Составительница ядов. Не влюблю, так отравлю

– Я расскажу тебе, – он поднялся на ноги и подошёл ближе, сел на край стола и взял меня за руку, положив большой палец мне на запястье. – Не сопротивляйся, всё равно не сможешь. Слушай! Это артефакт, обнаруживающий живое в любом его проявлении. Если оно хоть как‑то угрожает благополучию владельца. А ещё он усиливает внутренний магический объём. Ты, наверное, сама это почувствовала, но вот беда: когда он переходит от одного хозяина к другому, то черпает силы в магии прежнего. Я порядком поистощился ради тебя, София. И теперь вынужден просить об ответной услуге.

– Да, – ответила я, мысленно обругав себя.

Что это снова на меня нашло? Я никогда не отвечала согласием на сомнительные предложения, даже если они звучали, как приказы.

Мотнув головой, чтобы вернуть себе ясность мыслей и встряхнуть силу воли, я выдавила:

– А каково ваше настоящее имя, господин? Раз уж вы берёте меня в качестве посоха, я имею право это знать.

Рысь холодно усмехнулся, но мою руку отпустил.

– Либо ты не так слаба, как показалось при первой нашей встрече, либо артефакт усилил твои способности гораздо больше, чем я мог рассчитывать. И то, и другое нам обоим на руку.

– Я просто начитана, господин, – ответила я с улыбкой. Смелость вернулась, а паутина заклинаний, которой меня незаметно окутал Рысь, наконец, распалась. Я снова стала собой. – Если я узнаю ваше настоящее имя, данное при крещении, то вы не сможете навредить мне, не понизив свой магический объём.

– Может, мне проще убить тебя? – прищурившись, произнёс мой собеседник.

– Может. Но тогда бы вы не беседовали со мной. Значит,  я пока нужна вам.

– Хорошо, София, по крайней мере ты умна. Это уже немало. Жди, я сейчас вернусь. И не пытайся сбежать. Обещаешь?

Я кивнула, стараясь не думать о побеге. Вдруг Рысь сможет считать моё намерение?

Но стоило ему выйти, оставив дверь открытой, как я, выждав десять секунд и убедившись, что в доме по‑прежнему тихо, поднялась на ноги и прошла к боковой двери.

Я заприметила её ещё во время разговора. Сбегать лучше не через парадный вход. На моё счастье, дверь была не заперта.

Но только я повернула ручку, как за моей спиной раздался грозный рык.

 

 

Глава 17

 

– Не дёргайтесь, барышня. Тогда Ле Шатон вас не тронет, – с присвистом выдохнул мужской голос за спиной. – Он у нас смирный, но слушается только хозяина.

– А повернуться можно? – спросила я, отпустив ручку двери.

Рык прекратился, но я слышала гневное фырканье рассерженного зверя. Собака? Никогда не слышала, чтобы они так рычали!

– Аккуратно. Он очень разумен, – мужчина закашлялся, и я , воспользовавшись паузой,обернулась.

И обмерла, увидев рыжее существо чуть больше кошки, с острыми кисточками на ушах и крыльями на спине. Если бы не они, можно было принять существо за львёнка или ещё кого из семейства кошачьих.

Он внимательно смотрел на меня зелёными глазами‑пуговками и почти не мигал.

– Он не нападает без причины, – произнёс мужчина у двери, в котором я признала того толстяка, он ещё толкнул меня на рынке.

– А вы? – спросила я. – Вы же за мной следили!

– Так хозяин приказал, – толстые губы мужчины расплылись в той масленой улыбке, которую я подметила ещё в первый раз. – Поверить, при вас ли артефакт. Я и убедился.

– Гастон, ты свободен!

Рысь появился на пороге с какой‑то шкатулкой в руках. Толстяк приосанился, вытянулся во весь свой небольшой рост, словно солдат на плацу, и, аккуратно схватив крылатого львёнка под брюхо, попятился к двери. Я проводила их взглядом и только тогда повернулась к Рыси.

– Никогда не видела ничего подобного.

– Ле Шатон. Это алхим. Слышал, ты уже сталкивалась с ними, правда, не такими безобидными. Маги часто создают их себе в помощь. Или на забаву.

Я замолчала, моля Небо, чтобы Рысь не поставил мне в упрёк попытку сбежать. Но, разумеется, надежда не оправдалась.

– Проходи, София, ты ведь туда хотела попасть, – Рысь указал на оставшуюся полуоткрытой дверь. – Я как раз хотел показать свою лабораторию.

Второго приглашения мне не требовалось. Я без страха, но с сильно бьющимся сердцем открыла дверь и ахнула. Рысь не врал, у него здесь была самая настоящая сокровищница алхимика.

Два верстака со стеклянными перегоночными аппаратами, плоскодонные колбы всех размеров, закрытые корковыми пробками, штативы, держатели. И приток свежего воздуха имеется.

– Вот уж не думала, что вы интересуетесь травоведением, – сказала я, обернувшись к Рыси.

– Это хозяина особняка, моего друга, но я буду рад, если вы воспользуйтесь её при необходимости. Считайте это моей уступкой.

– А что взамен?

Я всегда хотела знать условия заранее и привыкла к тому, что никто не делает уступок просто за красивые глаза.

– Здесь собраны артефакты, вам будет любопытно.

– С чего вы взяли? – улыбнулась я, чувствуя, что вот‑вот попаду в капкан, выбраться из которого будет непросто. – У меня в приюте определяли магический объём. Он был крохотным. Да, потом вырос, но если я начну использовать артефакты, они вытянут из меня всю силу.

– Я не предлагаю вам их использовать, София. Их использую я, но вам надо знать, какой за что отвечает. Потому что некоторые, вы правильно заметили, могут быть для вас смертельно опасны.

Рысь прошёл к маленькому столику у окна и сломал сургучный замок.

Внутри шкатулки размером со стандартную книгу была бархатная подложка, на котором лежали три металлические пластинки. Серебряная, медная и золотая. Овальные, напоминающие броши или медали.

– Медная – это артефакт от ядов. Серебряная  используется целителями для изменения внешности. Конечно, сильно и надолго не изменишь, но лицо становится пластичным и можно подкорректировать внешность до неузнаваемости. В полутёмном помещении. А золотая, я использую её, когда меня преследуют. В ближнем бою.

– Зачем мне это знать?

– Эти артефакты нужны мне, София, но вот беда, я слишком истощён, чтобы пользоваться ими, а ты и станешь моим посохом. Ненадолго. Обещаю, что после вознагражу тебя.