Тёмный Артефактор, или Берегите хвост, мессир!
Шумное дыхание оборотня обдало меня жаром, и я сглотнула, надеясь, что съест он меня быстро. Вот только зверь не торопился.
Я лежала. Волк часто дышал, тыкаясь влажным носом мне в шею, живот, ухо. Нет, ну это уже несерьёзно! Сколько мне так бояться? Он бы ещё меня облизал, смакуя перед ужином! И, словно услышав мои мысли, волк влажным языком прошёлся по моему лицу, обильно измазав слюнями.
– Фу‑у! – не выдержав, взвилась я, точнее, попыталась, но огромная лапа придавила меня сильнее.
– Гр‑р‑леж‑жать! – отрывисто пролаял зверь, а я, наконец, потрясённо распахнула глаза.
А всё потому, что одичалые полностью теряли связь с человеческой ипостасью, и не то, что разговаривать, а даже сносно соображать не могли, а значит…
– Отпусти‑и! – яростно затрепыхалась я, смело отпихнув голову этого… шутника! – Пусти, или я за себя не ручаюсь!
– Гр‑нет! – отрывисто рыкнул оборотень и снова ткнулся носом мне в шею, шумно задышав. – МОЯ!
– Чего‑о?! – я настолько ошалела, что даже вспомнила, что могу использовать магию. Ох, Многоликая, пошли мне мозгов, эти уже износились!
Извернувшись, хлопнула волка по лбу, впечатывая парализующую руну, и вздрогнула от дикой ярости, которой полыхнул его взгляд.
– Прости, друг! Я сюда не за любовью, а только за твоим клыком… – пробормотала я.
Извиваясь, как гусеница, выбралась из‑под застывшей туши и задумчиво оглядела оборотня. Вздохнула, понимая, что искать нового у меня просто нет времени, и мигом скастовала на него обезболивающее заклинание.
Вытащив из кармана щипцы, примерилась к оскаленной пасти и, стараясь не смотреть бедолаге в глаза, выдрала‑таки вожделенный клык.
– Ещё раз прости! – неловко пискнула я, поливая всё вокруг и себя заодно зельем, отбивающим запахи. – Но ты сам виноват. Зачем приставал к беззащитной девушке? Ты, главное, не переживай! Пару оборотов – и зуб отрастёт, честно! А мне сейчас нужнее…
Убедившись, что волка не хватил удар от моей наглости, потрепала его по холке и припустила в чащу, уходя от его злобного взгляда, чтобы спокойно активировать артефакт переноса. Надеюсь, с этим оборотнем мы больше никогда не встретимся, а особенно – что он пошутил насчёт пары. Иначе… Жизнь с отцом мне покажется сказкой!
Глава 2
Харрет Орт
– Пха‑ха‑ха, – надрывался Вархан, согнувшись пополам от смеха и хлопая себя по коленям. – Крутая малышка! Я уже хочу с ней позна…а‑ха‑ха…комиться!
– Заткнис‑сь! – рявкнул я на друга, поморщившись от тихого свиста, с которым вылетали звуки из моего рта.
Зло потрогал языком ноющее место, откуда эта пигалица выдернула клык – мой! клык! – и полыхнул яростным взглядом в сторону веселящегося Вархана, но тот предупреждению не внял, лишь заржал ещё громче.
– Убью! – прорычал я, чувствуя, как непроизвольно вытягиваются когти, а рубашка трещит по швам от едва сдерживаемого оборота.
– Меня‑то за что‑о? – всхлипнул Варх, придерживая живот и утирая скупую мужскую слезу. Смертник.
– Не тебя! С‑су…женую эту! – процедил я. – Хотя… Если об этом хоть кто‑то ус‑знает, то и тебя тоже!
– Не‑не, я – могила, Хар! – с широченной улыбкой заверил маг. – Но, как она тебя, а? Ха‑ха!
Р‑рр!
Инстинкт самосохранения у Вархана работал. В отличие от мозгов. Потому что за дверью он скрылся раньше, чем я оторвал ему голову. Жаль.
Несколько минут я ещё метался по кабинету, стараясь не разнести его к такой‑то матери и успокоить беснующегося зверя, а затем всё‑таки взял себя в руки.
Моя злость и обида волка распирали изнутри. Я разрывался между желанием найти маленькую дрянь и свернуть её тонкую шейку и невозможностью сжать её в своих объятиях и целовать, вдыхая дурманящий аромат южной ночи и чуть горьковатых трав.
Боги! Как она пахла! До того, как облила себя и меня какой‑то вонючей дрянью, от которой до сих пор зудело в носу, конечно. А это её юное тело, на фоне моего волка показавшееся невероятно хрупким. И голос. Сладкий, манящий тайной, хрустальной нежностью и бушующей страстью.
Жаль только, что я совершенно не запомнил её лица. Мало того, что зверь видит всё совершенно иначе, так ещё и артефакт, что носила девчонка, скрывал её облик, размывая черты.
Поймав себя на мечтательном вздохе, замер, а затем разразился ругательствами на своего зверя, которому, похоже, совершенно свернуло мозги набекрень после встречи с этой, так называемой, парой!
Неужели теперь так будет постоянно? Я же с ума сойду от конфликта волка и человеческой половины, которую мерзавка бесила одним своим существованием!
Снова вскочив, я нервно ослабил воротник рубашки и прошёлся по комнате, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Это же невыносимо! Заставила повер‑рить, что ей нужна помощь, прикинулась невинной жер‑ртвой, одурманив волка своим запахом, и сбежала, прихватив мой клык!
И самое ужасное, что я даже регенерацией сейчас воспользоваться не смогу! Стоит только отпустить моего зверя, он сразу же помчится на поиски этой с‑су…женой, чтоб она в том лесу и сгинула, ведьма!
Хорошо ещё, что Вархан смог наложить иллюзию, скрывая мой позор, иначе, клянусь, я уже откусывал бы голову пакостной девчонке. Да ни один мой сотрудник не оставил бы без комментариев тот факт, что меня, Харрета Орта, уделала какая‑то малявка!
Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул взявший себя в руки Вархан.
– Слушай, Хар, а мы работать‑то будем? – аккуратно поинтересовался он, внимательно изучая разбросанные по комнате документы, опрокинутый стул и повисшую на одном кольце штору.
– Работать? – переспросил я и глубоко вздохнул, окончательно успокаиваясь. – Будем.
Кстати, о работе. А зачем, собственно, девчонке понадобился клык оборотня?
В голове сразу же возникла масса предположений. От того, в котором эта сумасшедшая собирала их для ожерелья – этакий боевой трофей спятившей оборотнененавистницы, до того, где она использовала их в запрещённых ритуалах. И я больше склонялся к первому варианту – нужно быть аболютно стукнутой на голову, чтобы полезть зверю в пасть, а уж вполне себе разумному оборотню – и подавно!
Такую смутьянку легко представить обнаженной, в одних лишь украшениях из клыков и когтей любующейся на себя в зеркало при свете полной луны. Я тряхнул головой. Что за мысли лезут в мою голову?
