут за спиной хлопнула дверь, и в «предбанник» хамама, где все девушки переодевались, царственно шагнула именно та, кого я собиралась искать. Зарифа, главная жена Амера.

– Хлоя! А ты чего стоишь? – удивленно спросила женщина.

– Как раз хотела узнать, где…– начала было я. Однако Зарифа, недослушав, подхватила меня под локоть и поволокла в какую‑то дверь.

– После хамама у нас традиция – пить чай! – тоном гида‑экскурсовода объявила она. – А потом слуги принесут вещи. Не переживай, я все подготовила.

Немного успокоившись оттого, что мне пообещали возвратить одежду, я расслабилась. И как оказалось, зря, потому что выданные мне через полчаса вещи были не моими.

– Что это? – потрясенно выдохнула я, поднимая предложенное платье за лямки. – А где моя одежда?

– Твою слуги унесли, потому что она не подходит для торжественного ужина, – Зарифа, казалось, не понимала причин моего возмущения. Ну или старательно делала вид, что не понимает. Почему‑то мне казалось, что второе, потому что забирать чужие вещи вряд ли считается нормальным даже у джиннов. – Мы приготовили тебе местное платье. Устроим праздничный вечер!

– Но я не могу это надеть! – в доказательство я легонько потрясла предложенным платьем, красным и пышным. Оно ответило мне мелодичным звоном – от количества нашитых на ткани золотых монет какая‑нибудь сорока могла бы скончаться от счастья. Но я, за последние годы привыкшая к сдержанным цветам, не могла оценить это варварское ало‑золотое великолепие. – И вообще, у меня есть свое платье для торжественного ужина, и я хотела бы надеть его, – и, сгрузив красный наряд обратно в руки служанок, я попыталась было встать с кресла.

Безуспешно. Тяжелые ладони, лёгшие на плечи, вдавили меня обратно с неожиданной силой. Ой, мамочки… Они себя так со всеми деловыми партнерами ведут?

– Мой дорогой супруг и повелитель решил устроить торжественный ужин в вашу часть, – терпеливо, как маленькой, пояснила женщина. – И велел обрядить тебя в праздничный наряд. А твои вещи, – тут на лице женщины промелькнула тщательно скрываемая жалость, и она помедлила, подбирая эпитеты повежливее: – слишком обычные. На них даже нет вышивки! И самоцветов. И цвет какой‑то блеклый.

Невольно хмыкнув, я чуть расслабилась. Конечно, мои деловые платья – серые, темно‑зеленые и синие – могли бы показаться слишком скучным этим обитательницам гарема. Они сами одеты так, словно ограбили ювелирную лавку. Ту же Зарифу, в лиловом платье и с ожерельями в три ряда, было сложно обвинить в скромности. Но все равно, это не причина, чтобы прятать мое платье!