Укрощение строптивого некроманта

Мужчина, заложив пухлые ручки за спину, с интересом оглядывал полки. Он безразлично осмотрел травяные сборы, толченные порошки и колбы с зельями. Но его взгляд особенно задержался на выпотрошенных тушах зверьков, на которые я без содрогания смотреть не могла. Их нам поставлял на реализацию местный охотник из лесных угодий.

Кое‑кто из высшего общества иногда покупал чучело сохатого. Поговаривают, что у богачей вошло в моду развешивать на нем драгоценные украшения и аксессуары. Демон их знает, врут или нет, но слушок такой ходит.

– Подскажи‑ка, милая.., – заговорил господин Мерзот, – Есть ли в вашей лавчонке средство для кхм‑кхм… кхм, – многозначительно глянул тот на меня.

– Если мы сейчас с вами имеем в виду средство для кхм… улучшения любовной силы у мужчины, то да, имеется такой порошок. Сколько порций вам нужно? – немного покраснела я, отгоняя от себя ехидные мысли.

– Давай побольше, – он оценивающе скользнул своими водянистыми глазами по моей фигуре, – Столько, чтобы хватило на медовый месяц с молодкой‑женой.

Я содрогнулась, заочно посочувствовав той несчастной, что согласилась выйти замуж за господина. Может посоветовать ему взять и для невесты порошка? А то, мало ли возникнет проблема на самом интересном месте?

Ничуть не стесняясь своих действий, достала из‑под полы ящик с пакетиками нужного снадобья. При особой резвости влюбленных, недели на три хватит.

– С вас пять золотых, – я мило улыбнулась господину.

– А скидочку для оптового покупателя? – заворчал мужчина, доставая кошель трясущейся от жадности рукой.

– О, господин Мерзот, это уже со скидкой, – по секрету шепнула ему, умолчав об ее отсутствии и дополнительной накрутке в двести процентов.

Нет, мне не стыдно. Если бы не я и такие клиенты, то не скопить нам даже тех сорока монет. Я никогда не поднимаю цену обычным гражданам. Моими «жертвами» становятся лишь обеспеченные люди, которые могут позволить себе мою ма‑а‑аленькую наценку.

– Еще не женился, а уже с пустым кошелем, – противно усмехнулся мужчина, – Чую, молодая жена вытянет из меня все деньжата. Буду с ней построже, – он сжал мясистый кулак.

Ну, а ты как хотел? Тяжело ведь бедняжке будет, работая на голом энтузиазме. Такая любовь не выдержит голодного пайка.

– Хорошего вам медового месяца! – я вежливо улыбнулась этому престарелому сластолюбцу.

– Да‑да, – произнес он, не сводя с меня глаз. Его язык плотоядно облизнул синюшние губы, – До скорой встречи, Мариэлла!

Озадаченно глянув в спину уходящему мужчине, я перебирала в памяти, когда умудрилась с ним познакомиться. Что‑то не припомню такого.

– Кто приходил? – глухо поинтересовался отец, выглядывая из‑за ширмы, где находилась его основная мастерская.

– Господин Мерзот. Ты слышал о таком?

– Да, богатый торговец в нашем городке. Он владеет несколькими мясными лавками, мастерскими и ателье. Как он тебе, понравился? – спросил отец, разрезая корешки.

– Папенька, ну и шуточки у тебя, – передернулась я, – Кому же такое счастье понравится?

– Ну и зря, – внезапно рявкнул отец, от чего у меня чуть склянка с кислотой не выпала из рук, – Другие дочери ищут себе мужей побогаче, а тебе лишь бы по оврагам лазить да убивать свою нечисть поганую. Совсем девка от рук отбилась. Ну, ничего, скоро все поменяется, – как в бреду сказал отец, лихорадочно работая ножом.

Ну, ничего, скоро я отсюда уеду, папенька. Ты мне еще спасибо скажешь за мою помощь.

– Завтра к полудню поедешь со мной, – резко успокоившись, проговорил отец, – Сначала к поверенному, потом к господину Рикетсу. Долг вернем, а эти из нотариальной конторы пусть все заверят.

– ЧТО?! Откуда у тебя деньги, отец? – услышанная новость повергла меня в шоковое состояние.

– Не твоего ума дело, – отмахнулся он, – Пол лучше подмети, да сними это нарядное платье. Чего вырядилась, как на бал?

Верхнее веко на правом глазу предательски дрогнуло. Следом за ним, стало сокращаться нижнее. Надо заварить себе настойки пустынника.

– А ну, колись, папенька, откуда деньжата? – взяв себя в руки, я пустилась в наступление.

Спустя десять минут препирательств, отец нехотя, скрывая глаза, произнес:

– Подкалымил чутка. Тут взял заказ на зелья, там продал партию декоктов. Вот за год и скопилось.

– Ой, батенька, чую, ты мне метелкой по ушам проходишься, – недоверчиво протянула я.

– Мала еще, чуять что‑то! – озлобился отец, – Закрывай давай лавку, и приберись здесь. Завтра к полудню, чтобы была готова.

Мужчина резко задернул ширму и скрылся в своей мастерской. Я же осталась наедине со своими мечущимися мыслями и метлой, на которую было так удобно опереться, пока стоишь в раздумьях.

**

– Ты все взял с собой? Документы, мешочки с деньгами? – оглядывая отца, спросила я.

Мужчина собирался в торговом зале и рассовывал по карманам жилетки всякую мелочь. Мой взгляд наткнулся на два кожаных туеска с монетами, что отец забыл на прилавке. Молча взяла их и положила в свою сумку, предварительно наложив на них охранное заклинание. Если грабители и нападут, то отобрать ее смогут лишь ценой собственной жизни.

Все‑таки папа периодически пропускает приём лекарства. Пару лет назад я водила его на прием к лекарю в академию. Там уважаемый магистр целительского факультета поставил отцу диагноз – необратимое расстройство личности.

Вылечить совсем, к сожалению, невозможно. Остается только поддерживать его вменяемое состояние настойками и декоктами. Стоит их отменить, как отец вновь становится рассеянным или буйным. Его могут преследовать маниакальные идеи, от которых хоть стой, хоть падай.

– Все, готов, – поправив жилетку, сообщил отец, – Пойдем.

Я подошла к нему и взяла под руку. Выходя из лавки, привычно обновила заклинание от воров, пожара и затопления. Пришлось заиметь такую привычку после этих трех происшествий.

Мы направлялись с папенькой в нотариальную контору, к господину Рубентсу. Его статус и должность позволяли ему официально запротоколировать состоявшийся возврат долга. Как же хорошо, что все так удачно закончилось. Теперь я смогу со спокойным сердцем уехать в Демор, нашу столицу.

Сидел во мне, конечно, червячок сомнений на счет этих денег, но стоило их увидеть и потрогать, убедившись в реальности, что они существуют, и это не бред моего отца, как все подозрения отпали.

В конторе нас уже ждали. Господин Рикетс с нотариусом чинно попивали чай и заметно оживились при виде нас.

– Господин Сэверс! Рад видеть вас в добром здравии, – подскочил Рубентс со своего кресла, – Леди Сэверс, – мужчина потянулся к моей руке, – Вы само очарование.