Тяжелые будни оракула

За работой выходные пролетели незаметно. Мы с Коллин трудились и в субботу, и в воскресенье, сильно устали, но наши старания оказались не напрасны. Помещение заметно преобразилось. Пучки сушеной лаванды, мяты и зверобоя, ниточки мухоморов, медный котел наряду с ритуальными свечами, расставленными по книжным полкам, придавали ему нотку таинственности, а вот глобус, старая кукла и череп козы, которые зачем‑то притянула фэйвертонка, выглядели неуместно.

Хоть контора должна была распахнуть двери в десять, я пришла к девяти – все‑таки первый рабочий день. Хотелось еще раз проверить, все ли готово к приему посетителей. Убедившись, что вещи лежат на своих местах, опустилась на треногу и, пожалуй, в тридцатый раз сверилась со сводкой погоды, которую спозаранку сдала печатнику. Меня здорово напугал рассказ Коллин о том, как градоначальник уволил мою предшественницу из‑за несбывшегося прогноза.

Видение еще не закончилось, как зазвенела висевшая над дверью музыка ветра. Я устремила на нее глаза и увидела свою помощницу. Легка на помине! Не успела открыться контора, она тут как тут.

Сегодня знакомая пребывала в прекрасном расположении духа: с губ не сходила улыбка, глаза горели. Летящей походкой она подошла к столу и плюхнулась на стул.

– Айрин, ты была права! Насчет свадьбы в ближайшее время, – пояснила мисс Блинкет, заметив недоумение на моем лице. – Мне выпал шанс удачно выйти замуж. Вчера вечером, когда я возвращалась от тебя, встретила Уилбура. Самого Уилбура Харрингтона!

– Кого? – собственный голос выдал озадаченность.

– В какой деревне была твоя академия? – светлые брови Коллин сошлись над переносицей. – Уилбур Харрингтон – пятый герцог Кавендиш. Один из самых завидных холостяков империи! Целую вечность здесь не появлялся, вернее, пятнадцать лет, со дня пожара… – мрачно произнесла она и вдруг замкнулась.

– Всю столичную свиту перевез в Фэйвертон или часть оставил там? Местные девушки, поди, затягивают потуже корсеты и выстраиваются в очередь к портнихе.

– Без понятия. Представляешь, Уилбур сам остановил меня и заговорил. Он стал таким красивым! Глаз не отвести. В детстве я дружила с его сестрой. Идеальная партия! Чем не удача? Айрин, можешь глянуть, не его ли ты видела у алтаря? – взмолилась блондинка. – Считай, у тебя появилась первая клиента. Внесешь мое имя в книгу. Я обязательно оставлю подпись.

– Хм… – задумчиво протянула в ответ. – Могу, но мне нужна любая вещь, связанная с ним.

– У меня ничего нет, – пожала она плечами. – Хотя… Уилбур вчера поцеловал мою руку, обтянутую кружевной перчаткой. Этого будет достаточно?

– Вполне. Положи на металлический поднос.

Пока Коллин выполняла указание, я взяла сухой лавровый лист, разломала на много мелких кусочков и подожгла.

– Мистер Сеннет уже снабдил тебя всем необходимым? – поинтересовалась она слегка дрожащим голосом.

Очевидно, встреча со старым знакомым не вытеснила мысли о градоначальнике. Прочно же он засел у нее в голове!

– Это мои запасы. Сегодня вечером отнесу ему список. Теперь помолчи немного, пожалуйста. Мне нужно сосредоточиться и вызвать видение.

Светловолосая фэйвертонка кивнула и превратилась в статую, порой забывала даже моргать. Я сделала глубокий вдох, позволяя тонкому ароматному дыму заполнить легкие, прочла заклинание и закрыла глаза. Спустя несколько секунд перед внутренним взором появилась картинка: Коллин обедала в компании бледной худощавой шатенки и молодого мужчины. У него были слегка волнистые, темно‑коричневые волосы с карамельным оттенком. Лицо овальное, прямые брови, не широкие и не узкие, нос с небольшой горбинкой, карие… Хотя нет! Скорее всего, орехового или даже коньячного цвета глаза.

– Вы сидите за столом. Сквозь окна льется свет. Значит, день. Подан бифштекс с дольками картофеля и листья салата с крутонами.

– Уилбур пригласил меня отобедать сегодня с ним и его сестрой! – восторженно воскликнула девушка, несмотря на просьбу помолчать.

– Симпатичный…

– Я же говорила, – не унималась она. – Так это он? Его ты видела у алтаря?

Внезапно яркая картинка сменилась серой. Очевидно, громкое высказывание Коллин оборвало видение из будущего и вызвало видение из прошлого.

Лорд Харрингтон стоял на крыльце двухэтажного особняка, держал за руку рыжеволосую девочку и был мрачнее тучи. Челюсти плотно сжаты, на лице явное выражение гнева. Девчушка рыдала навзрыд, просилась к маме. Знакомый мисс Блинкет сдержанно просил ее успокоиться, объяснял, что прежней мамы больше нет, что теперь у нее будет новая мама. Ребенку было еще меньше, чем мне, когда умерли родители.

На стук открылась дверь, дворецкий пригласил лорда Харрингтона войти внутрь и проводил в гостиную, где его ждала супружеская пара. Несмотря на средний возраст, хозяин дома с трудом передвигался на костылях, зато женщина была очень активной, наверное, за двоих. Об этом свидетельствовал и рыжий цвет волос, такой же, как у девочки, которую лорд Харрингтон передал из рук в руки с двумя объемными кошелями золотников. Хотя между ним и ребенком ощущалась кровная связь…

Я не могла больше смотреть на рыдания девчушки и прервала видение, закрыла глаза и протяжно выдохнула. Следовало срочно поджечь веточку базилика, чтобы кошмар не вернулся, но я не шелохнулась, поскольку пребывала в оцепенении. Давние воспоминания о собственной утрате и пережитой боли хлынули волной.

– Айрин, что с тобой? – нерешительно подала Коллин голос.

– Все хорошо. Почему интересуешься? – просипела я, посмотрев на нее.

– Ты белая как мел. Увидела что‑то плохое?

– Можно и так сказать… Лорд Харрингтон не очень хороший человек. Тебе не стоит с ним связываться, – медленно проговорила в ответ, подбирая правильные слова.

– Айрин, ты что‑то путаешь. Уилбур не такой, – возразила девушка. – Он учил меня ездить на лошади. Всегда учтиво относился ко всем, даже к слугам. А как носился с Мелани, когда та была ребенком! Бессердечные люди на подобное не способны.

– Вы не виделись пятнадцать лет. Много воды утекло за это время…

– Возможно. Но кто из нас безупречен? Мы взрослеем, наши характеры портятся. Хочешь сказать, твой муж был идеалом? – скептически проговорила Коллин и прищурила левый глаз.

Сердце молотом забилось в груди, пульс зачастил. Сама того не желая, фэйвертонка задала вопрос, на который я избегала отвечать даже себе.

– Без понятия. Мне не довелось хорошо его узнать, – покривила душой и потупила взгляд.

Услышанное озадачило девушку. Она потерла лоб и осведомилась:

– Сколько вы были женаты?

– Два с половиной года.

– И ты не успела его узнать? – взвизгнула Коллин, широко распахнув глаза.