В магический дом требуется домовая
В магический дом требуется домовая
Автор: Анна Леденцовская
Возрастное ограничение: 0+
Текст обновлен: 10.10.2023
Аннотация
Кто не мечтает попасть в магический мир? Конечно, домашняя нечисть! Но Лушку никто и не спрашивал. Родной дом сносят, значит, ей – верная смерть. Кто же знал, что вместо этого домовушку будет ожидать другой мир и старый ботинок в придачу?
Как призвали?! Кто?! Вот эта голодная пигалица? Башмак в пентаграмму сунула, а теперь командовать пытается?! Домовых в мире нет? Непорядок!
Мелкую накормим, конечно, раз смерть отменяется! Почему полезной нечисти в новом мире нет, разберемся! Дом магический? Это хорошо! А папа? Что папа? Пускай возвращается, и его накормим!
В магический дом требуется домовая
Автор: Анна Леденцовская
Глава 1. Кто в доме хозяйка, или Давайте знакомиться
Торчать головой вниз в старом мужском ботинке было ужасно неудобно. Вот так заснешь кошкой в нормальном земном лесу под кустиком в надежде на легкую смерть, а проснешься вверх хвостом в каком‑то башмаке.
Лушка чихнула и недоуменно прислушалась к окружающим звукам и своим ощущениям. Вокруг была магия, очень много разлитой в пространстве магии, незнакомой и притягательной. А еще чувствительные кошачьи ушки явственно различили недалеко приглушенные всхлипывания и жалобное бормотание.
Лукерья домовушкой была молодой, всего‑то век разменяла, но ответственной и хозяйственной. В неведении находиться она не любила, да и чего греха таить – любопытство ей было присуще не меньше, чем любовь к домоводству.
То, что это не Земля‑матушка, по магии понятно было сразу, а вот куда она попала и зачем, узнать надо было срочно. Да и душно было в ботинке, и пахло совсем не пирогами. Опять же беззащитный хвостатый тыл торчал наружу, а там неизвестно кто носом хлюпает. Поэтому уперлась Лукерья лапами и выкарабкалась, пятясь из башмака, ошалело мотая головой и тряся ушами.
«Батюшки‑пирожки!» – охнула она про себя, увидев разгром вокруг. Просторная кухня в явно небедном большом доме словно подверглась атаке полтергейста. Разбитые тарелки и банка с остатками растекшегося по осколкам липкого варенья, крошки повсюду, подпалины на полу и стенах, как от огня, в углу мокрая полуобгоревшая тряпка, а у стола на стуле, забравшись на него с ногами, сидело что‑то худенькое и лохматое, уткнувшись носом в коленки, и тихо всхлипывало.
«Вроде девчоночка? Может, служанка какая нерадивая? – поразилась домовая. – Что за мир, где таких неумех малолетних слугами держат?»
Лушка домовой была прогрессивной и образованной. На Земле книги читала, а у постояльцев, что ее хозяйка на лето пускала, и интернет на хитром устройстве с кнопочками освоила, на ноутбуке. Хоть слуг она видом не видывала, но знала, что были раньше такие люди. Сама Лукерья после революции появилась, когда в совхозе дома строить начали новые. Войну пережила. Домик не пострадал от обстрелов и не сгорел в ту лихую годину. Так что опытная была она домовая, ко всему готовая и поэтому, долго не думая, решила мяукнуть, привлекая к себе внимание.
На стуле вскинула встрепанную голову девчонка, уставившись на кошку испуганными глазами. Худышка тут же цапнула с краешка стола большую вилку для жаркого и какую‑то потрепанную тетрадку в тонком кожаном переплете.
– Ни с места, маленькое чудище! Я верну тебя обратно! – Махая в сторону домовушки вилкой, девчонка съежилась на стуле и пыталась что‑то найти в тетради. – Сейчас найду, тут где‑то было, – бормотала она, то косясь на листочки, то переводя взгляд на мирно сидящего рядом с папиным старым ботинком странного полосатого зверя.
– Где же я ошиблась? – отчаянно шептала она. – Там же написано: дух – помощник по дому! А тут не пойми что!
«Так вот оно как?! – тут же сообразила домовая. – Хоть и напутала девчонка, но это, может, и к лучшему! В обувку‑то обычно домового‑мужчину приглашают, а они и напугать могли эту пигалицу‑недомагичку. Не со зла, а шутки ради. В этом мире‑то, похоже, нет домовых, иначе эта птичка на своем насесте не паниковала бы, а уже и молочка бы предложила, и хлебушка принесла. Надо с ней пообщаться, пока она по своим писулькам что‑нибудь не намудрила».
– Послушай, голубушка, может, поговорим сперва? – с трудом вернувшись к привычному облику слегка лохматой нечисти, предложила Лушка.
Девчонка вздрогнула на своем стуле и, испуганно посмотрев на неизвестно как очутившуюся в пентаграмме крошечную женщину, уронила вилку.
– А ты еще кто? – пытаясь храбриться, выпалила она, как щитом прикрываясь своей тетрадкой и озираясь по сторонам. – И куда делся странный зверь, в ботинок спрятался? Значит, вас тут двое? Отвечай!
– Хороший вопрос, – хмыкнула Лукерья. – Даже не один, а целая куча! Но у меня тоже вопросики имеются! Поэтому ответить‑то я отвечу, но и ты будь добра кое‑что мне прояснить!
Девочка нахмурилась, но неуверенно кивнула, напустив на себя важный вид хозяйки положения.
– Ну, давай знакомиться, – продолжала меж тем домовушка. – Я Лукерья, Луша, если по‑простому. Домовушка я. А больше тут никого и не было. Кошкой, то есть тем зверем, тоже я была.
Глаза девчушки блеснули радостью и торжеством.
