Счастье по завещанию

– Не понимаю, какое это сейчас имеет ко мне отношение? – Мелисса пожала плечами. Она знала, что отец не оставил ее без средств к существованию, и в банке Тесшира на ее имя лежала кругленькая сумма. Да, на ее имя, а она носила фамилию матери – Боун. Мелисса Боун дочь умершей в родах Роуз Боун. По храмовым летописям – безотцовщина, сирота.

– Поверь, имеешь, – прервал ее Оудэн. – На этот счет Эдвард оставил все документы и необходимые распоряжения. – Он достал из конверта лист бумаги и начал читать: – Завещание. Я, Эдвард Джонс Х граф Торнборн, находясь в здравом рассудке, настоящим сообщаю мою последнюю волю. Я признаю Мелиссу Торнборн, дочь Роуз Боун своей единственной дочерью и наследницей. Мой титул равно, как и прочее имущество, после моей смерти переходит в ее полное и безраздельное владение. Исключение составляет лишь брачная доля, равная четверти основного капитала, коею получит муж в качестве приданного при заключении брака с графиней Торнборн. До достижения Мелиссой 25‑летнего возраста она находится под опекой короля Георга Рорка, в силу его клятвы. Дочь обязана передать титул первому отпрыску мужеского пола по достижении им совершеннолетия, в случае если титул супруга будет ниже ее собственного, или второму – если титул окажется выше. Писалось три дня назад, почерк и подпись я заверил.

– Он меня признал? – ахнула Мелисса.

– С первой секунды, как увидел. Не сомневайся. Эдвард очень любил твою мать и тебя, но до последнего старался скрыть факт твоего существования исключительно ради твоей безопасности.

Теперь все вставало на свои места, и многие странные поступки отца, которые раньше задевали и даже немного обижали, теперь казались мудрыми и правильными. Пожалуй, узнай Ландора о существовании нового Торнборна, Мелисса вряд ли дожила бы до своих лет. Теперь она это осознавала.

– Но король, Оудэн, разве он не может быть причастен к убийству моего отца?

– Исключено, Лисси. Наш Георг многим обязан Эдварду. Кроме того, Торнборны всегда были залогом процветания Гаэса. Не считая того, что твой отец дважды спасал королю жизнь.

– Да, если так подумать, королю и вправду невыгодна смерть отца, но тогда кто? Кто мог это сделать? Да еще и использовать запрещенную магию.

– Сложно сказать. Я бы сделал ставку на Ондорию. Слишком много влияния приобрела страна в последние годы, и как‑то внезапно.

– Ондория, значит… – Мелисса задумалась.

– Не об этом тебе сейчас нужно думать, Лисси, – покачал головой Оудэн.

– О чем я сейчас могу думать, кроме смерти отца? – вскинулась девушка.

– О жизни, – спокойно ответил мэтр. – О своей собственной жизни.

– Что я, по‑вашему, должна делать?

– Продолжать следовать указаниям отца. Выйти замуж за того, на кого тебе укажет король, и отправиться учиться дальше. Академия магии ждет тебя, Лисси. Ты же не думаешь, что домашнее обучение раскрыло весь твой магический потенциал? Эдвард всегда мечтал, что ты будешь учиться в Тесшире. Наша глушь не для такой звездочки, как ты, – Оудэн позволил себе скупо улыбнуться.

– Что? Король выберет мне мужа? А как же чувства? Любовь? – нервы сдавали. Как‑то навалилось все. А стоило успокоиться и начать рассуждать здраво.

– Я понимаю тебя, но ты особенная, тем более находишься в постоянной опасности, приняв титул отца. Поверь, король тоже об этом знает и выберет достойную тебя кандидатуру, человека, способного уберечь тебя. Не волнуйся, Лисси, все обязательно сложится наилучшим образом.

– Король уже знает?

– Да, я отправил ему сообщение с утренней магической почтой, – не стал лукавить поверенный отца. Хотя… Оудэн теперь ведь ее поверенный.

– Понятно, – грустно вздохнула Мелисса. – Вы хотели еще что‑то со мной обсудить?

– Пожалуй, нет. Сегодня отдыхай, а завтра я введу тебя в курс дел отца, чтобы ты смогла оставить все необходимые распоряжения. И, Лисси, с твоего позволения я останусь в поместье до распоряжения короля.

Мелисса лишь кивнула, а потом, расправив плечи и выпрямив спину, вышла из комнаты. Леди Грейс могла бы гордиться своей ученицей в эту минуту.

 

Глава 2

 

 

Герцог Демиан Рорк, как брат короля, пользовался немалыми привилегиями. Но самыми удобными из них, пожалуй, считал две: право иметь во дворце свои апартаменты, и не дожидаться аудиенции короля в приемной с толпой других придворных. Он не понимал, для чего брат призвал его сюда, да еще и открыв портал прямо во дворец, ведь инспектирование войск на границах было необходимым и давно запланированным делом. Ондория наращивала мощь и явно готовилась к удару. Что могло быть важнее, чем подготовка к войне?

– Демиан, дорогой! – услышал он знакомый мурлыкающий голосок одной из своих любовниц.

Кларисса Шеридан появлялась при дворе нечасто, впрочем, как и он сам. Она предпочитала свое небольшое поместье, хотя и числилась в списке сильнейших магов Гаэса, а порой даже преподавала в столичной академии. Поэтому пересекались они редко, и их отношения не отличались регулярностью. Но леди умела заинтриговать, увлечь, заинтересовать так, чтобы даже из коротких встреч сделать праздник для души и тела. При видимой легкости и игривости, дама была не так проста, как хотела показаться на публике. Но Демиан не придавал этому особого значения и рассматривал хорошенькую вдовушку лишь как временное развлечение.

– Баронесса, – он склонился и запечатлел на изящной протянутой ладошке положенный по этикету поцелуй.

Леди зарделась, продолжая сверлить Демиана слишком уж внимательным взглядом.

– Что‑то случилось? – насторожился герцог.

– Слишком давно не имела счастья видеть вас, милорд, – с придыханием ответила дама.

– К прискорбию, мое время не принадлежит мне. Я не свободен, – слишком тихо и очень интимно прошептал он, пошевелив дыханием локон у изящного женского ушка.

– Как? – побледнела Кларисса. – Я не видела сообщения о вашей помолвке.

Ее голос почти дрожал, а темные, словно угли глаза повлажнели.

– Что? Помолвка? – Демиан искренне расхохотался. – Я давно и безнадежно женат, дорогая! И имя моей дражайшей супруги политика Гаэса.

– Вы неисправимый шутник и проказник, милорд! – собеседница игриво стукнула его по руке кончиком сложенного веера и очаровательно надула губки. Взгляд ее при этом остался слишком внимательным.

– Позвольте загладить свою вину. Не составите мне компанию за поздним завтраком, баронесса?

– Я бы не возражала, но что на это скажет ваша супруга? – томно прошептала леди.

– Кто? – чуть не поперхнулся герцог.

– Политика Гаэса, милорд, – кротко мурлыкнула Кларисса.