Суженая из лужи
Вздох. И шаги. Теплая ладонь гладит по волосам.
– Ты же знаешь, что королю нельзя отказывать. Или в ссылку захотела?
– А чем ваш навязанный брак хуже?
– Он не навсегда.
Довод был хороший. И Иза даже прониклась бы им и, наверное, уступила… Но как же ее Никки? Николас. Или, как, он говорит, его звали в другом мире, Николай. Нет, она не может его бросить даже ради принца. Особенно ради порченного принца. Вот предложили бы старшего….
– Я. За. Вашего. Принца. Не. Выйду.
И разогнулась. И руку отцовскую стряхнула. И даже смелости набралась, в глаза ему взглянула, демонстративно поблескивая слезами.
– Так и знайте. Вот вам мое слово! Или я не я буду!
И гордо семеня – до чего же неудобные туфли! – покинула теплый семейный круг.
Иза уже знала, что будет делать дальше.
Истерика дочери лорда Медора не удивила. Кофейный сервиз, конечно же, было жаль. И русалку тоже. И даже саму Изабеллу. Немного. Но ведь он хочет как лучше. Для всех. Она тоже поймет свою выгоду, пусть и не сейчас. Наверное, он слишком баловал ее и не уделял должного внимания воспитанию. Да и когда? Все государственные хлопоты: утром, в обед и вместо ужина. То Туширский халифат козни строит, то герцог Флорийский смуту готовит, то мастеровые бастуют, то торговцы, а то и вовсе король второй раз жениться собирается.
Но ведь нянек и воспитателей Киннер нанимал самых лучших, с отличными рекомендациями. И в деньгах никогда не отказывал. Да и многого не требовал… А наверное, стоило бы.
И вот взрастил вольномыслие. Это в женщине‑то!
Он махнул рукой, точно пылинку сбрасывая, и разбитая посуда растеклась бесцветным маревом.
Вот и сейчас: не стоило бы уезжать, да и дело было не особенно важным. Король даже отсрочку предоставил. Милостиво. К тому же мастером недомолвок и двойных смыслов лорда Медора назвали не случайно, но… лгать дочери не хотелось. Пусть уж вся эта брачная церемония без его участия пройдет. А потом он объяснится. Все честно расскажет, когда страсти поутихнут.
Пусть Себастьян отдувается. Ему проще – он ведь ничего толком и не знает.
– Отец, – напомнил о себе тот. – Может вы сами с ней? Не хочу ее вопли слушать.
Лорд Медора припечатал сына взглядом:
– При дворе служить хочешь? А думаешь, там проще будет? И чтоб больше в таком тоне о сестре не говорил!
Губы кривятся еще сильнее, но сын кивает. Он с отцом не спорит. Никогда. Помнится, Киннер тоже не спорил со своим, просто все делал по‑своему – в молчаливой покорности протеста всегда больше.
– Через неделю садитесь в повозку и отправляетесь во дворец. Сватовство. Бракосочетание. Все пройдет тайно, без лишних глаз. И можешь быть свободен. И, – лорд щелкнул пальцами. – Глаз с Изабеллы не спускай. Вокруг дома я создал магический контур, но все же она дочь своего отца и может найти способ сбежать. Голова у нее дурная, – Себастьян было кивнул и тут же удостоился еще одного сердитого взгляда. – Ответственность за женщину всегда несет мужчина. В данном случае, если Иза что‑то выкинет, я с тебя спрошу. А если сбежит… – многозначительная пауза для усвоения информации. – Король с нас обоих спросит. И будешь ты до конца своих дней кротов с полей по дальним провинциям гонять. Все понял?
Себастьян кивнул. Только глаза блеснули из‑под ресниц.
Изабелла не собиралась плакать. И ломать ничего больше не собиралась. Сила ей еще пригодится. Отец отбудет (на нее у него никогда не было времени – раньше Изу это расстраивало, но те времена давно прошли) и можно будет провернуть задуманное. Теперь она готова.
Переговорный артефакт под вечер принесла подкупленная служанка. Никки отозвался почти сразу.
– Я согласна, – было первым, что Иза выпалила. Перевела дыхание и добавила. – Отправиться с тобой в твой мир.
А потом в общих чертах рассказала, что отец собирается выдать ее замуж. Упустив нюанс про то, что в мужья прочат ни много ни мало, а настоящего некроманта с проклятьем. Никки совестливый, еще пожалеет неизвестную девчонку. Ему достаточно знать лишь, что жених нелюбим. Да и как он может быть любим, если любит она только его, Николаса. И на все ради него готова. Даже сбежать.
А он обрадовался. И растерялся. И снова обрадовался. Сказал, что уже и не надеялся увидеть родных. И восторг этот Изе ну совсем не понравился, вызывая гаденькое чувство ревности. И как его может радовать что‑то кроме нее, любимой?! Обиду пришлось проглотить – на время.
И Изабелла рассказала, как ему вернуться домой. Во‑первых, нужна вода. И чем больше, тем лучше. Она – отличный проводник магии перехода. А во‑вторых, нужно заклинание, которое она написала сама. О, формула была сложной, с переходом на седьмой уровень астрала, помноженным на третичную нестабильность в ультрадлинных волнах. А уж как Иза намучилась, подбирая буквенный эквивалент! Зато получившийся продукт был уникальным. Во всяком случае, ни про что подобное она раньше не слышала.
И как обидно, что все вокруг считали ее просто красивой дурочкой! Красивой она, конечно же, была, но вот дурочкой – точно нет! Вот создал бы папенькин драгоценный Себастьян такое заклинание? Да он и простой щит сотворить толком не может… А в Академию отправили его. Конечно, он же мужчина. А вот Никки говорил, что в его мире у всех равные права.
Понятное дело, надиктовывать текст заклятья она Никки не собиралась. Сама прочтет, когда время придет. И вообще, хорошо, что он отправляется первым, все‑таки неплохо бы проверить сначала, как ее творение работает. Преподаватель по основам магии всегда говорил, что если есть возможность испытать что‑то на другом, то пренебрегать такой возможностью не стоит.
И да, пожалуй, стоит его припугнуть, если решит забыть про нее, вернувшись назад. Например, наложенным проклятьем. Накладывать их Изабелла не умела, но Никки об этом все равно не знал. В магии он не особо разбирался, наверное, потому что вырос в не магическом мире.
А теперь, когда Николас всецело ее, надо обсудить самое важное, а именно то, как самой Изе попасть в мир под названием Земля. И поставить обязательным условием, чтобы подобрал для нее тело без этих отвратительных веснушек и с темными волосами.
Глава 2. О первом свидании, на котором все пошло не так
– Самое главное, что ты должна усвоить, когда пойдешь на первое свидание, – самозабвенно вещала Олька, – это пути отхода! А еще лучше, приди пораньше, спрячься и посмотри на него со стороны. Может, знакомиться и не придется!
