Служанка для алмазных змеев
– Твою маму еще можно спасти.
– Что?! Как? – Я даже поднялась.
Лекарь мягко, но настойчиво заставил меня вновь опуститься головой на подушку.
– Ты не потеряла весь яд. Часть его, и подозреваю, что большая, пока находится в твоей крови. Я могу извлечь яд, взяв у тебя кровь.
– Если все так, как вы говорите, я согласна. Прошу вас только, поторопитесь! Может быть, вы успеете!
Лекарь кивнул.
– Придется немного потерпеть. А что касается тебя и того, выживешь ли ты…
– Меня не интересует моя судьба! – тут же перебила я лекаря.
– Зато твою мать расстроит, что ты отправилась к нагам. Когда ей станет легче, ее не обрадует твоя жертва.
Я молчала. Конечно. Как я переживала за нее, так и она станет печалиться.
А если я умру? Она же не выдержит такого удара. Я могу сколько угодно оставаться безразличной к своей судьбе, но материнское сердце не переживет разлуки.
– У меня есть хоть малый шанс сохранить свою жизнь? – вновь спросила я старого лекаря.
Он молча сделал надрез на моем запястье, подставив мензурку, куда потекла тонкая струйка крови. И я терпеливо ждала, пока он наберет ее достаточно.
Когда он закончил, сказал:
– У тебя есть такой шанс, но об этом мы поговорим после того, как твоей матери станет легче. У тебя еще есть время.
Он ушел, сообщив, что скоро вернется.
Все это время он поддерживал жизнь моей мамы травяными настоями. Основное лекарство давно готово, именно его он и давал, осталось добавить последний важный компонент для исцеления. И я надеялась, что он не ошибся.
Я опустилась на колени, сжимая руку матери, и прошептала:
– Все будет в порядке. Ты ведь слышала, что сказал лекарь?
Мама шевельнула губами, и я поняла, что она в сознании. Я тут же смочила ее сухие губы. Наверное, она еще много чего хотела мне сказать, услышав о том, что я отправилась искать нагов. Но пока не могла. Пусть ругает, я все стерплю, лишь бы она выжила!
Далисса вернулась скоро, она с порога заладила о том, что гробовщику нужно доплатить еще денег, но я остановила ее жестом и словами:
– Повремени… нет, откажи в услугах священнику и гробовщику, они нам не понадобятся.
– Как это? Ты умом, видно, повредилась. Очнись, Ви, уже ничего нельзя сделать!
– Ниар Ротеуш сказал, что попробует сегодня создать лекарство.
– Но… Он нашел то, чего не хватало? Нужный компонент?
– Да, – выдохнула я, не став объяснять, что именно за ингредиент требовался для лекарственного зелья.
Далисса всплеснула руками, обрадовалась. Она понятия не имела, что я отправилась искать нагов, и лучше, если никогда не узнает. Меньше разговоров. Она та еще сплетница, хоть и хорошая, мягкосердечная женщина.
– Если так, то ладно. Так что, идти забирать у гробовщика задаток?
– Да, деньги можешь оставить себе за хлопоты, – улыбнулась я, чувствуя воодушевление. – И сама отдыхай, я благодарна за то, что ты для нас сделала.
В теле поселилась, казалось, уже вечная и противная ломота, но весть, что мама поправится, придала мне сил.
Не обращая внимание на собственную слабость, я находилась рядом с мамой и приглядывала за ней.
Отдохну тогда, когда увижу, что ей становится лучше.
Глава 5. Цена исцеления
Я с нетерпением ждала мага, с тревогой поглядывала в небольшое окошко из нашей комнатушки.
На улице уже стемнело, а мама почти не реагировала. Я боялась, что Ротеуш просто опоздает и зелье уже не понадобится.
А вдруг у него не получится изъять яд? Или он не подействует?
Ниар Ротеуш вернулся примерно через два часа, сосредоточенный и молчаливый. Он лишь кивнул мне, доставая из кармана пузырек, и я все поняла – подошла к маме, подняла ее голову.
Старый маг вливал лекарство в пересохшие губы мамы по капельке, боясь пролить драгоценную жидкость. Когда он закончил, я осторожно положила голову мамы на подушку и замерла, наблюдая за тем, подействует ли снадобье.
Ротеуш устало опустился в старое кресло и тоже не спускал глаз.
Сперва ничего не менялось, но я вдруг увидела, что щеки мамы чуть заметно порозовели. Я радостно встрепенулась.
Лекарь поднялся и подошел. Он тоже испытал облегчение. И я в очередной раз удивилась, почему он так переживает за простую бедную женщину.
– Снадобье сработало! Но на полное восстановление ниары Миртины потребуется несколько дней. Состояние у нее еще слишком слабое. За ней придется пока поухаживать.
Я улыбнулась сквозь слезы. Он всегда к маме относился со всем уважением. И выходит, моя жертва оказалась не напрасной. И хоть я понимала, что сама нахожусь на грани жизни и смерти, я ни о чем теперь не жалела.
– Вы сказали, что и для меня есть шанс спастись. Что я должна сделать?
Лекарь окинул меня задумчивым взглядом, словно смотрел насквозь, не замечая моего отчаяния в голосе. Я даже сжалась от плохого предчувствия.
– Ты сможешь спастись, если начавшееся превращение довести до конца.
– Я… не понимаю, о чем вы говорите!
Лекарь вздохнул и вновь опустился в кресло. Я почувствовала, что и ему нелегко говорить мне.
– Надо закончить превращение, иначе ты умрешь. Если бы ты принесла яд, я бы сделал из него противоядие – и ты бы полностью выздоровела.
– Я что, превращаюсь в монстра?!
Голос мой невольно задрожал. Зачем он все это говорит? Я не хотела верить, но тогда что со мной происходит? Я чувствовала, что меняюсь. Все мои ощущения невероятно обострились.
– А точнее, в нагиню, – добавил мудрый лекарь после некого молчания.
– Разве это возможно? Я не хочу! Я что, превращаюсь в змею?
– Еще нет, но процесс запущен – и его не остановить без яда. Есть только два варианта: либо умереть, либо стать нагиней.
– Но как же так… Разве человек может превратиться в нага? И вы же сказали, что из яда можно сделать противоядие.
– Да, говорил, но боюсь, твои избранники не захотят вылечить тебя. Ты не представляешь, каким сокровищем ты стала для нагов. Если о тебе узнают…
