Тайный советник императора Николая II Александровича

– Хорошо, Дмитрий Иванович. Я надеюсь, вы что‑то знаете о полимерах…

– И удивляюсь, что вы о них знаете. А главное – то вы их не с целлюлозой связываете, а с нефтью.

– Я знаю не так много. Простейший полимер, это, видимо, полиэтилен. Устроен он так: – и я рисую цепочку углеродов с парами водородов по бокам, – Чем длиннее цепочки – тем твёрже полиэтилен. Из него хорошо делать плёнки, для разных целей, в частности, упаковка, некоторые виды ёмкостей для холодных материалов. Например, тазики, или ту же нефть перевозить: железный каркас, а внутри полиэтиленовая ёмкость. Есть и другие полимеры, но очень важен вот такой: – теперь в цепочке каждый углерод имеет три связи с соседями и один водород. – Это резина, искусственный каучук. Он очень важен для изготовления колёс, да и для других дел пригодится. Нам надо обязательно освоить его производство, и в ближайшие годы. А кто это сделает? Больше я почти ничего не знаю, разве что вот здесь можно заменить половину водородов на хлор, получится хороший изолятор для электрических проводов. Ещё могут быть разные добавки, работы много.

– И как же вы видите область применения этих полимеров? Кроме упаковки, колёс, проводов?

– Во‑первых, это замена дереву. Хороший пластик легче, прочнее, однороднее. Его можно лить, вообще обрабатывать легко. Наступит время, когда кругом будет пластик, например, рамы для окон, корпуса разных приборов. Пластик же не рассыхается, не набухает. Ну и во‑вторых – это полимерные нити.

– И одежда из них, не так ли?

– Ну, поначалу хорошие верёвки, шнуры, стропы. Одежду, приятную для тела, сделать не так просто. Надо научиться делать полимерные трубочки…

– Какой толщины?

– Как волос или чуть толще. И тогда можно будет, смешивая эти трубочки и другие волокна делать хорошую одежду, тёплую и прочную. Гораздо прочнее шерсти.

– Но как сделать эти трубочки?

– Не знаю. Знаю, что это возможно. Но это дело будущего, а пока надо хоть полиэтилен для начала уверенно делать, другие пластики осваивать. И, обязательно, резину. Работы много, но начинать придётся с разделения нефти на фракции. Светлые фракции, увы, на топливо уйдут, но не на обогрев, а на моторы. А из тяжёлых выхимичивать полимеры – тут вам и флаг в руки. Подбирайте сотрудников, и работайте.

– Вы неплохо всё это понимаете. Лучше многих. Тазики, рамы… Откуда у вас все эти идеи?

– Я обучался… не здесь. Некоторые вещи полимерные в руках держал. Но где – не могу вам это рассказать, Государь велел держать в секрете.

И снова пауза, Глаша «принимает» грязные тарелки и приносит отвар шиповника с яблочным пирогом. Но не шарлотка, а с яблочным повидлом.

– Сергей Михайлович, вы интересно говорите, но… Пожалуй, я с вами даже соглашусь: начинать надо с нефтеперерабатывающего завода, с разделения фракций. Но всё это разговоры, вот, за чаем с пирогом. Поговорили, и разошлись. А дальше что? Чтобы что‑то с места сдвинуть – нужны деньги, и немалые. Вы представляете, сколько стоит подобный завод?

– Вот как раз хотел у вас спросить. Сколько?

– Чтобы это не кустарная развалюха была, а с нормальным оборудованием – минимум сто тысяч. Дешевле можно, но на практике так сделают, что мучение будет, лучше уж сразу хорошо делать.

– Ну а если делать очень хорошо, с прицелом на будущее? И чтобы оборудование хоть бы и из Германии получать, чего у нас нет?

– Можно сделать хороший завод, у меня уже всё обдумано. Но это полмиллиона. У вас есть полмиллиона? И ведь это только разделение фракций, а полимеры делать – это выйдет ещё дороже. Если делать так, как надо, чтобы получилось, и резина ваша, и полиэтилен – это миллионы.

– Деньги – это полдела. Нужен человек, который возьмёт дело в свои руки, всё организует, наймёт, кого нужно.

– Я старик, но с этим справлюсь, есть надёжные люди, которые помогут. Но у всех семьи, нужна оплата, рублей семьдесят в месяц по меньшей мере. Я бы взялся, хотя мне интереснее именно второй этап, изготовление полимеров, изделий из них.

– Дмитрий Иванович, но ведь вы вхожи к Государю. Почему не попросили у него, не организовали?

– Просил. Он меня к Витте направил, тот к Коковцеву. А к тому если пришёл без высочайшего повеления, то ничего не выжмешь из него.

– Я в таких делах новичок… Чиновником недавно стал. Но, что нам мешает – давайте прямо сейчас к Витте и отправимся. Вот не знаю, примет ли он нас. Ну, на худой конец, хоть поговорю ещё с великим учёным. Адрес вы знаете?

– Он сейчас, вероятно, в присутствии, в кабинете министров.

– Еремей! Найди нам пролётку, и побыстрее.

Ехать оказалось недолго, и вот мы уже представляемся швейцару: Менделеев и Попов к его превосходительству Сергею Юльевичу. Сидим в приёмной в креслах роскошного вида, но не слишком удобных. Время идёт, ответа нет, разговор не клеится – каждую минуту могут вызвать.

– Сергей Михайлович, – тихо говорит Менделеев, – Вы на моё имя рассчитывали, а ведь он может меня и не принять. Мне‑то что, я не чиновник, а вам? Не получится ли бесчестье, если выпроводят?

– А мне что? Меня никто не знает, о карьере я не забочусь. Ну, какого‑то Попова не пустили к министру. Такая новость никому не интересна. А вот скажите, Дмитрий Иванович, где бы вы разместили такие заводы?

– В районе Баку, разумеется. Чтобы нефть далеко не возить.

– Да, конечно… Где‑то на побережье, с причалом. По пути к Волге. Ну а если два завода, то где второй?

– Второй? Я ещё и о первом не знаю, стоит ли думать. Ну, возможно, там же?

– Я бы предложил Поволжье. Поближе к Башкирии. И от Баку возить не так далеко, и потребители близко, те же Нижний и Самара, ну и, я думаю, там есть нефтяные месторождения, надо только открыть их.

Менделеев смотрит на меня… ну, скажем, как на редкого чудака. И тут нас приглашают войти. Не швейцар, а кто‑то ещё, я не разбираюсь. Кабинет Витте явно побольше ста метров и очень светлый, с большими окнами.

– Сергей Михайлович, извините, что заставил ждать. Но вы ведь в неурочное время, а дел у меня много. Впрочем, верю, не по пустякам отвлекать намерены.

– Спасибо, Сергей Юльевич. Вы ведь понимаете, дело, за которое я взялся, большое, масштабное. Тут решающее значение имеют хорошие сотрудники, одному не справиться. К счастью, вот, великий учёный, Дмитрий Иванович, готов мне помочь. Нам, я имею в виду Россию, необходимы нефтеперерабатывающие заводы, для начала два. Хороший завод обойдётся в полмиллиона рублей, два, выходит, в миллион. Затем, когда заводы начнут работать, Дмитрий Иванович намерен заняться нефтехимией, в частности, изготовлением полимеров из тяжёлых фракций нефти. На это понадобятся ещё ассигнования, и немалые. Но это не прямо сейчас, пока что мне нужен миллион для двух заводов.

– Позвольте, Сергей Михайлович. Вы говорили о моторах, а теперь вот о нефти. Ваши интересы изменились?

– Моторы будут работать на бензине и дизельном топливе. Горючего надо много. Это важная часть проекта. Кроме того – вот, Дмитрий Иванович не даст соврать – нефтехимия сама по себе важна для России. Почти так же, как моторостроение.