Варвара и драконий хвост

Не сломают заграждение – это, конечно, обнадеживает. Но лучше бы он пообещал, что эти козы не забодают всех нас!

– Лаской надо, лас‑с‑ской, – просвистел по‑змеиному Даур и подтолкнул меня в спину.

Я успела отскочить, пропуская пятящихся близнецов. Один из них задом открыл двери, и оба со всей прытью выскочили из хлева с воплем: “Не надо нам такой демонской работы!”.

– Эй, смельчаки, – весело расхохотался светловолосый дракон. – Смотрите не угодите в портал, прямиком в королевский хлев.

Парни еще быстрее побежали на выход.

Минус два конкурента! – я воспряла духом и сделала глубокий вдох.  Правильный настрой сработал безукоризненно: одна из тварей тут же устремилась ко мне, аж подпрыгнула, радостно заблеяв, а я подумала, что, кажется, тоже слегка себя переоценила.

Чего делать, куда бежать?! Дракоза весело скакала в мою сторону, и я поняла, что бежать некуда.

Так, чего там говорил секретарь? У них нежная натура, а тут два бугая приперлись с палками. Я бы на их месте тоже занервничала. Кстати, и у меня в руке метла! Мы с ней за это утро сроднились!

Зверюга до меня доскакала и чуть наклонила голову, а я, демонстрируя добрые намерения, спрятала метлу себе за спину. Если что, успею достать и отбиться.

Или эта коза закончит начатое демонами: сожрет моё единственное оружие! Но время я в любом случае выиграю.

Орудие уборки за что‑то зацепилось. Я осторожно дернула черенок, стараясь не делать резких движений. Кто его знает, может, это боевые берсеркозы, судя по броне и клыкам. Крокодил обзавидуется. Метла застряла! Я повернула голову, пытаясь рассмотреть, что ее держит, и… хорошо, что в этот момент у меня куда‑то пропал голос. Я бы точно завизжала и провалила отбор. По профнепригодности.

А кто бы из нормальных людей не завизжал при виде существа ростом мне по колено, с растопыренными белыми крыльями, снабженными вместо перьев острейшими на вид дротиками, со шпорами в виде ножевых лезвий на трехпалых куриных лапах? На птичьей голове существа задорно алел хохолок, а клюв, похожий на пилу, вцепился в прутья моей метлы и абсолютно бесшумно их перепиливал!

А позади военизированной птицы виднелась еще парочка таких же, чуть помельче и попестрее.

– Что это? – просипела я.

– Куры, – глазом не моргнул секретарь. – Экспериментальные, как и наши козы. Особо устойчивые к случайному драконьему огню. У нас в горах живность с трудом выживает именно из‑за спонтанных выплесков огня при инициации молодежи. Но наши соседи, лесные флари, после заключения мира между народами пять лет назад вывели для нас несколько особых пород домашних животных. И что самое интересное, они вполне могут быть не только домашними, но и боевыми. У них, как у оборотней, есть вторая ипостась.

Всё ясно. И козы у них – дракозы, и куры – дракуры!

Я впала в такой ступор, что о своей козе позабыла. Никто на меня не нападал. Наверное, она обиделась, что я увлеклась чем‑то поинтереснее. Что‑то дернуло меня за подол, я медленно повернула голову: абсолютно счастливая зверюга жевала моё платье.

– Еще у нас есть кролики, – добил меня секретарь. – Но их мы тут, в посольстве, не держим. Очень уж прыгучие получились

Вот и хорошо. Дракролей я бы уже не выдержала. Я снова посмотрела на козу, она продолжала жевать платье, заинтересованно присматриваясь к оттянутому амулетом карману.

– Отдай, пожалуйста, – вежливо попросила я животное и потянула ткань на себя.

– Бе‑е‑е‑е! – обиженно всхлипнула моя дракоза, но подол выплюнула. И тут произошло чудо: ее бронированная шкура странно передернулась, из‑под чешуи показалась тонкая белая шерсть, а чешуйки исчезали на глазах. Да и клыки в пасти стали явно меньше!

Через несколько мгновений об опасном плотоядном чудовище напоминала только поредевшая корона мелких рожек и хвост с кисточкой, как у льва.

– Поздравляю, нерита Барбара! – секретарь расплылся в счастливой улыбке. – Для первого знакомства достаточно. Вы удивительно быстро вызвали симпатию у наших подопечных. Имели когда‑то дело с козами?

– У меня… – я замялась, прикидывая, сойдет ли кормление коз морковью в мини‑зоопарке в окрестностях Петербурга за "дело".

– Да‑да, амнезия, – кивнул сам себе лэр Силентарь. – Я знаком с вашей историей, вы получаете пособие из казны нашего королевства. А раз вас нашли поблизости от погибшего под лавиной человеческого поселения, логично предположить, что вы были знакомы с сельским хозяйством. Что ж, рад сообщить, вы приняты, нерита. Козопас нам нужен срочно. Мы немедленно отправим посыльного за вашими вещами, и сразу, как их привезут, вам предстоит переезд.

Светловолосый Даур лениво захлопал. Труфи скрипнула зубами. Она стояла у ограды, руками впившись в амулет в вырезе своего платья. В лице её не было ни одной кровинки. А за ней, выставив вперед рога и не давая сделать ни шагу, следил … ну, раз у меня девочка, видимо, дракозел.

Я не успела удивиться драконьей памяти, это же надо помнить поименно всех, получающих пособие из драконьей казны! Не успела я и подумать о вещах, вернее их отсутствии.  Вряд ли дракозы оценят старый линялый полушубок из козьего меха, а забраться в тайник Изольды и забрать без неё цепочку днем, не представляется возможным. Насладиться триумфом без Рудольфовны тоже никак не получалось, слишком я за неё переживала. Но даже если бы ворона была со мной, карма нас настигла.

Изольда стибрила у дракона подвеску, а мою победу теперь пыталась украсть аристократка с дурацким именем Труфи.

– Поздравляю, – задрав подбородок, громко сказала девушка. – И спасибо драконам за урок. Справедливости нет даже у них…

– О чем вы? – мягко улыбнулся секретарь, а я напряженно застыла, обострившейся интуицией предчувствуя какую‑то гадость. Даже козу, вновь пристраивающуюся к моему платью отгонять не стала.

– У победительницы отбора – драконий артефакт. Кольцо, – кивнула Труфи в мою сторону.

– Верно, – не стал спорить лэр Силентар. – Но позвольте поинтересоваться, светлейшая нерита, откуда у вас такие познания?

– Лучший друг моего возлюбленного – дракон, – пояснила девушка.

– И как ваш возлюбленный отнесется к вашему желанию переехать в драконьи горы? – удивился секретарь.

– Мы расстались… – прошептала она с такой грустью, что даже козел отступил на один шаг. Потом еще на один, и замер, кося зеленовато‑черным глазом.

– Каждый час в светлом королевстве убивает меня. Я не могу больше здесь находиться, мне больно ходить по тем же улицам, где ходит он. Единственное чего я хочу, это навсегда забыть прошлое, начав жизнь с чистого листа, – с каждым словом тише и тише говорила девушка.

Она говорила искренне. Тут и драконом быть не надо, чтобы это понять. Бедная, что она пережила? И как же мне быть? Что если ей, и правда, нужнее в горы?