Служанка лорда Невермора
Вот и оно, то самое место: семейное кладбище, на котором уже много веков покоились предки моего покровителя. Но ту могилу, что меня интересовала, не придется искать в его глубинах – если верить сну, она находилась где‑то на краю захоронения. И судя по всему, была относительно свежей.
Если честно, я до последнего надеялась, что все это и правда было самым обычным сном. Вот только когда взгляд выловил освещенные ярким лунным светом белые каменные лилии, эти надежны растаяли.
Тяжело дыша, я подошла ближе. Да, как есть, никаких сомнений. Это та самая могила, которую я видела во сне. На верхушке которой в видении сидел тот зловещий ворон.
И присмотревшись к надписи на надгробье, я испуганно отступила на шаг:
Береника Ленор
16 марта 3671 – 18 сентября 3689
Ah, broken is the golden bowl! the spirit flown forever!
Драгоценной невесте
от вечно скорбящего Алана Невермора
Никаких сомнений… и никакой надежды. Это просто не может быть совпадениями.
Береника.
Имя, что упоминала та пожилая служанка, разговор с которой я подслушала тогда в ванной для прислуги.
Имя невесты Алана Невермора, которая умерла десять лет назад.
Более того…
18 сентября.
Именно в тот день к лорду приезжали гости из столицы, и именно на следующее утро после этого мне поручили стирать его одежду со следами крови.
Получается, ЭТО случилось как раз в десятую годовщину ее смерти.
Задумавшись, я подступила к могиле на шаг и положила ладонь на надгробье.
Интересно, а как она вообще умерла?
В округе об Алане Неверморе, загадочном некроманте, гуляло немало страшных сказок, которых успела наслушаться и я сама, и Аннет Морнайт до того, как я заняла ее место. Что, в принципе, было не странно, ведь некромантов в простонародье побаивались, да и среди знати к магам с этим даром относились довольно прохладно, с легкой настороженностью.
Конечно же, среди этих страшных сказок была история о том, что невеста тогда еще юного некроманта умерла прямо в день свадьбы при загадочных обстоятельствах. Вот только никаких подробностей этих «загадочных обстоятельств», конечно же, никто не знал. Если, конечно, не считать за таковые «знания» бурные фантазии о страшных демонах, которым безумные отец с сыном принесли в жертву бедную невинную деву, предварительно устроив со всеми демонами оргию.
И по этой же причине я совсем не уверена, что разумно будет просто взять и спросить об этом у Гертруды, или еще кого‑нибудь из прислуги, давно работающей в поместье. Знать‑то они что‑то могут, да только вряд ли эта тема здесь из тех, на которую старожилам разрешено сплетничать направо и налево. Ну а сам «вечно скорбящий Алан Невермор» уж точно не придет в восторг, задай ему такой вопрос какая‑то новоиспеченная служанка.
Тем не менее, ответ должен быть важен. Иначе тот ворон не указал бы мне на ее могилу.
Потерев замерзшие плечи, я развернулась и быстрым шагом вернулась в поместье, где снова зажгла свечу и направилась к своей комнате. Какие бы на моем пути ни были загадки и задания, подъем в шесть утра никто не отменял. И до того хорошо бы поспать хоть несколько часов. Желательно без жутких сновидений, напоминающих мне о том, что мне еще придется побороться за право продолжать жить.
Вот только, похоже, я слишком сильно раскатала губу, и как результат, она треснула!
Потому что проходя мимо женского туалета в крыле для прислуги, я заметила нечто странное: вытекающую из‑под двери маленькую алую струйку, по которой скользнул свет свечи.
Конечно, можно было убеждать себя, что это просто пролилась краска, потому что кто‑то решил покрасить трубы в туалете на ночь глядя. И успокаивая себя этими словами, пойти себе дальше по коридору.
Увы, вместо этого я сделала шаг к двери туалета и несмело открыла ее. А потом громко закричала, просто чудом не уронив свечу.
На полу, невдалеке от одной из кабинок, в неестественной позе лежала женщина с перерезанным горлом! Шок полностью затуманил мне рассудок. Поэтому лишь к тому времени, как на мои крики сбежалась первая прислуга, я начала смутно припоминать, что видела эту девушку.
Она. Без сомнения, она.
Когда‑то миловидное лицо, искаженное посмертной маской ужаса. Длинные русые волосы, заплетенные в косу, словно венок на голове.
Дорхес. Женщина, которую я видела в душевой тем вечером. Та самая, разговаривавшая с престарелой служанкой о том, что якобы видела в окне спальни лорда Невермора какую‑то девушку.
Интересно, а… не та ли ее собеседница приложила руку к тому, что сейчас эта несчастная лежит мертвая в женском туалете? Или же наоборот – та служанка что‑то знала, и именно такая участь – то, от чего она надеялась ее уберечь, когда приказывала не болтать об увиденном? Проклятье, ну почему я тогда так и не исхитрилась подсмотреть, чтобы увидеть ее лицо?
Что примечательно, на Дорхес была надета черная форма горничной с белым чепчиком, фартуком, манжетами и измазанными кровью лацканами. Похоже, этим вечером бедняжка даже не возвращалась в свою спальню после рабочего дня. Неужели кто‑то куда‑то ее заманил, а дождавшись ночи, завел вот сюда, и здесь убил?
– А? Что? – охнула я, не сразу поняв, что кто‑то трясет меня за плечи и что‑то говорит. В голове просто стоял гул.
Это был мужчина. Судя по форме, один из стражников, охранявших поместье.
Прошло еще несколько минут, прежде чем мне удалось боле‑менее прийти в себя. И тогда я в полной мере осознала, что нахожусь в кабинете перед несколькими стражниками в погонах, сообщавших о высоком звании. И что меня пытаются допросить.
– Простите, я… мне просто трудно успокоиться. После увиденного, – проговорила я, через силу беря себя в руки.
Черт, хоть бы кто успокоительного предложил!
– Так как вы нашли тело, и почему были так одеты?.. леди Аннет Морнайт, если не ошибаюсь? – строго проговорил один из них.
– Да, верно, это я, – сбиваясь, я кивнула. – Мне не спалось, чувствовала себя дурно. Решила выйти во двор, чтобы немного подышать свежим воздухом. А возвращаясь, увидела, что из‑под двери туалетной комнаты вытекает струйка крови.
– И вы никого не видели?
– Нет, простите, – сбиваясь, прошептала я.
