Присвоенная темным. Факультет магических пар

Но из портала никто не вышел. Я не сразу поняла почему, но потом вспомнила: темным архам на территории светлых нельзя появляться без специального разрешения. Их задерживала магия. Создавать порталы и приглашать к себе – не запрещено, но ступить на светлую землю просто так не дадут.

– Значит, у тебя нет разрешения, темный.

Я сделала несколько шагов к проходу, чувствуя свою неуязвимость и с любопытством разглядывая портал. За свою жизнь в подобных мне удалось побывать всего пару раз. Обычным людям не так часто удается соприкоснуться с магией архов.

Поравнялась с магическим проходом, и внезапно оттуда вылетел мой туфель и упал на ковер. Из него вывалилась записка, которую я подняла. Аккуратным почерком было написано:

«Назови мое имя и войди в портал».

– Обязательно так и сделаю, – саркастически ответила.

На обратной стороне было добавлено уже не так аккуратно. Видимо, хозяин портала решил нанести надпись в последний момент.

«Хорошая фигура, Ники».

Мои щеки загорелись алым. Я же в одном белье! Значит, он видел меня все это время. Попятилась в угол комнаты, на ходу стянула с кровати покрывало и закуталась в него, как в кокон.

 

 

– Проваливай в свой мрак! Я с тобой никуда не пойду!

На удивление, мои слова возымели силу. Портал стал сужаться, и через пару мгновений исчез совсем. Я внимательно осмотрела комнату перед тем, как сделать шаг. Убедившись, что осталась одна, перебежками добралась до шкафа и быстро надела домашнее платье. Делала все очень быстро – мало ли, может, темный и сейчас за мной следит.

– Аника, спускайся к ужину! – раздался голос Дары с первого этажа.

– Уже бегу!

Я подошла к туфле, что лежала на ковре. Хотела взять, но из обуви на меня посмотрело что‑то – вскрикнула и отдернула руку. С ногами заскочила на кровать, глядя на нечто. Нечто не моргая смотрело на меня. Несколько минут мы гипнотизировали друг друга. Первым двинулось существо из туфли. Оно вытекло из обуви белым облакам и стало обнюхивать всю вокруг, словно щенок, впервые попавший в новый дом. Мелодично заурчало, наткнувшись на щетку для волос.

– Эй, ты, туфель…

От звука моего голоса существо испуганно заскочило обратно в обувь. Затряслось, будто боялась меня, больше чем я его. Дверь резко распахнулась, и на пороге появилась Дара:

– Аника, ты чего на кровати стоишь? Идем уже. Все собрались. Только тебя и ждут, – поторапливала меня сестра.

– Еще минутку. Я не собралась.

– Ничего не знаю! – Дара подошла ко мне и стянула с кровати за руку.

Мы двойняшки, но сестрами нас трудно назвать. Мне досталась хрупка фигура матери, ее вьющиеся белые волосы и большие голубые глаза. Дара пошла в отца – высокая, спортивного телосложения. Лицо с веснушками обрамляли прямые черные волосы.

– Погоди ты! Неугомонная, – пыталась вырваться из цепкой хватки, когда сестра выволокла меня из комнаты.

Но Дара на две головы выше меня и сильнее. С самого детства она побеждала во всех драках.

– Я тебя знаю! Сейчас зароешься в своих книгах и забудешь про ужин. Первый раз, что ли?

– Да какая тебе разница, ужинаю я или нет?

Мы спускались по ступенькам в столовую.

– Энжэй скажет, что мы тебя не кормим.

– Тебе не кажется, что ты слишком переживаешь за Энжэя?

Мой намек вогнал Дару в краску. Я знала, что она давно влюблена в моего жениха. Но, кроме румяных щек, она никогда не выказывала своих чувств. Уверена, Энжэй даже не догадывался о них.

– Мне кажется, что ты ни о ком не переживаешь. Ни об Энжэе, ни о себе. Или мне напомнить, какая это честь, что ты станешь магической парой для светлого арха? – Я скривила недовольную гримасу и показала язык, как в детстве, вырвала свою руку и вошла в столовую. За общим столом уже собралась вся семья: родители сидели рядом. Тройняшки лениво ковырялись в своих тарелках. Я заняла свободный стул рядом с Дарой. – Ты будешь плохой женой. Себя накормить не можешь, чего уж говорить о муже! – причитала Дара.

– Я силой на себе не заставляю жениться. Умение готовить – не главное качество жены.

– Я бы на твоем месте не была такой самоуверенной. Сбежит от тебя голодный Энжэй к какой‑нибудь сельской доярке, – не унималась Дара.

– Пусть бежит. Я вслед помашу белым платочком. Зачем мне муж, который любовь измеряет наполненностью желудка?

– Замолчите, трещотки! – прикрикнул на нас отец. – Голова болит от ваших склок. Можно за ужином посидеть спокойно?

– Простите, – хором извинились мы с сестрой.

– Я запрещаю в моем доме говорить о светлых архах в таком тоне. Вы должны с благодарностью говорить о них. Если бы не светлые, мы бы до сих пор жили в рабстве под гнетом темных архов! Энжэй Маклавлин – сильный арх, и это большая честь, что одна из моих дочерей станет его магической парой. И вдвойне приятно, что он возьмет в жены тебя, Аника.

– Если только за год обучения в академии он не сбежит от Аники под впечатлением от ее горелой яичницы, – припечатал старший из близнецов.

Тихий хохот матери разрядил атмосферу, и строгое лицо отца теперь выглядело нелепо.

– Давайте поедим в тишине? Разговоры отбивают у меня аппетит, – подытожила мать. – Мы с Дарой пол вечера провели в кухне.

– Хвала светлым архам, это не Аника готовила! – и с наигранным аппетитом старший накинулся на содержимое тарелки, демонстративно чавкая и восхваляя кулинарный талант Дары.

По комнате прокатилась очередная волна хохота. Я не выдержала и бросила в младшего брата скомканной бумажной салфеткой. Снаряд попал прямо в лоб и упал в тарелку с хваленой Дариной стряпней.

– Мам! Аника в меня кинула салфеткой! – завопил пострадавший.

– Аника! Что с тобой сегодня происходит? Ты же всегда была спокойной, уравновешенной девушкой?

– Что‑то пропал аппетит. Пойду к себе, – я поднялась и вышла из‑за стола.

Шутки близких никогда меня не задевали, но сегодня в меня словно бес вселился. Так и раздирало от злости.

Поднялась на второй этаж. Тихонько открыла дверь, просматривая территорию сквозь образовавшуюся щель. В центре ковра лежало белое облако и недовольно трепало мою подушку. Перья из нее летали по всей комнате, кровать была перевернута, стулья валились на полу.