В темном-темном лесу…

Отыскался, значит, дорогой супруг. Обратил внимание на то, что жена второй год дома не появляется. «Письмо», умничка, отправил. Правильно, самому же не по чину ноги бить, да к супруге пред ясны очи являться. А ну как загордится жена, да решит, будто она для него что‑то значит? Будто не букашка она ползучая, а нужная интересная личность.

А уж формулировку‑то какую чудесную подобрал! «Когда же ты нагуляешься». Это я, значит, погулять ушла. Ну‑ну.

– Матушка, – прервал мои размышления тихий голос лешего. – Гликерия Афанасьевна, господину‑то передать что‑нибудь?

– Передай, – кивнула я. – Скажи ему, что он идиот. И шутки у него идиотские.

 

***

Домой я вернулась в тот момент, когда Мечеслав и Пафнутий заканчивали завтракать.

– Что‑то ты не в духе, Афанасьевна, – заметил кот, когда я влетела в избу, громко хлопнув дверью.

– Слава, ты давно общался с отцом? – спросила у сына, усаживаясь за стол.

– Давно, – ответил он. – А что?

– Ничего, – фыркнула я. – Между нами сейчас сотни верст и переходов, а он все равно умудряется меня бесить.

Слава с Пафнутием переглянулись, но благоразумно ни о чем спрашивать не стали.

– Как прошло ежегодное пополнение резерва? – поинтересовался мой мохнатый помощник.

– Нормально, – ответила, накладывая себе в тарелку овсяной каши. – Искупались, песни под луной спели, с русалками посплетничали. Все как обычно.

– А по поводу моего дела ты что‑нибудь придумала? – осторожно спросил сын.

– Придумала, – кивнула я. – Но мне нужно сначала увидеть твою Катерину вживую. А еще лучше с нею познакомиться и побеседовать.

– Думаю, я смогу это устроить.

– Не нужно. Я сделаю это сама.

– Как это? – удивился Мечеслав.

– Пока не знаю, – пожала плечами. – Способов много, больше, чем ты можешь себе представить. К тому же, есть четкое предчувствие, что в ближайшие дни мне предстоит путешествие в стольный город.

– И чего тебе дома не сидится? – недовольно пробормотал Пафнутий.

Я мягко дотронулась до ладони Мечеслава.

– Не грусти, мой хороший. Дай немного времени, и я тебе помогу.

Сын, как и планировал, уехал сразу после обеда. Перед этим мы с ним еще побеседовали, прогулялись вместе к лесному озеру, наведались в гости к нашему лешему.

Вскочив на коня, Слава, как обычно, пообещал приезжать в гости чаще, я, как обычно этому не поверила, однако благодушно улыбнулась и кивнула.

Проводив сына, до пяти часов вечера занималась делами, а потом пошла в спальню и вынула из сундука любимые белые босоножки и одно из своих «земных» платьев.

– Куда это ты собралась? – Пафнутий мягко протиснулся в комнату через приоткрытую дверь.

– Хочу пройтись.

– Пройдись по лесу.

– Мне нужно немного побыть одной, а в нашем лесу это невозможно.

– Ты была на Земле два дня назад.

– И что? Если ты беспокоишься о границе, то это напрасно. Я еще раз проверила и укрепила все контуры. Если что‑то случится, я сразу же об этом узнаю и прибуду обратно.

– Лика, – взгляд Пафнутия стал серьезным. – Ты получила весточку от Касьяна?

– Да, получила, – ответила, прячась за плотной ширмой, чтобы переодеться.

– И что он от тебя хочет?

– По всей видимости, желает, чтобы я вернулась домой.

– И ты вернешься?..

– Нет.

Я подошла к зеркалу, распустила косы и быстро уложила волосы в простую аккуратную прическу.

– Это послание тебя разозлило?

Повернулась к коту лицом, глубоко вздохнула.

– Представь себе. Муж по‑прежнему остается единственным существом, способным вывести меня из себя. Знаешь, Пафнуша, я ужасно устала от его спектаклей. От сетей, которыми он, как паутиной, оплетает всех, кто находится в пределах его досягаемости. От постоянной демонстрации его силы и ума. Если Касьян хочет поговорить, пусть хотя бы раз за сорок лет нашего брака сам сделает мне навстречу шаг. А я за ним бегать больше не собираюсь, – вынула из сундука симпатичную красную сумочку и решительно направилась к двери. – Не скучай. К сумеркам вернусь обратно.

 

***

До портала я добралась за десять минут. А миновав его, еще минут через пятнадцать села в такси и поехала в центр города.

Некоторым людям для восстановления душевного равновесия нужны тишина и одиночество, мне же, наоборот, требуется шум, музыка и городская суета. Вот и сейчас у меня появилось огромное желание пройтись по людным улицам, побродить по магазинам, может быть, сходить в кино или театр.

Такси высадило меня у парка, который находился через дорогу от одного из местных торгово‑развлекательных центров. Я расплатилась с водителем, и уже собиралась направиться к пешеходному переходу, как вдруг меня окликнули:

– Лика!

Я обернулась на голос и невольно улыбнулась. У ограды парка стоял Дмитрий.

Похоже, мои планы прогуляться по городу в одиночестве накрылись емкостью для стирки белья. И послать‑то его неудобно – очень уж радостно улыбается.

– Здравствуйте, Дима, – улыбнулась я в ответ. – Рада вас видеть.

Он в два шага преодолел разделяющее нас расстояние, подошел ко мне вплотную.

– Знаете, я ведь сегодня вечером вовсе не собирался гулять. А потом просто встал и отправился в парк. Мне почему‑то подумалось: там я увижу вас. Хотя вы говорили, что надолго уедете из города.

– Мне пришлось перенести поездку, – ответила я. – Сегодня я еще здесь, но завтра утром все‑таки уеду.

– До завтра есть немного времени, – заметил Дмитрий. – Если вы не против, я мог бы составить вам сегодня компанию.

– Составьте, – согласилась я.

Мой спутник сделал приглашающий жест рукой, и мы неторопливо пошли вперед по тротуару.

– Куда бы вам хотелось пойти, Лика?

– Все равно, – пожала плечами. – Я никуда не спешу.