Страшный сон Его драконьего Величества

Ну всё, как пить дать, насиловать будет. А Эрсея похоже девственница, и здесь это крайне важно, а то бы опекун уже давно пользовал ее без всяких там оглядок. Вот тебе и «неприятно по началу»! Ничего себе дар стихий – быстрый перепихон с принцем!

– Давайте поскорее закончим, я устал, – с этими словами принц приблизился вплотную, наклонился и коснулся своими губами моих.

Судорожно соображая, что делать, я нащупала за спиной графин с водой. Если хорошенько двинуть принца по голове, можно попробовать убежать. Да, наверно, далеко не уйду. Может лучше смириться? Ну не урод ведь, очень даже в моем вкусе. Правда быть на сегодня шестьдесят четвертой не шибко хочется. Пока я раздумывала, что‑то неуловимо изменилось, губы закололо, я услышала в голове знакомый уже шепот хора голосов: «Сила стихий испытает тебя».

Все стихло, а я снова ощутила горячие губы принца. Еще секунда, и мужчина отшатнулся, практически отскочил к самой двери, глянул на меня как‑то странно, вопросительно. Я растерянно смотрела на него. Он провел по черным волосам рукой, словно что‑то прикидывая, а потом снова оказался рядом, прижал меня так, что я вынуждена была наклониться назад, и снова поцеловал. Как‑то не так, как первый раз, по‑другому: требовательно и жадно. Все‑таки потащит в койку! Эх, пропадать, так с музыкой. Я ответила на поцелуй. Сильные руки обняли меня, прижали плотнее. Поцелуй стал дурманить, голова легко закружилась и… Белар снова отскочил, словно обжегся кипятком.

– Доброй ночи, хани, – произнес он сипло. – Надеюсь увидеть вас завтра до полуночи.

– Все‑таки в койку не потащит, – констатировала я, когда дверь за принцем закрылась, и поняла, что к облегчению примешивается легкое разочарование. Глянула на забытый принцем камзол.

– Дура! – в сердцах обругала себя за нелогичное чувство.

 

 

Глава 5

 

Вскоре в дверях появился маг. Все тот же, что вел меня сюда из парадного зала. С ним через портал я вернулась в дом ненаглядного опекуна, который лично сопроводил меня до спальни.

– Совсем немного осталось, птичка‑пичужка, – шептал он мне в ухо, накручивая на палец выбившуюся из моей прически прядку. – Пробьет завтра полночь, и ты моя. Вся!

Я брезгливо отвернулась. Ханан только рассмеялся на этот мой невольный жест. В спальне уже ждала Лилит, которая поспешно уложила меня в постель. Спала я просто отвратительно, снилась всякая гадость. В частности, дражайший опекун, лапающий беззащитную Эрсею, которая, до смерти перепуганная одними губами молила о помощи. А я пыталась помочь ей, но не могла даже подойти. Ощущение собственной беспомощности, растерянности и ужаса – вот чем была наполнена эта ночь.

– Хани Ортин, – наконец тихо позвала Лилит. – Как вы?

А как я? Я… странно. Тело налилось неподъемной тяжестью, перед глазами все плясало, жутко мутило, не хватало воздуха.

– Плохо, – честно ответила я, стараясь приподняться на кровати.

– Лежите‑лежите, – спохватилась Лилит и поднесла к моим губам стакан воды, придержала мне, как тяжело больной, голову пока я пила.

– Который час? – спросила хрипло.

– Три пополудни, – ответила девушка.

– Мне надо вставать… Во дворец! – произнесла я.

– А вы разве можете идти? – удивилась служанка.

Я предприняла еще одну попытку приподняться, безрезультатно. Тело сковала жуткая немощь.

– Вот и отдыхайте, – затараторила Лилит. – Не надо вам ни в какой дворец. Дар стихий вы получили? Получили! Теперь вот отлежитесь, и ханан вас замуж выдаст. Да за молодого, красивого, богатого!

Ага, держи карман шире! У ханана Брагаста на меня совсем иные планы.

– А если вы дойдете до дворца и вернете дар, так получите самостоятельность от опеки! И что тогда делать? Родственников у вас нет, родовое поместье в руинах! Пропадете.

«Получите самостоятельность от опеки…», – эти слова, словно ледяной душ привели меня в чувства. Нет, тело не желало подчиняться по‑прежнему. Но рассудок стал чистым.

– Лилит, – перебила я девушку. – Если я верну дар, то ханан не сможет выдать меня замуж или… взять наложницей.

– Отчего же, – удивилась служанка. – Но только с вашего согласия, подтвержденного семейной стихийной печатью. У вас же родственников нет! Да только как воспитанницу дома Брагаст, принявшую дар стихий, найдется много охотников взять вас замуж. А как единственную представительницу бедного дома Ортин…

– Понятно, – буркнула я. Вот теперь мне точно надо во дворец! Замуж я не стремлюсь, а избавится от домогательств опекуна – сейчас первоочередная задача. – Надо во дворец…

– Да как вы туда?! – взмолилась Лилит.

– Порталом, – изрекла я.

– Не выйдет. Претендентке порталом нельзя. Да что там порталом, вас даже на телеге никто не подвезет. Претендентка должна пройти путь пешком. – защебетала девушка.

– Далеко? – спросила я.

– Три квартала, – звучал ответ. – Но…

– Без «но»! Дойду! – с тем я поднялась на локтях. Ох, уж и тяжело это было, словно на мое тело навалили мешки с цементом.

– Да зачем вам это?! – взмолилась Лилит. – Мастер Грунис!

Маг тут же появился в дверях спальни, точно под дверью подслушивал.

– Что случилось? – просил он.

– Хани желает во дворец идти!  Вразумите ее! – взмолилась Лилит.

– Вы помните, что с вами будет, если выйдете в путь и не доберетесь во дворец до полуночи? – уточнил маг, обращаясь ко мне. – До этого времени из вас нужно изъять дар стихий семейной печатью. Это сделает принц печатью своего рода, если дойдете, или ханан Брагаст печатью своего рода, если останетесь. А если вы окажетесь где‑то в пути, не сделает никто! И вы сгорите!

Ах, вот оно что! Сжигают тут не костром, а магией. Уж прямо и не знаю, что лучше.

– Так помогите мне дойти! – прошипела я, судорожно хватая за рукав мага.

Тот отшатнулся от меня, как от прокаженной.

– Лилит, сходи на кухню, завари чаю покрепче, хани нужно попить горячего! – бросил мастер Грунис.