Тайный обожатель

Там можно было встретить существ всевозможных цветов, форм и размеров и приобрести запрещённые вещи, в том числе рабов и даже живую разумную пищу. Это мир, в котором нет законов, где выживают лишь самые сильные, хитрые и ловкие.

Серые великаны, способные совершать пространственные прыжки между мирами, были частыми гостями на нейтральной территории. В основном они занимались продажей или обменом трофеев.

Каждый уважающий себя великан считал долгом чести пройти боевое крещение в междумирье, иначе рисковал умереть от голода в своём скупом на угощения мире.

Хастад впервые побывал в междумирье ещё будучи ребёнком. Его привела туда сестра, Ашсаха, которая торговала кожаными полотнами.

Теперь же, когда из‑за дефицита женщин среди серых великанов началась резня, Хастад вынужден был бежать, ибо в силу своего юного возраста не мог противостоять взрослым и опытным воинам.

Единственное место, куда он мог переместиться, – междумирье. Но одно дело полагаться на опыт старшей сестры, и совсем другое – справляться самому.

***

Юный великан здраво рассудил, что ему нужно попасть в какое‑нибудь более безопасное место. И как раз это стало основной проблемой: серые великаны могли самостоятельно перемещаться только туда, где уже бывали. То есть чтобы побывать где‑то впервые, серому великану нужен проводник.

Проводники в междумирье встречались нередко, но брали за свои услуги высокую плату. А Хастад был нищим. Единственные его богатства – это юность и физическое здоровье.

Поэтому решено было сперва заработать на еду и разузнать, в каком мире серый великан будет в относительной безопасности.

На улице к Хастаду привязалась старая четвероногая каракатица:

– Подай на пропитание! – проскрипел её голос на междумирном наречии.

– У меня ничего нет, – с дичайшим акцентом буркнул великан.

– Да как же нет? А руки‑ноги‑голова тебе на что? Помоги мне, а я помогу тебе, – заискивающе заглянула ему в глаза каракатица.

Хастад подумал, что нечего бояться какой‑то малявки ростом ему до колена.

– Мне нужно в другой мир, – сказал великан.

– Это можно устроить! – широко, обнажив полный рот мелких, как у речных рыбёшек, зубов, улыбнулась каракатица. – Помоги мне – и попадёшь в другой мир.

От сестры Хастад знал, что способностью перемещаться в пространстве, помимо серых великанов, обладают только краснокожие толстосумы (они же боровы), белые варвары‑каннибалы, мелкие гоблины‑пираньи и сиреневые звездообразные удавы. Последние два вида для сотрудничества не годились в силу своих природных особенностей. Поэтому обратиться можно было либо к толстосумам, либо к каннибалам, либо найти серого великана, который согласится стать проводником.

Просить о помощи Хастад боялся. Он наслушался от сестры страшных рассказов о попадании в вечное рабство, об извергах, которые убивают слабых ради забавы. Повторять судьбу несчастных жертв не хотелось, поэтому великан просто ждал чуда или знака свыше.

Четвероногие каракатицы попали в междумирье в качестве еды для толстосумов, но вскоре благодаря своей разумности и пронырливости стали использоваться как прислуга в забегаловках.

Мелкие пройдохи добывали своим хозяевам информацию, подслушивали и обкрадывали постояльцев, в общем, добавляли хаоса и без того преступному миру.

Сестра предупреждала Хастада, что верить каракатицам нельзя, что этим существам неведомо понятие чести, но ему так хотелось обрести дом в каком‑нибудь укромном местечке, что он выслушал заманчивые условия своей приставучей собеседницы.

– Иди к Шастасу, вон там через дорогу его кабак. Попросишься на подработку. Он твой земляк, не откажет. Работай, втирайся в доверие. В удобный момент проберись к нему в кабинет, найди бластер и принеси его мне. Когда сделаешь, отправишься в иной мир. Уж поверь, я в долгу не останусь.

Хастад застыл. Воровать у сородича, тем более живущего в междумирье, – это верная смерть. С другой стороны, хотелось поскорее оказаться в безопасности.

– Как я тебя найду? – спросил великан.

– Гаевальду я служу, вон, красная вывеска в конце улицы, – сухонькая лапка старухи вытянулась в направлении ещё одного питейного заведения. – Туда и приходи.

***

Шастас, хозяин кабака, принял Хастада на подработку. Платили едой. Мало, конечно, но ради высокой цели – сойдёт.

Носить выпивку и закуски диковинным представителям иных цивилизаций было далеко не самым приятным занятием.

Угождать приходилось всем: и ценителям зловонной жижи, и тем, кто питался себе подобными, и тем, кто сам был похож на протухшую еду.

Сильнее всего от всей этой универсальной кухни страдало острое обоняние Хастада. Желудок то и дело сводило рвотными позывами, а в носу свербело от вони. Даже глаза слезились от ударяющих в нос запахов! Ох, и зачем великанам четыре носовых отверстия…

Видимо, Шастас взял Хастада в помощники, чтобы поиздеваться. Хотя и сам хозяин почти всё время трудился в своей забегаловке. Привык, неверное. Носовые рецепторы атрофировались.

Шастас был толстым и от этого казался великаном даже среди великанов. В целом он нравился Хастаду за невозмутимость даже в самых стрессовых ситуациях, когда подвыпившие гости устраивали кровавую резню.

***

Ждать удобного момента, чтобы украсть у хозяина оружие, пришлось четыре дня. Было страшно. Всё нутро бунтовало против предательства сородича, но перспектива увидеть новый мир слепила.

Намерения Хастада раскрылись в тот момент, когда он уже держал в руках бластер. Хастаду повезло: он успел удрать до того как его прирезали. Он переместился туда, куда сказала старуха‑каракатица.

В кабаке с красной вывеской его поджидали. Низкорослый каннибал протянул руку, чтобы забрать трофей, а его сородичи уже целились из своего оружия в Хастада. Надежда на честное закрытие сделки растаяла, и он, мгновенно оценив обстановку, переместился в первое пришедшее на ум место, лишь бы не попасть под выстрелы.

Исчезая, Хастад услышал великаний клич. Похоже, он развязал войну между представителями двух рас.

***

Хастад прыгал с места на место, запутывая свои следы, пока не выбился из сил. Он проклинал злополучный бластер и собственную глупость. Вместо другого мира гадкая старуха приготовила ему смерть! Она так и сказала: «Отправишься в иной мир». Только глупый мальчишка мог клюнуть на такую подставу.